Калифорнийская славянка - Грязев Александр Алексеевич - Страница 59

– Да всё о том же… Об Алёне все мысли мои. Может, думаю, она где-то на этом берегу живёт.

– Ну нет. Тут даже и пиратам-то приставать к здешним берегам незачем. Вот в испанской пресидии она может быть.

– А мы в Сан-Франциско к испанцам пойдём? Может, Гельбер и вправду туда заходил.

– Про то, куда пойдём, ведает только Иван Александрович. Его спросить надо. Погоди маленько.

Но Кускова ждать не пришлось. Проводив Валениллу и, помахав рукой уплывающей байдаре с индейцами, он сам подошёл к Сысою.

– А ведь хорош мужик этот Валенилла! А, Сысой?

– Хорош, Иван Александрович, что и говорить. Доброе дело сделано с ним.

– Только начато, Сысой, только начато. Но начало – половина дела. И как бы хорошо оно не было сегодня, а к испанцам всё же нам надо идти.

– Я готов, Иван Александрович. Куда пойдём?

– В Монтерей, к ихнему губернатору Калифорнии я, конечно, не пойду, а вот в Сан-Франциско к тамошнему коменданту пойдём обязательно. Там нам благоволят со времён Николая Петровича Резанова, который первым сюда дорожку проторил. И с нынешним комендантом доном  Луисом Аргуэльо, думаю, что договоримся полюбовно насчёт продовольствия для Ново-Архангельска. О том имею наказ правителя Баранова.

– И когда же пойдём?

– А вот завтра разгрузимся и пойдём, как Бог нам погоду даст. Так что готовься, Сысой Иваныч. А сейчпс я  к Христофору Мартынычу о разгрузке думы думать, да разговоры разговаривать.

Глава четвёртая

Самыми смелыми разведчиками в племени макома были, конечно, мальчики-подростки. Они ловко выслеживали лесных зверей на охоте и даже могли проникнуть в пасущееся стадо пугливых оленей. Алёна  сама видела, как вместе со взрослыми юные охотники, надев чучела оленьих голов с ветвистыми рогами, подбирались по высокой траве к стаду, а дикие животные, видя такие же как и у них, рога даже и не подозревали об опасности. А, между тем, стрелы из луков и острые ножи завершали дело и племя было с оленьим мясом несколько дней.

        Вот почему Алёна послала ребят   в разведку к испанской крепости Сан-Хосе, но наказала близко к ней не подходить, а скрытно выследить и узнать, где испанцы пасут своих коней.

         Идти до крепости было довольно далеко, и маленькие разведчики  пришли с задания только ночью. Алёна же не спала, их дожидаючи, и встретила ребят у своей хижины вместе с Манефой.

       - Вождь Шаста,- сказал первым Вук, тоже ходивший в разведку.- Испанцы пасут своих коней недалеко от своей крепости  у  Трёх Сестёр.

       - А что такое – Три Сестры? – не поняла Алёна.

        - Так называется  место возле  форта Сан-Хосе, где в чистом поле  стоят одиноко три сосны-чаги,- пояснила Алёне Манефа.

        - Поняла,- кивнула Алёна.- Продолжай, Вук.

        - Днём лошади испанцев пасутся рядом с крепостью и увести их  оттуда никак нельзя,- продолжал докладывать Вук.-  Да их и немного мы там увидели. А вот к вечеру, когда прохладно, лошадей у крепости пасётся больше и их охраняют ночью солдаты с ружьями. Мы видели тех караульных солдат у костра. А ещё  заметили, что передние ноги  испанских коней на лугу  связаны верёвками.

         Выслушав и поблагодарив своих маленьких разведчиков, Алёна отправила их спать, и тут же  приняла решение : в одну из ночей  она  и несколько её воинов пойдут туда, где пасутся испанские кони, повяжут солдат и уведут лошадей…

    … Так и было сделано. Только солдат испанских связывать не пришлось: утомлённые службой, они потеряли бдительность  и заснули возле жаркого костра. А воины макома, разрезав у лошадей путы на ногах, скрытно и без всякого шума привели с десяток коней в своё поселение.,,

  … Узнав об этом наглом, по его словам, набеге индейцев и о потере стольких своих верховых коней, капитан Муньос был в бешенстве. Он обвинил во всём этом дерзком поступке людей макома и приказал лейтенанту Лопесу собираться и завтра же ехать в Сан-Франциско к его коменданту  Луису  Аргуэльо и просить у него помощи против индейцев   ненавистного  племени.

