Возвращение (СИ) - Лисина Александра - Страница 48

- Вот почему он так силен, - прошептал Ланниэль.

- Верно, - спокойно кивнула Белка. - Они едины. Поэтому здесь ему подвластна каждая травинка и каждый острый коготь. Поэтому они так страдают без него: Хозяин для нашего Леса - гораздо больше, чем повелитель. Он - их друг по крови, старший брат, высокий лорд, родной отец... и если он не вернется в ближайшее время, это место очень скоро займет Тор. С тем, чтобы передать эту связь дальше по Роду. И еще. Я не говорила раньше, даже Тиру, но... на самом деле идею с перевертышами Таррэну тоже подсказал Лабиринт. Из какого Мира он взял эти сведения, от какого мага, человека или эльфа - я не знаю. Но когда мой муж однажды пришел в Зал Единения и коснулся нижней Плиты, где когда-то пролилась его кровь, Лабиринт прочел его мысли и ответил. А потом и Тебр туда пришел, чтобы узнать, как сохранить добровольцам разум.

- Темная Бездна... - сглотнул Ланниэль. - Отец говорил, что он живой, но я не верил!

- Лабиринт действительно разумен и сам определяет, как ему быть и что делать. То, что наш Лес остался закрыт Кордонами, а не распространился по всей Лиаре, во многом - его желание. И просьба Таррэна, конечно. Иначе тут давным-давно не осталось бы ни Новых Земель, ни Интариса, ни Ланнии и ничего вообще, кроме хмер, оборотней, серого мха и плесени. Однако теперь, когда Таррэна нет, Лабиринт неспокоен, а Тор еще слишком мал, чтобы его заменить. Именно поэтому мы с вами идем к Золотым. И именно поэтому попробуем потревожить Портал.

Стрегон тихонько вздохнул.

- А волки?

- Кроме некоторых посвященных смертных и самих Золотых, о них никто не знает, - Белка странно покосилась на перевертыша. - Но они никому не мешают. Я за этим слежу. С некоторых пор наши мохнатые друзья живут отдельно от остальных Охотников, в рейды ходят только своими тройками, чтобы никого не пугать; когда наступает ночь - спокойно перекидываются, а к утру снова возвращаются в привычный облик. Шир с ними очень строг и спуску не дает, а то натура у них буйная, хищная, непредсказуемая... не зря мы их так долго проверяем и готовим... да и наказываем за глупости тоже по всей строгости. А они иногда бывают, бывают... кстати, мохнатый, тебе пора - светает скоро. Хоть и удивил ты меня вчера, когда среди белого дня перекинулся, но все же не надо испытывать судьбу дважды. Тебе еще рано к Старшим. Поверь.

Волк, терпеливо дожидающийся конца разговора, бесшумно поднялся, тихонько лизнул ее руку и, хитро подмигнув обомлевшим эльфам, неторопливо потрусил прочь.

Она проводила его долгим взглядом, улыбнулась какой-то мысли, и только потом обернулась к застывшим в оторопи спутникам:

- Ну что? Какие у вас еще остались вопросы?

Глава 15

К вечеру, как и обещала Белка, они добрались до следующего Кордона, за которым начинался более приветливый к гостям Лес. Проклятый, конечно, но уже далеко не столь опасный, как тот, что окружал непосредственно Лабиринт.

Здесь, у зеленого барьера, с Гончей тепло распрощалась Айша и трое ее старших детей, которые незаметно оберегали отряд всю дорогу до Границы - просто показались на глаза в последний раз, синхронно мурлыкнули, махнули хвостами и пропали в чаще. Здесь же Белка с затаенной грустью обернулась, пытаясь рассмотреть в небе далекую, едва заметную с такого расстояния паутину заклятий, отделяющую ее Дом от остального Леса. И здесь же Тирриниэль, внимательно следящий за невесткой, неожиданно ощутил, что начал, наконец, разделять ее странную любовь к этому суровому, смертельно опасному, но невероятно притягательному месту. Месту, которое принимало эту удивительную пару за единственных, заботливых и горячо любимых Хозяев.

