Черное Пламя - Локхард Джордж "(Георгий Эгриселашвили)" - Страница 94

– У людей не будет драконьих скафандров, – тяжело дыша, бросил Керр. – Выйти придётся мне.

– Нет, медальон должна вручить я, – оттолкнув парда, я подбежала к дверям. На стене рядом вместо кнопки имелся железный рычаг.

– Стой! – пард схватил меня за крылья и рванул назад. – Там же вакуум! Знак не ви… – он запнулся, – подожди, а почему там вакуум?!

Я хотела огрызнуться, но внезапно корабль содрогнулся от носа до кормы. Железная дверь шлюзовой камеры, словно бумажная, выгнулась наружу и рассыпалась стальной пылью. А за нею, в черноте, горели огромные звёзды.

Так мне сначала показалось. Потом, когда изумление немного прошло, стало ясно – не звёзды, а глаза нескольких Рокхов, паривших в космосе за бортом корабля. Орлов окружало слабое сиреневое сияние, от крыльев тянулась едва видимая вязь светящихся брызг. Это было так красиво, что я несколько секунд не могла шевельнуться.

Чуть ниже птиц расстилалась странная, светящаяся, слегка изогнутая бело-голубая равнина. Я долго не могла понять, что это такое, потом словно в голову стукнуло: планета! Я смотрела на мир, ставший мне домом. Вдали, слепяще-яркое, горело Белое солнце, его свет время от времени поблёскивал на крыльях гигантских орлов.

Тихо подошли Керр и Галина, за ними столпились люди. Все с благоговением смотрели на сказочное зрелище за бортом.

– Почему нет утечки воздуха?.. – прошептала женщина. Пард не стал задавать глупых вопросов, а молча положил руку мне на плечо. Я даже присела, с такой силой он это сделал.

– Летунья, слушай внимательно, – напряжённо сказал Керр. – Они разрезали нам борт. Как только отдашь медальон, не жди ответа, не жди ничего и сразу беги обратно, беги так, как никогда в жизни не бегала. Готовься цепляться за стены и ручки дверей. Стоит им убрать поле, поднимется ураган, в сравнении с которым любой смерч на планете покажется штилем. Галина, – тигр сверкнул глазами на женщину, – Забирай людей и идите к пульту управления аварийными переборками. Когда начнётся утечка, я постараюсь затащить Хаятэ в каюту; едва мы окажемся внутри, вы должны немедленно перекрыть коридор. Он хрипло выдохнул.

– Если увидите, что нас уносит, всё равно перекрывайте. А потом мчитесь отсюда, пока Рокхи не передумали. Хаятэ, готова?

Я помолчала, следя за Валаргом, что парил совсем рядом. Его громадный глаз то и дело заглядывал в пробоину.

– Керр, бери меня за хвост, а сам цепляйся за что-нибудь, – сказала я негромко. Тигр молча послушался. Люди тем временем быстро скрылись в одной из дверей; мы с Керром остались наедине с Космосом.

Хрипло вздохнув, я совершила первый шаг в сторону пробоины. От возбуждения топорщился гребень шипов и подрагивал хвост, если бы не рука парда, вцепившаяся в его кончик, я наверно со всей силы хлестала бы себя. Валарг за бортом молча ждал. Последний раз взглянув на Кагири-то, я судорожно выдохнула и бросила медальон в дыру.

– Отдаю добровольно! – крикнула вслед. Драгоценность ещё успела сверкнуть в лучах солнца, прежде чем на ней сомкнулся стальной клюв Валарга. Все Рокхи одновременно ударили крыльями и пропали из виду.

– Назад! – рявкнул Керр и так дёрнул меня за хвост, что в глазах потемнело. Я даже слова вымолвить не успела, как пард зашвырнул меня в дверь, где скрылись люди – там тоже оказался коридор, только менее широкий

– и прыгнул следом.

– Переборки!!! – прорычал он. Галина, стоявшая у небольшого пульта на стене, ударила по кнопке и в главном коридоре, за дверью, послышался грохот.

– Успели… – Керр облегчённо выдохнул. Но я смотрела только на Галину. Глаза у женщины были какие-то неправильные.

– Хаятэ, что случи… – мы с пардом поняли одновременно и вскочили. Другие люди, толпившиеся в конце коридора, ещё не догадались. А Галина медленно обернулась и скрестила руки за спиной.