Глава пятая

Капитан Муньос и лейтенант Лопес, сопровождаемые небольшим отрядом солдат-всадников, подъехали к дому коменданта Сан-Франциско и, оба, спешившись, поднялись на крыльцо.

Комендант дон Луис Аргуэльо сидел за столом, когда офицеры вошли в его кабинет.

– О, капитан Муньос!? –  удивлённо воскликнул дон Луис, вставая из-за стола и идя навстречу нежданным гостям. – Никак не ожидал вас, сеньоры, но видеть рад. Что заставило проделать столь долгий путь сюда?

– Дело, не требующее отлагательств, привело нас к вам, дон Луис, – здороваясь с комендантом, сказал Муньос. – У нас с лейтенантом Лопесом есть к вам разговор.

– Располагайтесь, – пригласил гостей комендант. – Рассказывайте о ваших заботах и делах.

Офицеры расположились в креслах у самого стола и Муньос первым начал разговор:

– Вокруг нашего форта Сан-Хосе, дон Луис, поднимают голову индейцы. У нас есть полная уверенность в том, что когда-то и, может быть, скоро они нападут на нас.

– Да,  капитан. Мне известно, что среди множества племён  вокруг наших крепостей есть и очень воинственные. Ну и что они сделали, капитан, сейчас, коли у вас появились такие подозрения в их враждебности?

– Отряд индейцев макома однажды напал на охрану, которая вела работных людей с плантации в крепость. Все индейцы при этом разбежались.

– А охрана? – спросил Аргуэльо.

– У солдат связали руки и отпустили домой, а лейтенанта Лопеса взяли в плен. Правда, в тот же вечер отпустили...  А совсем недавно, два дня тому назад, индейцы макома похитили у нас прямо с ночного пастбища десяток верховых коней… Вот мы и приехали к вам.

– К сожалению, от таких нападений не застрахован никто на всём побережье Калифорнии.

– Согласен, дон Луис… Но вот недавно нам стало известно от индейцев, дружественных нам, что некие племена готовы объединиться и напасть на нашу крепость, да и не только на нашу. Это опасность для всех фортов… А то, что дикие оставили в живых солдат охраны и Лопеса, то и для меня некая загадка. Но её можно отгадать, если объяснить другую.

– И какую же?

– Вождь племени макома – белая женщина.

– Белая женщина?! – воскликнул дон Луис. – Вы не ошибаетесь, капитан?

– Нет, сеньор, – подтвердил слова своего командира лейтенант Лопес. – Именно так – белая женщина верховодит племенем макома. Я сам тому свидетель. Я побывал у них в плену.

– Откуда же она взялась? – всё ещё удивлялся Аргуэльо.

– Она сама и индейцы утверждают, что её дал им бог океана, а женщина вышла к ним из воды. Но как этому верить? Так что никто не знает о том. Потому-то всё это и выглядит неправдоподобно. Скажите, дон Луис, не заходили ли к вам в Сан-Франциско русские корабли? – спросил Муньос.

– Давно не было… Наверное, с полгода или даже больше… Да, да, больше. Но при чём здесь русские корабли, сеньор капитан?

– Та белая женщина – славянка. Её речь ни на испанскую, ни на английскую не походит. Вот я и думаю, что она с какого-нибудь русского корабля.

– У русских в прошлые годы были случаи побегов с кораблей, но те беглецы были мужчины… Но чтобы женщина… Нет, такого не припомню…А как звать её?

– Шаста… Да, она славянка, – ещё раз убеждённо сказал Лопес. – Я видел её дважды и слышал её речь. Да она и сама мне призналась в том. А с русскими здесь, в Сан-Франциско, мне приходилось встречаться.

Дон Луис ходил по кабинету и, казалось, что в уме решал какую-то задачу.

– Что и говорить – всё, что вы сказали о вожде племени макома, очень и очень странно… Однако, что же вы решили предпринять, капитан Муньос, и что в таком случае я должен для вас сделать?

– У нас почти не стало индейцев, чтобы работать на полях. Да к тому же, как я говорил, есть опасность, что макома и другие племена, соединившись, могут напасть на нас, как уже бывало. Вот мы и приехали к вам, сеньор Аргуэльо, просить помощи. Мне нужны солдаты для охраны плантаций и для защиты форта Сан-Хосе… Мы с лейтенантом Лопесом…