Черное Пламя - Локхард Джордж "(Георгий Эгриселашвили)" - Страница 77

– Джон, – я взглянула на мужчину. – Ты солдат. Скажи, если командиры перестанут приказывать, продолжишь ли ты воевать с пардами? Человек смерил Керра весьма мрачным взглядом.

– Они пролили немало нашей крови, – ответил он глухо.

– Меньше, чем вы нашей! – Ванаби оскалила клыки.

– Тихо! – прошипела я. – У всех есть личные счёты, но подумайте, к чему приведёт вечная вражда? Неужели вы, – посмотрела на Галину, – неужели люди хотели бы истребить народ пардов? Отнять жизнь у миллионов невинных только потому, что малая доля их сородичей с вами враждует?! Я обернулась к Ванаби.

– Или вы! Вы хотели бы уничтожить расу людей? Всех женщин и детей, всех, кто даже не знает о причинах вражды между вашими племенами, всех, кто был против войны но не сумел ей помешать? Ответил Керр. Мрачно, но спокойно.

– Хаятэ, нам ни к чему такие объяснения. Цель войны – победить, а не вырезать враждебный народ. Не так ли? – он сверкнул глазами на Джона. Тот сплюнул.

– Пустая болтовня, – буркнул человек. – Не нам решать судьбы планет.

– Нам! – рявкнула я так, что Галина даже отпрянула. – Если не нам, то кому?! Это мы сражаемся, наша кровь лъётся рекой!

– И что с того? – насмешливо спросил Джон. – С каких пор пушечному мясу дали право указывать канонирам, куда стрелять? Я усмехнулась.

– С тех самых, как появились драконы. Слушайте! – оглядела всех четверых. – Сейчас моя страна гибнет под нашествием армии дикарей. Они держат в клетках несколько маленьких ящериц, которые обеспечили им победу над лучшими воинами мира. Как это случилось? Парды переглянулись.

– Кажется, я понимаю, куда ты клонишь, – медленно произнёс Керр. Я энергично кивнула.

– Дикари побеждают лишь потому, что их ящерицы умеют приказывать на расстоянии, и тогда брат поднимает лук против брата, отец убивает сына. Но можно приказать и другое, – Я стиснула когти. – Мы отнимем ящериц, тайно привезём на обе ваши базы, и заставим командиров объявить мир. Если получится здесь, на отдельной планете – мы сделаем то же самое в каждом враждующем лагере, и остановим проклятую войну, не пролив ни капли крови!

– А попутно спасём твой остров, – фыркнул Джон.

– Да, – согласилась я. – Но вы здесь по другой причине. Скажите, неужели вы не рискнёте хотя бы попытаться? Надо только начать! У нас, в Ямато…

– Здесь не Япония, – оборвала Ванаби. – Ты хорошая девочка, Хаятэ, но десять лет вражды так просто не зачеркнуть. Я ответить не успела: заговорила Галина.

– Хаятэ, ты и в самом деле удивительный дракон, – сказала она негромко.

– И если этот план увенчается успехом, на главной площади нашей столицы тебе поставят памятник. Но она права, – женщина взглянула на пантеру, – Вражду не так просто остановить. И тут раздался низкий, могучий голос Керра:

– Я согласен, – мрачно произнёс тигр. – Я попытаюсь. Кто со мной? В кабине повисла напряжённая тишина.

– Я, – внезапно сказала Галина. – Я с тобой, пард. Ванаби недоверчиво моргнула.

– Керр, у тебя мех в голове пророс? – на родном языке спросила она.

– Нет, – на общем ответил тигр. – Я не сумасшедший, Вана. Хаятэ говорит дело. Если получится примирить два наших отряда, мы потребуем организовать встречу на высшем уровне между прайд-вождями и руководством Земли, и повторим операцию там. Политики достаточно долго решали, кому оставаться живым. Я больше не собираюсь это терпеть. Он кивнул на меня.

– Мы с Хаятэ проскакали всю степь, и я видел, как живут люди. Почему мы должны убивать друг друга, если есть шанс запрудить наконец реки крови? План Хаятэ – этот шанс. Пусть небольшой, но я им воспользуюсь. Керр повернулся в кресле и положил тяжёлую руку мне на плечо.

– Я рад, что остался с тобою в тот день, – сказал тигр. – Быть с тобой рядом – для меня честь. Я смущённо опустила голову. А Джон, неожиданно для всех расхохотался.

– Разбудите меня… – выдавил он сквозь смех. – Кот, ящерица и лабораторная крыса собираются остановить войну между самыми мощными цивилизацими нашего сектора! Я кивнула.

