Сын теней - Марильер Джульет - Страница 16

— Ты занята. Мне не хотелось бы отрывать тебя от работы. Но мы скоро выезжаем, а перед этим я обязательно должен поговорить с тобой.

Я искоса взглянула на него. Он был бледен и чрезвычайно серьезен. Последняя военная кампания сильно его состарила.

— Ты, по всей видимости, имеешь некоторое представление о том, что я собираюсь с тобой обсудить.

— В общем, да, — сказала я, поняв, что нет никакой возможности и дальше изображать, что я работаю, и таким образом вынудить его уйти. И было бы очень полезно, если бы я имела хоть малейшее понятие, что ему ответить.

— Давай присядем ненадолго. — Мы подошли к каменной скамье, и я села, положив на колени корзинку и вертя в руках нож для подрезки, но Эамон не опустился рядом со мной. Вместо этого он начал ходить взад и вперед, сжав кулаки. Как он может нервничать из-за этого — подумала я — после всего, что выпало на его долю? Но он явно переживал, в этом не было никаких сомнений.

— Прошлой ночью ты слышала мою историю, — начал он. — Эти потери заставили меня глубоко задуматься о многих вещах: о смерти, о мести, о крови и черных мыслях. Я и не представлял, что способен так ненавидеть кого-то. Это очень неприятное чувство.

— Этот человек причинил тебе зло, — медленно произнесла я. — Но, возможно, стоит оставить его в прошлом и жить дальше. Ненависть способна выжечь тебя изнутри, если ты только позволишь. Она завладеет твоей жизнью.

— Этого не случится, — произнес он, повернувшись ко мне. — Мой отец превратил во врагов своих вернейших союзников, он сам виноват в своей смерти. Я бы не хотел, чтобы меня постигла та же участь. Но я не могу просто взять и все забыть. Я надеялся, что… Нет, пожалуй, мне стоит начать заново.

Я подняла на него глаза.

— Мне нужна жена, — сказал он прямо. — После всего что случилось, это стало еще важнее. И это… поможет уравновесить мрак, поселившийся в моей душе. Я устал возвращаться домой, где меня ждет лишь холодный очаг и пустые залы, где гуляет только звонкое эхо. Я хочу наследника, чтобы обеспечить своему имени будущее. Ты знаешь, у меня много земель, в моих владениях безопасно, если не считать этого выскочки и его головорезов, а скоро я и с ними разберусь. Мне есть, что предложить будущей жене. Я… я долгое время восхищаюсь тобой, еще с тех самых пор, когда ты была слишком маленькой, чтобы даже задумываться о возможности подобного союза. Твоим усердием и прилежанием, твоей добротой и преданностью семье. Мы отлично подойдем друг другу. И живу я недалеко, ты сможешь часто навещать родных. — Под моим изумленным взглядом он приблизился и опустился передо мной на колени. — Ты станешь моей женой, Лиадан?

Его предложение было чрезвычайно… деловым. Думаю, он говорил очень правильные вещи. Но мне почему-то казалось, что в его речи чего-то не хватает. Наверное, я просто наслушалась старых сказок.

— Я хочу задать тебе один вопрос, — спокойно сказала я. — Когда будешь отвечать, помни, что я не та женщина, которой нужна лесть и неискренние комплименты. Я жду от тебя только правды.

— Ты получишь правдивый ответ.

— Скажи, почему ты сделал предложение мне, а не моей сестре Ниав? Ведь именно этого все от тебя ожидали.

Эамон взял мою руку в свои и поднес к губам.

— Твоя сестра действительно очень красива, — сказал он с легкой улыбкой. — О такой женщине мужчина может грезить во сне. Но просыпаясь, он захочет увидеть рядом с собой на подушке именно твое лицо.

Я почувствовала, что становлюсь красной, как рак, и не нахожу слов.

— Прости. Я оскорбил тебя, — поспешно произнес он, крепко держа мою руку.

— Н-нет… вовсе нет, — выдавила я. — Я просто… удивилась.

— Я уже беседовал с твоим отцом, — продолжал Эамон. — Он не возражает против нашего брака. Но он сказал, что окончательное решение остается за тобой. Он дал тебе необычайно много воли.

— Ты этого не одобряешь?

— Это будет зависеть от твоего ответа.

Я глубоко вдохнула, надеясь, что меня посетит хоть какое-нибудь озарение.

