Вызывающий бурю - Ллойд Том - Страница 65

– Да, честь велика: за мной охотится пол-Ланда, желая меня убить. – Изак рассмеялся, увидев выражение лица Карела, и показал ему язык. – Только не нужно меня ругать, я прекрасно понимаю, что ты имел в виду. Просто очень рад тебя видеть. Я боялся, что ты снова уехал с караваном.

– Нет, после нападения на Ломин вся караванная торговля остановилась. Да я и, в любом случае, не уехал бы – уже отказался от такой работы и нанялся личным охранником к одному купцу, которому хватило для рекомендации моего белого воротничка. Я знал, что рано или поздно ты меня позовешь. Изак молча уставился в землю, чувствуя вину за то, что так долго не посылал за другом.

– Прости, я…

Карел остановил его взмахом руки.

– Брось, я знаю тебя лучше, чем ты сам. Я мог бы сказать с самого первого дня, что ты захочешь начать в одиночку. И вот я вижу, каким ты стал, – и очень тобой горжусь. И вовсе не за что извиняться. Ты уже освоился и понял, что тебе нужен человек, который, время от времени, будет дергать тебя за ухо. Хоть и не сразу до тебя это дошло.

Оба повернулись к Везне, который неожиданно разразился хохотом.

– Мм-м, прошу прощения, лорд Изак.

– Яйца Цатаха! Это вы, граф Везна?

Карел схватил его за руку.

– Для меня большая честь познакомиться с вами, милорд. Постойте-ка…

Он перевел взгляд с Везны на Изака, и его иссеченное морщинами лицо озарилось улыбкой.

– Так вы служите Изаку? Вы из…

Карел вдруг расхохотался так громко, что все вокруг испуганно оглянулись на него.

– И теперь вы связались с этим здоровенным неотесанным увальнем?

– Да, господин, мне выпала такая честь, – учтиво ответил Везна, но глаза его блеснули – он явно догадался, что Карел такой же весельчак, как он сам. – Может, продолжим нашу беседу во дворце, где нас не смогут услышать воины?

– Замечательная мысль, – поспешно согласился Изак, догадавшись, что эти двое, скорее всего, найдут общий язык – и тогда ему будет доставаться от обоих. Он положил руку на плечо Карела, и они направились к главному крылу, где их ожидал горячий обед, – Что ж, вижу, с тобой все в порядке.

– В порядке… насколько может быть в порядке пожилой человек, оказавшийся среди молодежи.

Карел махнул рукой в сторону воинов и невольно прикоснулся к своему белому воротнику. Только сейчас Изак заметил, что Карел одет куда лучше, чем в прежние времена. На нем была прекрасная шуба с коротким ворсом, доходившая до колен, отороченная снизу белоснежным лисьим мехом. Его светлые брюки из мягкой кожи были заправлены в пару великолепных зеленых сапог… Весь этот наряд был слишком уж роскошен для старого «духа».

– Вижу, ты успел воспользоваться плодами нашего гостеприимства, – заметил Изак, касаясь полы его шубы.

– Раз уж ты теперь кранн, я решил обзавестись приличной одеждой. Не хочу, чтобы тебе пришлось за меня краснеть. Я здесь всего несколько дней, но твоя служанка всерьез занялась моей персоной.

Карел показал на приближающуюся Тилу.

– С приездом, милорд, – сказала девушка, изящно присев перед Изаком. Потом склонила голову и добавила: – Граф Везна.

– Вам уже приходилось встречаться? – поинтересовался Изак.

– Нет, милорд, – ответила Тила, – но графа легко узнать по его доспехам, а его слава бежит впереди него.

Граф слегка смешался, потом склонился к ее руке.

– Миледи.

Лицо Тилы ничего не выражало, и Изак вспомнил, что она никогда не одобряла восхищения воинов Везной. Когда девушка наконец заговорила, в ее голосе слышалась некоторая холодность:

– Ваши покои готовы. К сожалению, одни подходящие апартаменты пострадали в бурю, а другие уже заняты. Думаю, вы не будете возражать против гостевых комнат. Я велела отнести ваши вещи в те, что рядом с покоями сержанта Карелфольдена, поскольку вы оба теперь служите лорду Изаку.

