Весенние грозы - Исьемини Виктор - Страница 46

Ок-Линвер полагал, что преимущества его тяжелой конницы над пехотой некроманта окажется достаточно, и решил действовать по правилам, то есть не доверяться случайностям, а схватиться на ровном поле, где будет вдоволь места для разгона. Подходящая местность лежала к западу от Аднора, поэтому имперцы, хотя приближались к врагу с севера, выполнили обходный марш и стали лагерем у небольшой деревни, отделенной от Аднора лесом и широкими полями - теми самыми, на которых ок-Линвер хотел сразиться.

Утомленные маршем имперцы расседлали коней, зажгли костры и расположились на отдых. Их лагерь окружали посты и дозоры, так что о приближении противника стало известно заранее.

Небольшие группы наемников вступили в лес и наткнулись на имперские посты. К этому времени уже совершенно стемнело, так что стычки получились беспорядочными и закончились ничем. Ок-Линвер резонно рассудил, что его пытаются выманить из лагеря, заставить атаковать ночью. Это в планы не входило, и капитан запретил кавалеристам сражаться, вместо этого отправил в лес еще несколько десятков пеших солдат, причем велел им не выходить на открытое место, где некроманты могут использовать неупокоенных.

Когда стало ясно, что упрямый капитан не настроен сражаться в темноте, наемники отступили и ночь прошла спокойно. Наутро люди ок-Линвера позавтракали, вооружились и двинулись по дороге через лес. Миновали заросли и остановились у опушки. Перед ними лежала равнина, сперва пашни, дальше - неприятельский лагерь и, наконец, у самого горизонта, виднелись башни Аднора. Между лагерем и лесом развернулось войско некроманта. Вперед выступила пехота, воины шагали, не держа строй. Они катили три гигантских фургона. По рыхлой распаханной почве тяжелые повозки двигались медленно. Длиной они были метров по шесть-семь, борта имели высокие и прочные на вид. Сверху прикрыты полотняными тентами, натянутыми на широких рамах

В их рядах ванетские воины не разглядели ни мертвых солдат, ни кавалерии. Несколько сот пехоты не могли оказать серьезного сопротивления атаке тяжелой конницы, это было очевидно. Ок-Линвер даже заподозрил подвох - слишком уж неравными казались силы. Он остановился и стал приглядываться к беспорядочному построению врага. Оруженосцы, у которых зрение было получше, чем у старика, твердили, что видят еще один отряд неприятеля - дальше, неподалеку от городских ворот. Конечно, там и стоят неупокоенные, чтобы отразить вылазки аднорского гарнизона.

И в самом деле, против имперского войска некромант расположил своих наемников. Они стояли беспорядочной толпой, тяжеленные длинные фургоны развернули и раскатили в стороны, так что между ними было примерно по двадцать метров. Частично повозки служили защитой пешим воинам.

Некромант проехал верхом вдоль шеренг. Солдаты поворачивали головы, провожая его взглядом. Колдун остановился, с минуту разглядывал свою пехоту, потом громко и внятно объявил:

- Когда кавалерия поскачет, разворачивайтесь и бегите.

- Бежать от конницы - смерть! - выкрикнул кто-то в рядах наемников. - Догонят и затопчут!

- Если хотите выжить, побежите, - отрезал колдун. - Я буду позади. Бегите справа и слева, за моей спиной выстроитесь снова.

Больше маг ничего не говорил, повернул коня и отъехал в тыл. Около сотни шагов отделяло группу его подручных от линии пехоты. Здесь были Рисп с кавалеристами и десять магиков. Последние - вооружены луками. Стрелы в их колчанах были необычайно толстые, выкрашенные черным. Колчаны тоже странные - похожие на пчелиные соты, так что каждая стрела покоилась в отдельном футляре, не соприкасаясь с соседними.

Трое колдунов осторожно держали в руках небольшие шкатулки. Маршал подъехал к ним и спешился.

По его знаку магики раскрыли шкатулки. Некромант удовлетворенно кивнул:

- Когда я скажу, соединяйте.

Рисп осведомился:

- Что делать моим людям?

- Если боитесь, можете удрать сейчас, потому что скоро будет поздно. Если останетесь - станете свидетелями незабываемого зрелища.

Маршал сам себя не узнавал, он сделался разговорчив!