На этот раз Кордон не доставил чужакам никаких неприятностей. Словно оставшийся вдалеке Лабиринт все еще контролировал себя, заботливо отвел колючие ветви, спрятал зубы, убрал подальше когти и строго-настрого запретил кому бы то ни было беспокоить гостей. Очень редко иногда Стрегон успевал замечать неясные тени в густой листве, спешно сворачивающие лепестки цветы, торопливо уползающие с дороги лианы и стыдливо прикрытые мхом ядовитые шипы, которые ни одно дерево и ни один куст не посмели даже развернуть в сторону быстро шагающих незнакомцев.

Ллеры Инару и Эналле, идя в кольце настороженно озирающихся Братьев, изумленно прислушивались к непривычной тишине, словно не веря, что им разрешают безнаказанно покинуть эти дебри. Что Проклятый Лес отпускает их, но предупреждает, что в следующий раз поблажек уже не даст. И если бы не присутствие Белки, из этого коридора не выбрался бы ни один из них.

Глава Дома Этаррас надолго задумался над потрясающим совпадением, из-за которого те из его спутников, кто не гнался за Изменением лично для себя, по какой-то прихоти Лабиринта вдруг остались живы, а те, кто искренне ненавидел и желал смерти своему повелителю, погибали быстро, но очень мучительно. Почему так получилось? Могло ли случиться такое, что Лабиринт умел чувствовать настроение своих гостей? Мог ли он угадать с такой поразительной точностью, кто из остроухих еще способен выслушать и услышать своего лорда? Кто сумел бы отставить давнюю неприязнь и согласился бы на Единение с наследником Изиара, чтобы быть полностью уверенным в открывшейся истине? А кто остался абсолютно глух к голосу разума?

Эта неосторожная мысль заставила Темных эльфов дружно вздрогнуть и ошеломленно уставиться на спину маленькой Гончей, неутомимо бегущей по едва угадываемой тропинке.

Боги... неужели это была она?! Неужели это ее волей Проклятый Лес согласился коснуться смятенных мыслей и подслушал тлеющие в их душах сомнения? Могла ли она отдать ему такой приказ? А может, это был не приказ, а всего лишь просьба?

Белка, почувствовав чужое внимание, на мгновение обернулась, и ллер Инару вдруг с содроганием осознал, что за прошедшие века она стала невероятно, просто непостижимо сильна. Будучи супругой Темного мага, она просто не могла не перенять у него некоторых свойств и умений. Будучи наследницей Л'аэртэ, не могла не получить знаний этого древнего Рода. Будучи полноправной хозяйкой в своем необычном Лесу, не могла не беспокоиться о его сохранности. И, оставаясь сейчас единственной ниточкой, связывающей его с остальным миром, не могла не знать того, что успел выяснить о чужаках Лабиринт.

Перворожденные судорожно сглотнули, поскольку наложенные ллером Эналле кровные узы пока никто из них не снял, а мысль одного тут же дошла до всех остальных.

Перехватив спокойный взгляд Гончей, Старейшина тихо застонал про себя: ну конечно, она знала! Встретив их возле второй Границы, сразу почувствовала, что полторы сотни эльфов вошли туда по самым разным причинам. И если большинство из них желали простого и выполнимого Изменения персонально для себя, готовы были на все ради этого - Дома бросили, Рода свои предали, жизнями рисковали, пряча затуманенные алчностью глаза за низко надвинутыми капюшонами... то другие всего лишь хотели сохранить свою расу от вымирания. В чем-то наивные, молодые (а Эналле действительно был самым молодым среди глав Старших Домов), поддавшиеся на искусную провокацию Брегариса. Жалкая горстка смельчаков, которая сейчас покорно шла вслед за своим, поразительно изменившимся повелителем.

- Забудь, - вдруг наклонился к нему Тирриниэль. - Не ты первый, кого Бел так проводит. Мне в свое время пришлось гораздо хуже, так что не бери в голову.

Темный эльф, поняв, что теперь его мысли читает не только Белка, но и Владыка, чуть взвыл про себя от стыда.

- Но как?! Мой лорд...

- Увы, - сочувственно отозвался Владыка. - Этого даже я не могу тебе объяснить. Раньше она еще нуждалась в крови, чтобы наложить временные узы, но теперь все гораздо проще: Лабиринт вполне его заменяет и способен издалека понять, кто и с чем сюда пришел. После чего, соответственно, сам решает, куда девать незваного гостя - выбросить ли его обратно или просто переварить.

- Темная Бездна...