Изак с удивлением разглядывал скромную девушку, с которой прощался перед отъездом на битву. Ее враждебность не была настолько открытой, чтобы оскорбить, но ее нельзя было не заметить. Изак впервые увидел в Тиле женщину, с детства приученную к тому, что ее положение всегда будет ниже положения мужчины. Для четсов это означало, что женщина не может иметь своего мнения: их женщины были послушными, покорными, вежливыми, никогда не повышали голоса на своего господина-мужчину. Фарланы же были другими. Их женщины превращали свои слабые стороны в сильные, как делают воины в битве; фарланки правили, но исподтишка. Для мужчины здесь не было позором, если люди узнавали, что решение за него принимала женщина, а девушки с острым умом и сообразительностью получали хорошее образование, и на них охотно женились.

– А кто занял другие покои? – спросил Изак, когда к нему вернулся дар речи.

Как ни странно, взгляд Тилы не утратил твердости, несмотря на гнев кранна. Оглядев белоглазого с ног до головы, она ответила:

– Одни комнаты оставлены за сюзереном Тебраном, а в других разместился граф Вилан.

– Но Тебран сейчас в своем поместье. Что же касается Вилана… Найди сейчас же Лезарля! – бросил Изак.

Граф поднял руку, затянутую в черную бархатную перчатку.

– Милорд, меня вполне устраивают гостевые комнаты. Я думаю, графа Вилана пригласил сюда полковник Серс, и не хочу никому мешать.

Изак посмотрел на своего вассала – и все понял. Коротко кивнув Везне, он повернулся к Тиле и вежливо проговорил:

– Миледи, ваши распоряжения вполне разумны, прошу передать эти мои слова главному распорядителю. Уверен, если бы он мог, он поселил бы меня в конюшне.

Тила снова сделала реверанс и направилась к выходу. Везна глубоко вдохнул аромат ее духов.

– Кажется, я ей не понравился.

– У нее есть определенное мнение о том… – Изак покраснел и продолжил тише: – О том, какими должны быть интимные отношения. Не думаю, что ваше поведение соответствует ее представлениям об этом предмете.

Везна сухо рассмеялся.

– Надеюсь, вы правы. Подобные «отношения», как вы жеманно это назвали, не для незамужних девиц.

– Мне будет жаль вашу жену, когда вы наконец решите жениться, – со смехом парировал Изак.

– Почему? Если я заранее завершу все мои интрижки, она сможет насладиться опытом, приобретенным мною в результате усердных трудов на этом поприще!

Везна улыбнулся, и Изак решил не продолжать разговор на эту тему. Было ясно, что граф, время от времени, может дрогнуть перед женщиной, а признает он это или нет – его личное дело.

– Ладно, оставим, – продолжал граф. – Я смогу решить и после, как завоевать сердце леди Тилы. Куда важнее, что граф Вилан числится в моем списке изменников.

– Знаю. Только не слишком торопитесь занять его апартаменты, договорились?

Карел наблюдал за Изаком.

Сознавал это юноша или нет, но его поведение изменилось столь же разительно, как и его внешность. Карел чувствовал одновременно и гордость и радость: наконец-то с лица его дикого мальчика исчезло обычное выражение настороженности. Теперь ему не нужно было избегать людей, не нужно было опасаться неожиданного удара, окружающие больше не бросали на него сердитые и недоверчивые взгляды.

Вот он – высокий и гордый. Изак больше не старался сутулиться, как делал в детстве, чтобы скрыть свой высокий рост. Он стал более энергичным. Теперь ему не требовалось подлаживаться под мнение окружающих, отныне сама жизнь подлаживается под него, закаленного в боях воина. Мог ли об этом когда-либо мечтать обозный мальчишка? С заговоренным клинком, небрежно висящим на поясе, в плаще с изображением дракона, облаченный в магические доспехи, он станет предметом зависти мальчишек всего племени!

Пока Карел разглядывал Эолис, Изак тряхнул головой и с усилием улыбнулся.

– Хватит о делах, нам нужно поесть и выпить.

И он повел Везну и Карела в Большой зал, где народ собрался вокруг зажаренного кабана, от которого уже отрезали первые куски. Изак положил в миску побольше еды и кивком показал Карелу на главный стол.

Когда они устроились поудобней, Изак спросил старого друга: