Дары Силы (СИ) - Безмага Виктор Валентинович - Страница 42

Старик сидел на прежнем месте, и снова курил, с интересом глядя на Федора.

- Ты, что творишь, дед - процедил, сквозь зубы Федор.

- А ты не обижайся молодое дарование, это побочный эффект - улыбнулся старик - сядь, посмотрим, то вышло. А ну-ка скажи дитятко, что написано на четвертой странице самого старого Пророчества Орсфета, которое ты видел, ну с начала листа пошел.

- И соберет он великую силу и сотворит мечи времен. Сладостно будет, владеть таким мечем, но горько будет владеть им. Горе и счастье принесут они в мир, храня одних и грозя другим...- не задумываясь, начал Федор, и вдруг замолчал.

- Ты что сделал то, уважаемый - с опаской спросил он.

- Ну, я сделал так, что ты помнишь дословно, точно, без ошибок и напряжения, все, что когда-либо слышал, видел или читал. Правда кое-что, захочешь стереть, ну для этого нужно только захотеть и сказать себе, что это нужно убрать. Правда, потом не вспомнишь, это тоже вроде побочного эффекта.

И сколько я туда могу положить, чтоб не чекануться, - ошарашено спросил Федор, - каков объем мешочка?

Сколько хочешь, считай, что дна у мешка нет, ну теперь ты не такой как был, можешь идти, молодое дарование. Да еще передай это девушке, это женское, ей поможет.

И он швырнул в огонь цепочку с кулоном в форме небольшого цветка с ярким зеленым камнем. Федор на лету подхватил подарок, фактически вырвав его из пламени.

- А что так грубо уважаемый - задал он очередной вопрос.

- Иначе здесь нельзя, - ответил старик - я выбросил ты забрал, ну иди, иди.

- А куда идти, уважаемый? - спросил Федор, вставая и засовывая кулон во внутренний карман куртки, это новшество они с Антоном по привычке ввели в своей одежде. Здесь все мелкие вещи носили в мешочках, которые привязывали к поясу.

- Да вот шагни прямо в костер, родич, и окажешься там, где был - ответил старик.

Федор встал, и сделал шаг в огонь.

Нет, он не загорелся, просто его скрутила, вывернула и мгновенно отпустила, сила переноса, ох неприятны эти переносы.

Он сидел на прежнем месте, уложив ладони на колонну, и оперившись на камень всем весом. Медленно, отходя от всего пережитого, он открыл глаза и посмотрел вокруг. Возле него сидели Антон и Ворон, с другой стороны сопел еще кто-то. Федор медленно повернул голову. Справа сидел Опора и задумчиво смотрел в камень колонны, словно прибывая в каком-то трансе.

- Очухался, сказал Ворон, ну ты, правда, его видел?

- Кого его? - не понял вопроса Федор.

- Такыра, создателя темного факультета - выпалил Антон.

- Так этот дед создатель темного факультета - изумился Федор - да лет то ему сколько?

- Около тысячи, точно не скажу, - задумчиво сказал Ворон - ну и отгадал ты его загадку.

- Ага, отгадал, а что.

- Да отгадал, иначе бы там и остался, ну а что он тебе дал, или взял, раз ты вернулся.

- Хорошую подмогу в вашей учебе, вот что дал. Да вот тебе вроде, подарок - сказал Федор - протягивая Антону кулон.

Антоха долго рассматривал вещицу, затем, заявив, что зря такие вещи не даются, повесил кулон себе на шею и затолкал его под одежду. Ворон смотрел на них расширенными глазами и молчал. Беседу прервал Коваль, глухо застонав, он упал лицом вниз, сильно ударившись головой о каменный монолит.

3

Опора пришел в себя достаточно быстро и, увидав вернувшегося Федора, начал бурно выражать свою радость, и гнев, мало стесняясь в выражениях. С одной стороны, Федор получил массу интересных выражений, которые еще предстояло понять. С другой стороны он, уяснил, что их связь реальна и не так абстрактна, как ему казалось. Коваль впал в транс с того момента, как Федор отправился в свое путешествие, и пришел в себя только с его возвращением. Этот опора, оказывается, всегда чувствовал, где находится Федор. Просто знал, где он, и когда тот отправился странствовать, куда-то в другой мир, или черт его знает куда, он тоже впал в транс.

Это было серьезной новостью, и серьезной проблемой, поскольку теперь отношение к нему пришлось изменить. Федор, вдруг, понял, что кроме Антона для него в этом мире возник еще один человек, которого можно было считать почти родственником. Эта мысль его не сильно обрадовала, поскольку Коваля он еще не знал хорошо. Предстояло долго разбираться.

- Слушай Ворон - начал Федор, - это твой совет, тут посидеть а?

- За мою жизнь, никто с Такором не встречался, все считают, что это старая сказка.

- Ладно, а о каком проклятии факультета шла речь?

- Легенды, - начал оправдываться Ворон, - говорят, что в свое время, студенты темного отделения, добивались гораздо больших успехов в жизни, чем студенты светлого. Возникло противостояние, поскольку на темный факультет студенты шли охотнее. И тогда один из преподавателей светлого факультета, его имя сейчас неизвестно, вызвал на магический поединок самого Такора. Поединок длился три дня, и Такор победил но, умирая тот, светлый, проклял весь темный факультет, вместе с его создателем. А предсмертное проклятие мага это, знаешь ли .... Некоторые студенты просто умерли сразу. Судьбы других резко изменились, да многое пошло наперекосяк. Вот тогда Такор и ушел пещеру, в которую мы вошли. А потом он пропал, а в центре пещеры появилась эта колонна. Легенда гласит, что можно, при определенных обстоятельствах, посоветоваться с ним. Но на практике, я таких людей не встречал. Кстати, все скелеты, которые мы нашли, сидели перед колонной, уперев в нее ладони. По этому, когда ты впал в транс, мы очень испугались.

- Ладно, баторы, пошли спать, - сказал Федор - я не на шутку устал и перенервничал, Ворон, а где там моя коньячная фляга, не мешает обмыть подарки.

Утром магистр застал у костра мирно храпящего Ворона, сильно поддатого Федора, который выяснял вопросы взаимного уважения с Секчем, и абсолютно, что называется не вяжущего лыка Антона, тупо глядящего на огонь.

Тем не менее, всю компанию погрузили на телеги, и караван пошел дальше.

4

Следующая ночевка уже проходила в крепости. Правда, крепостью, как правильно указывал Ворон, это строение назвать было трудно, скорее высокая укрепленная, с восемью башенками для лучников казарма. Внутри, как ожидал Федор, это и была казарма, в которой постоянно жили два десятка воинов, а остальное помещение было разбито на четыре части и предназначалось для гостей.

Известие о падении последней крепости, воины восприняли молча. Потом, так же молча, разошлись по своим местам. Это были бывалые солдаты, и хотя каждый имел в последней крепости друзей и знакомых, внешне своего горя не выражал ни кто.

Вечером, гости были приглашены на поминальную тризну. В большом зале собрались все обитатели крепости, оказывается, здесь было больше десятка женщин, которые сейчас были одеты в белое. Стол был заставлен нехитрыми крепостными припасами, которые есть в любом гарнизоне. Кроме копченого мяса, нескольких видов каши и солений, на столе было много зелени, мучных изделий и несколько видов напитков. Кроме того, каждую тройку кувшинов сопровождала стеклянная бутыль, в происхождении содержимого которой было невозможно ошибиться.

В начале пиршества, сначала, произнес речь комендант, или воевода как называлась эта должность здесь. Затем высказался каждый из присутствующих воинов, восхваляя способности, дарования и отвагу обитателей последней крепости. Затем долго и нудно стал говорить, присутствующий в зале жрец.

Федор, Антон и Секач, глядели на пиршеский стол мученическими взглядами. Магистр не стал освобождать их от головной боли, хотя мог, и запретил это делать Ворону. Тот стоя рядом смотрел на них сочувствующими глазами, но пренебречь приказом магистра не решался. Лекция о беспробудном пьянстве студентов первых курсов магика, что светлого, что темного, уже была прочитана, а фляга конфискована до конца пути.

Наконец всех пригласили сесть, наполнили чары и выпили по первой, жрец плеснул остатки коньяка из своей чары в очаг. Федор стал энергично закусывать, положив себе изрядную порцию горячей каши.