Вызывающий бурю - Ллойд Том - Страница 101

– И все-таки нужно тщательно все обдумать, – сказал кранн. – Граф Везна возьмет с собой на турнир шарф – подарок его дамы. Если в последний день ярмарки шарф будет красным, я приеду. Если белым – нет. Этого вам довольно?

– Вполне, милорд, – ответил Ортоф-Грейл, поднимаясь. – Благодарю за то, что уделили мне внимание.

Он еще раз поклонился и вслед за Михном направился к двери.

Карел сел рядом с Изаком; на их лицах читалось одинаковое беспокойство.

– А я-то думал, что наша жизнь не может стать еще более запутанной, – Карел говорил совершенно серьезно и даже устало, вдруг почувствовав свой возраст. – Думаю, ты бы меня предупредил, если бы считал себя Спасителем или кем-то вроде? И как ты собираешься разобраться с теми, кто считает, что ты все же Спаситель?

Изак поскреб небритую щеку.

– Не знаю. Надеюсь, мы хотя бы сумеем сделать так, чтобы погибло как можно меньше людей. Я никогда не задумывался о планах на будущее и уж в любом случае не собирался стать правителем Фарлана. Все это так неожиданно.

Юноша тяжело вздохнул.

– Если мы развяжем войну, основываясь на лжи или неверно понятых измышлениях безумцев, тогда, думаю, Ланду лучше обойтись без меня.

Изумленный Карел резко повернулся к нему, но увидел на лице кранна лишь решимость. Ветеран положил руку на огромное плечо. Теперь, когда он прикасался к своему любимому мальчику, он ощущал нечто, едва похожее на тело обычного человека. Ему это не нравилось, но он смирился с этим ради своего друга.

– Тогда давай постараемся, чтобы этого не произошло, – тихо проговорил Карел.

ГЛАВА 32

Для погруженного в раздумья Изака время весенней ярмарки пришло слишком быстро. Он рассказал своим людям о визите майора, но никто из них не смог посоветовать ничего вразумительного. Тила заметила, что посвященные основали свой орден на достойных принципах, значит, среди них обязательно должны иметься порядочные люди.

Везна подошел к проблеме с другой стороны: он считал, что это ловушка. Кольца Плюща находились как раз на полпути из Нарканга в крепость посвященных. Убийство или похищение Изака было бы рискованным предприятием, но вполне возможным. Не секрет, что посвященные считали Сюленты и Эолис слишком опасными для Ланда, поэтому, по их мнению, они должны были исчезнуть. Правда, если бы они решились на подобный шаг, им пришлось бы покинуть свою цитадель в королевстве Эмина Тонала, но если посвященные решат, что дело того стоит, их ничто не остановит.

– Кольца Плюща? И кто, клянусь бородой Бреста, мог рассказать вам о них?

Эмин очень удивился, когда Изак спросил его о храме. Они сидели на верхней террасе и любовались палатками и знаменами на весенней ярмарке, раскинувшейся за воротами. Утренний Дождь прекратился, и Изак согласился пообедать с Эмином.

Король, как всегда, был великолепно одет, и Изак не замечал ни малейших проявлений тревоги, которая должна была бы одолевать монарха. Через два дня под угрозой окажутся город и его жизнь, но Эмина как будто нисколько это не тревожило.

– Просто я услышал чужой разговор, вот и все.

– Похоже, очень странный разговор. – Эмину явно не терпелось узнать подробности. – На свете мало людей, желающих разговаривать об этом месте. Но раз уж вы спросили, Кольца Плюща – заброшенный храм, посвященный Белараннар. Теперь туда ходят очень немногие. Он находится в Лледене, довольно странном месте.

– Странном?

– Да, странном.

Эмин фыркнул. Помолчал, насупившись, но потом словно стряхнул с себя наваждение и продолжил:

– Несколько лет назад там пропал мой друг. Тамошнее графство велико, но в нем нет ни одного города, зато много богатых деревень.

– А кто владелец этого графства?