– Спасибо тебе, чешуйчатая тварь, – произнесла она ровным голосом. – Ты вернула свободу нашему племени. Убить тебя мы не можем, но отпустить не имеем права. После всех бед и несчастий, которые испытал наш народ, это было бы преступлением. Керр в отчаянии оглянулся на меня, но что я могла ответить? Галина продолжила:

– За годы плена нам стал известен верный способ избавиться от Диктатора раз и навсегда. Прощай, дочь нашего врага. Скаю будет отправлена весточка о твоей судьбе.

Закатив глаза, женщина без чувств свалилась на пол. Но прежде, чем я успела к ней подбежать, завыла сирена и свет в коридоре стал меркнуть. Больше в тот день я ничего не запомнила.

На сей раз приходила в себя я очень долго и тяжело. Голова раскалывалась от боли, тело не слушалось, словно стало чужим. Ослепительный свет резал глаза сквозь сомкнутые веки.

Немного подумав, я сообразила что нахожусь в режиме ночного зрения. Вернуть обычное удалось не сразу, глаза сильно болели. Поморгав, чтобы опомниться, с трудом села и огляделась.

Я по-прежнему находилась в коридоре звездолёта. Все люди и Керр валялись на полу без малейших признаков жизни; пульт на стене тревожно мигал огоньками. От мысли, что все умерли и я осталась одна в корабле мертвецов, стало так плохо, что меня чуть не стошнило.

Несколько минут сидела, прислонившись к стене. Собиралась с силами и пыталась преодолеть ужас. Наконец, даже не пытаясь встать на ноги, я на четвереньках подошла к Керру и приложила ухо к его груди.

Сердце парда не билось. Волна тёмного страха ударила меня, как четыреста копий разом. Схватив Керра за плечи, я затрясла его, надеясь сама не знаю на что.

– Очнись! Слышишь, ты?! Не смей умирать! Очнись!

Голова тигра безвольно моталась. Всхлипнув, я перестала его трясти и села рядом, потеряв последние силы.

– Не умирайте… – прошептала. Солёные слёзы стекали по чешуе.

Не знаю, сколько я так сидела. Долго, наверно. Понемногу боль и горе всё же схлынули, оставив в сердце только пустоту. Рокхи убили всех. Если сдамся – значит, и меня тоже.

– Хаятэ Фалькорр невозможно убить, – выдавила я. – Слышите, вы? Я бессмертная. Я дракон! Ты горько пожалеешь, Валарг. Очень горько пожалеешь, но будет уже поздно.

Поднявшись, я подошла к Галине, чтобы закрыть ей глаза, и подпрыгнула, когда пальцы ощутили едва уловимое дыхание. Вскрикнув, я приникла к её груди – сердце билось, но так медленно, что между ударами можно было прочесть хойку.

Меня словно швырнули рогами о стену. Метнувшись обратно к Керру, я прижалась к его груди и стала ждать. Удар! Сердце парда тоже билось, только в несколько раз медленее, чем у Галины. Конечно, он же втрое тяжелее!

– Победа!!! – крик заметался в коридоре. Немного опомнившись, я обошла каждого человека – все были живы, но словно замедлились. Дыхание едва прослушивалось, сердце билось с огромными промежутками. Ничего, главное – билось!

Усевшись на хвост в центре коридора, я зажмурилась и попыталась отогнать эмоции прочь. Эмоции мне сейчас не помогут.

– Это бой, – прошептала я, – Во время боя можно думать только о бое.

Предстоит битва, где противник – космос, а за хвостом беззащитные люди и парды. Только я стою между ними и смертью. Я – последний самурай заградительного отряда. Предстоит многое совершить.

Медленно выдохнув, я открыла глаза. Надо расслабиться. Гнев, страх, горе, их больше нет. Сердце бъётся ровно, гонит по жилам кровь. Я – гора Фудзи, я спокойна и холодна, снег покрывает мой разум, очищает мысли, гонит прочь вороньё тревог. По крыльям бегут водопады, уносят боль и усталость, я чиста. Страха нет. Горя нет. Гнева нет. Тишина прекрасна, она позволяет уноситься мыслями к бесконечности. Мысли спокойны. Я спокойна. Мир спокоен.

Мантра помогла одолеть волнение, и спустя пять минут с пола поднялась уже совершенно другая Хаятэ. Оглядевшись, я задумалась, что теперь делать.

Для начала следовало проверить, все ли на борту в одинаковом положении. Фильмы пардов готовили меня к захвату земного корабля, поэтому я неплохо разбиралась в расположении помещений. На борту должно быть сто семьдесят два человека, девяносто кошек, шесть ящериц и один дракон; из них одна кошка, один дракон и девятнадцать человек находятся в этом коридоре. Отлично – есть, с чего начинать.