- Тогда мы останемся, - заявил гевец. - Под нами хорошие лошади, к тому же они вчера отдохнули, а имперцы маршировали почти до самого заката. Мы успеем удрать и после того, как поглядим ваше зрелище.

Маршал не стал отвечать, он думал о Глоаде. Она вызвалась командовать арьергардом. Он оставил принцессе два десятка магиков и всех неупокоенных солдат, а также три десятка лучников из Ренприста. Если гарнизон выйдет из Аднора, этого должно хватить, чтобы загнать имперцев обратно... На этот счет маршал не волновался, но лишь бы Глоада не лезла в первый ряд. Она такая легкомысленная... девочка...

Ок-Линвер, напрягая слабые стариковские глаза, вглядывался в строй гевской пехоты и пытался угадать, на что рассчитывает неприятель.

- Сэр, - обратился к нему молоденький оруженосец, - не прикажете ли дать сигнал к атаке?

Капитан покосился на юнца. Что делать, теперь большинство в гвардии составляет молодежь, немного ветеранов пережили прошлогодний поход. Новобранцам не терпится в бой, особенно, если враг намного слабее. Ок-Линвер тоже был молодым, но всегда отличался рассудительностью. И что же? Где шустрые юнцы, с которыми он начинал службу? Все погибли, пропали, он остался один - и теперь командует гвардией. А скоро будет графом где-нибудь далеко на западе, в Сантлаке. Подальше от этих зловредных магов и гевских разбойников.

- Что там, в фургонах? - вместо ответа буркнул старик. - Лучники? Копейщики? Просто мешки с песком, чтобы тяжелыми повозками преградить путь кавалерии?

- Может, какие-то колдовские штучки? - предположил рыцарь постарше.

- Колдовство не требует здоровенных повозок, - отрезал ок-Линвер. - Колдовство - это бум! Бах! Разноцветные искры, очень красиво и мало толку. Ну ладно, что пользы стоять и гадать? Первой линии - атаковать! Пусть не торопятся и действуют осмотрительно. Особенно - возле тех повозок.

Поскольку в рядах неприятеля не было видно кавалерии, первый ряд имперской армии составили конные латники, которых привели местные дворяне и графы. Около пяти сотен кавалерии по звуку трубы нестройной массой устремились к рядам пехоты. Когда они пришли в движение, наемники развернулись и бросились наутек - как им было велено. На месте боевых порядков пехоты остались только фургоны.

Некромант вглядывался в атакующих всадников. Те, подозревая какой-нибудь обман, не торопились. Даже когда пехота побежала, они не пришпорили коней и двигались шагом, держа некое подобие строя. Вот кавалеристы приближаются к фургонам... остается тридцать шагов, двадцать...

- Соединить! - проревел некромант.

Трое колдунов со шкатулками исполнили приказ. У каждого в деревянном футляре было по два амулета, один закреплен неподвижно, другой имел возможность скользить вдоль паза. Их разделяли перегородки. Едва ванетская кавалерия пришла в движение, магики вытащили перегородки и приготовились. Когда маршал велел соединять, сдвинули подвижные детали, так что пары амулетов соединились плоскими гранями. Таким образом они активировали заложенное в амулеты заклинание, не произнося ни слова.

Кавалеристы приблизились к фургонам на десять шагов... Повозки вздрогнули. Пять шагов. Фургоны сотряслись и начали разваливаться. С треском упали высокие борта, лопнули тенты, развалились ребра, поддерживающие ткань. Кавалеристы поравнялись с повозками, они уже поняли, что здесь какой-то подвох и натягивали поводья. Они останавливались. Фургоны развалились на куски, на их месте встали гигантские фигуры, покрытые металлической броней. Все три - разные, не похожие друг на друга, они отдаленно напоминали закованных в доспехи воинов, но во много раз больших, чем самый высокий человек. Ноги - непропорционально короткие, конические, с очень широким основанием, вдавились в рыхлую почву, раскрошили в щепу попавшие под них обломки фургонов. Руки, покрытые матово отсвечивающей сталью, оканчивались цепями, на которых свисали утыканные трехгранными шипами шары диаметром в полметра. Туловища скрывались под цилиндрическими панцирями, а вместо голов - округлые шишаки, едва приподнятые над необъятными плечами. Чудовища шевелились и раскачивались. Похоже, они не умели толком держать равновесие, однако ноги имели такие толстые и массивные, что гигантам было невозможно упасть. Кавалеристы остановились, кони испуганно фыркали и норовили повернуть.