– У них нет сеньора. Уже много поколений Лледен не имеет хозяина. Как я уже говорил, в графстве случаются странные вещи, поэтому люди стараются держаться подальше от этих мест. Жители тех краев дружелюбно относятся к приезжим, но живут по своим законам… Я никак не могу найти налогового инспектора, чтобы отправить его в Лледен, – добавил король и мрачно улыбнулся: он не сердился, но ему не нравилось терпеть неудачи. – Лледен похож на остров, отрезанный от остального мира. Если бы вы туда отправились, то заметили бы, что тамошние пейзажи… Как бы поточнее выразиться… Очень четкие. Создается впечатление, что естественная магия в этом графстве пропитывает сам воздух, а фольклор и мифы там более реальны, чем обычная жизнь. Народец, хладнорукие, жены мертвеца воспринимаются в Лледене как нечто обычное. И если у вас нет серьезных причин отправиться туда, лучше держаться от Лледена подальше. В подобных местах существует некое внутреннее равновесие, и не стоит его нарушать. Сомневаюсь, что вам там будут рады.

– Да, не лучшее место для осмотра достопримечательностей, – спокойно ответил Изак и, переменив тему разговора, стал расспрашивать об истории весенней ярмарки.

Эмин заулыбался и пустился рассказывать гостю официальную версию истории Нарканга.

Утром второго дня ярмарки Изак проснулся и увидел, что сквозь ставни пробивается полоска яркого солнечного света, а как только кранн открыл окно, его окатил приятный теплый морской бриз. Вчера воздух был пропитан сильным запахом водорослей и плавника, но сейчас в нем ощущалась жизненная энергия волн.

Пока Изак надевал Сюленты и вешал на пояс Эолис, на губах его играла улыбка. Он сунул за пояс свою синюю маску-капюшон: сегодня ему не хотелось прятать лицо. Но на поле соберется множество народа, и, когда кранну захочется отдохнуть от чужих взглядов, он сможет ее надеть.

Они отправились на ярмарку с рассветом.

Изак предпочел ехать верхом, чтобы иметь коня на тот случай, если начнутся бои, к тому же широкая грудь Торамина помогала прокладывать путь среди толпы. Тила ехала рядом в дамском седле на Мегенне. Вообще-то седло было обычным, просто туго обтянутым одеялами, чтобы можно было сидеть боком. Кобыла девушки, хоть и неплохая, не могла сравниться с быстрым, привыкшим к сражениям Мегенном, а Изаку хотелось, чтобы Тила была в безопасности, если придется мчаться во весь дух к воротам.

Казалось, все жители города высыпали за стены на равнину.

Фарланов захлестнул шквал звуков и праздничной суеты: они проезжали мимо открытых кухонь, мимо акробатов, мимо групп менестрелей и площадок для удивительных игр.

Везна уже ждал у турнирного поля, наблюдая за поединками и готовясь принять участие в состязаниях. Ему выпало сражаться с победителем утренних схваток.

По традиции некоторым крестьянам или ученикам мастеровых разрешалось скрестить копья с аристократами; король предоставлял им оружие и лошадей и лично поздравлял победителя. Но Везну беспокоил не высокий, краснолицый парень, который был в восторге уже оттого, что его поставили сражаться с легендарным графом, а двое со знаками посвященных. Один из них принадлежал к людям короля, а второй был богатым рыцарем. Когда он подошел, чтобы поприветствовать графа, в первые же минуты разговора тот заметил татуировку на его ухе.

Уходя, рыцарь бросил алчный взгляд на меч графа, и Везна ощутил непривычный приступ нервозности.

«Дурак, – выругал он себя, – стоило тебе влюбиться, и ты снова превратился в маленького мальчика! Этот человек из братства приходил не случайно – он знает, что ты силен. Просто помни: этим людям неспроста известно твое имя».

Ярмарка доставила Изаку гораздо большее удовольствия, чем он ожидал. Ему нравились экзотические, порой странные на вкус блюда – в основном дары моря. Зачастую он даже не знал названий яств, которые предлагали приветливые повара, но вскоре наелся досыта, а ведь ему еще предстояло обедать с королем. И чем дальше ехали Изак и Тила, тем больше интересного видели вокруг.

Кранн задержался, чтобы посмотреть на выступление бродячего чародея. Неудивительно, что среди зрителей в основном были дети: маг не мог похвалиться большими способностями, возможно, он даже нигде не учился, но кранну все равно понравилось незатейливое представление.