— Если бы мы жили в старинной легенде, — медленно начала я, — я бы попросила тебя исполнить три моих задания или убить в мою честь трех чудовищ. Но мне не нужно проверять тебя подобным образом. Я признаю, что ты очень… подходящая партия.

Эамон отпустил мою руку и внимательно рассматривал землю у моих ног. Он все еще стоял на коленях.

— В твоем ответе есть недосказанность, — произнес он, нахмурясь, — место для "но". Лучше, скажи мне прямо.

— Слишком рано, — без обиняков ответила я. — Пока я не могу тебе ответить.

— Почему? Тебе уже шестнадцать, ты женщина. Я совершенно уверен в своем решении. Ты знаешь, что я могу тебе предложить. Почему ты не можешь ответить?

Я снова глубоко вдохнула.

— Ты ведь знаешь, моя мать очень больна. И она уже не поправится.

Эамон бросил на меня острый взгляд, встал с колен и опустился рядом со мной на скамью. Напряжение разрядилось, но лишь самую малость.

— Я видел, как она бледна, и не понимал почему, — мягко ответил он. — Я и не знал, что все так серьезно. Мне очень жаль, Лиадан.

— Мы не говорим об этом вслух, — сказала я. — Немногие отдают себе отчет в том, что у нас на счету каждый сезон, каждая луна, каждый день… Именно поэтому сейчас я не могу связать себя ни с тобой, ни с кем-либо еще.

— А есть кто-то еще? — в его голосе внезапно послышалась агрессия.

— Нет, Эамон, — поспешно ответила я. — Тебе не стоит волноваться на этот счет. Я прекрасно понимаю, какая удача для меня получить даже одно предложение, подобное твоему.

— Ты недооцениваешь себя, как всегда.

Снова воцарилось молчание. Эамон, хмурясь, разглядывал свои руки.

— Когда ты сможешь дать мне ответ? — наконец спросил он.

Отвечать было тяжело. Будто я решала, когда Сорче умереть.

— Ради моей матери я не стану ничего решать до следующего Белтайна, — ответила я. — Этого времени, думаю, будет достаточно. Тогда я дам тебе ответ.

— Это слишком долго, — возразил он. — Как мужчина может столько ждать?

— Я нужна здесь, Эамон. И во мне будут нуждаться все больше и больше. И, кроме того, я не понимаю, что чувствую по отношению к тебе. Прости, если я делаю тебе больно, но за твою честность я должна отплатить правдой.

— Целый год, — протянул он. — Ты очень многого от меня ждешь.

— Год — это действительно очень долгий срок. Но я не собираюсь привязывать тебя к себе. Ты ничего мне не должен. Если за это время ты встретишь кого-то еще, и твои намерения изменятся, ты можешь поступать, как тебе заблагорассудиться. Жениться и вообще делать все, что пожелаешь.

— Я не изменю своих намерений, — произнес он уверенно и страстно. — Это невозможно.

И тут я почувствовала, как надо мной пробежала тень, мне на мгновение стало холодно. Может, все дело было в его тоне, или в глубине его взгляда, или в чем-то еще, но мирный, залитый солнечным светом сад вдруг потемнел. Похоже, у меня изменилось выражение лица.

— Что случилось? — обеспокоенно спросил он. — В чем дело?

Я покачала головой.

— Ничего, — ответила я. — Не обращай внимания, все в порядке.

— Мне уже пора, — сказал он, вставая. — Меня ждут. Я был бы счастливее, если бы мы пришли хоть к какому-то… взаимопониманию. Может, нам стоит обручиться, а свадьбу отложить до… до момента, когда ты будешь готова. Или…. разве леди Сорча не желала бы увидеть тебя счастливо устроившей свою жизнь до того, как… Разве ей не хотелось бы присутствовать на твоей свадьбе?

— Все не так просто, Эамон. — Я вдруг почувствовала неимоверную усталость. — Я не могу соглашаться ни на какое обручение. Я не хочу ничего никому обещать. Я уже сказала тебе, когда смогу ответить, и не изменю своего решения. Возможно, год и не покажется тебе таким уж долгим.

— Он кажется мне вечностью. За год многое может измениться.

— Ступай, Эамон, — сказала я. — Эйслинг ждет. Езжай домой, приводи в порядок дела в своих владениях, дай людям вернуться к нормальной жизни. Вечером следующего Белтайна я все еще буду здесь. Езжай домой.