– Именно так, человек. И у нас всё получится. Керр, высади здесь Джона и Ванаби, оставь им оружие и лошадь. Прежде чем они доберутся до баз, мы или победим, или погибнем. Тигр посмотрел на подругу. Та недоверчиво отпрянула.

– Керр, опомнись!

– Выходи из машины, – угрюмо произнёс пард. – Ты тоже, – он тронул кнопку на приборной панели и с Джона свалились наручники. – Чтобы выжить в степи, вам придётся сотрудничать. Быть может, хоть тогда поймёте, что Хаятэ говорит дело. Глаза Ванаби превратились в две узкие полоски.

– Клан-командир Керр, ты предаёшь всё во что мы верим?

– Нет, – глухо ответил пард. – Я никогда не верил в войну. Выходи и отвяжи лошадь, без коня в Степи вы не протянете и суток. Открылся люк. Испепелив сородича взглядом, Ванаби отстегнула ремни безопасности.

– Ты горько пожалеешь, Керр, – предупредила она. – Я не стану закладывать тебя клан-вождю, но ты вспомнишь мои слова, распятый на пыточном столе людей, – она бросила на Джона взгляд, полный ненависти, и обернулась ко мне:

– А ты, Хаятэ, запомни: если по твоей вине погибнет наша экспедиция, я лично перестреляю всех драконов в южной долине!

Моя рука сама рванулась к поясу, только меча там больше не было. Справившись с собой, я молча отвернулась и скрестила крылья.

– Ванаби, немедленно извинись, – глухо приказал Керр.

– Да прыгай ты на ******* хвостом за ***** через *****! – огрызнулась пардия. – Лети, облизывай **** своей человекосамке! И не забудь ****** эту ящерицу во все дырки!

Гордо задрав хвост, она выбралась из люка и отошла к животу Рокха, где была привязана лошадь. Керр тяжело посмотрел на Джона.

– Ты тоже.

– Галина, это ловушка, – быстро сказал тот, обернувшись к женщине. – Не делай глупостей, они проникнут на базу под видом миротворцев и взорвут бомбу! Ящерица росла в аналоге Японии, она же готовая кумикадза, или как их там!

– Камикадзэ, – поправила я. – Это значит «Божественный ветер». Галина положила руку на плечо Джона.

– Я попытаюсь, – ответила она серьёзно. – Должна попытаться. Другого шанса может не представиться за целую вечность.

Солдат обернулся к Керру, поднял было руку, но ничего не сказал. Так, молча, он выбрался из машины и долго стоял в степи, опустив голову. Тишина становилась гнетущей. Наконец, её разорвало испуганное ржание лошади. Мы, все трое, разом выдохнули.

– Пора, – я уселась в кресло Ванаби и толкнула Керра крылом. – Включай Рокха. Курс на Восток! Пард молча захлопнул люк.

Когда на экране показались родные стены моего замка, мне почудилось, будто сейчас я выскочу из чешуи и брошусь вперёд быстрее Рокха. Керр посадил гигантскую птицу на вершине горы Дзюттэ, откуда мы с Кодзуми любили смотреть на восход Белого Солнца.

Только сегодня здесь никого не было. Вокруг замка царила зловещая тишина, ворота были заперты, по стенам не ходили рёдзю. От страха у меня задрожал хвост, даже стыдно, как у маленькой совсем…

– Ждите здесь, – старась сдержать волнение, сказала я. – Скоро вернусь. Пард протянул мне маленькую рацию, размером с медальон.

– Держись, летунья, – они с Галиной перекинулись угрюмыми взглядами. – Что бы ты ни увидела там, держись. Ты нужна нам.

Мне удалось выдавить жалкое подобие улыбки. Тигр открыл люк, и я рванулась вперёд, разворачивая крылья. По небу мчались хмурые тучи.

Резные стены беседки, где я последний раз говорила с учителем, потемнели и растрескались. В бассейне плавали какие-то тряпки, на старой смоковнице переломали половину ветвей. Впереди, у ворот замка, одиноко трепетал вымпел с опалёнными краями.

Я приземлилась возле опустевшей кузницы. Ветер угрюмо завывал в окнах, фигурки и фонарики с пагоды исчезли, людей не было видно. От страха у меня даже крылья затряслись.

– Годзю-сама! – крикнула со всей силы. – Ханасаки-сэнси! Где вы?! Никто не ответил. Старась держать себя в руках, я поднялась в дом.