Невеста для принца - Хейл Шеннон - Страница 40

В толпе раздался гневный ропот. Кое-кто из селян обругал Дана и перехватил крепче рукоятку оружия. Оз зарычал, его голос стал похож на горный обвал:

— Никто из наших дочерей не останется у вас, и если пострадает хоть одна из них, я лично прослежу, чтобы никто из вас не покинул эту гору с целыми руками и ногами. — Оз бросил взгляд на свою дочь Герти, оказавшуюся в лапах одноглазого бандита. Потом он снова посмотрел на Дана, и по его лицу было ясно, что ему доставит огромное удовольствие кого-нибудь покалечить. — Отпустите их сейчас же, и мы отпустим ваших людей и позволим вам убраться живыми на своих двоих. Это хорошее предложение. Не отвергайте его из гордости.

Дан сплюнул в снег:

— Я пришел сюда, чтобы получить королевский выкуп, и не уйду без…

— Ты слышал наше условие, — прервал его Оз. — Подумай немного над моими словами, прежде чем решишь умереть прямо сейчас.

Дан медлил с ответом, а Мири подумала, что Оз преуспел бы больше, если бы воспользовался принципами дипломатии.

Снег продолжал падать, мягкий и легкий, снежинки иногда взмывали вверх и кружились, подхваченные порывом ветра. Мири казалось, что здесь только снегопад необычный и мягкий, все остальное этой ночью — жесткое и опасное, как падающие куски льда и штормовой ветер, способный сдуть человека со скалы. Погоде было невдомек, что в любой момент Дан может сломать ей шею, словно кролику, откормленному на рагу. Снежинки летели вниз медленно и томно, словно лепестки цветов.

Дан снова сплюнул. Это означало, что он принял решение.

— Мне нужна награда за мои хлопоты, и я ее получу, иначе эта девчонка будет первой. Я не шучу.

Его шершавая рука оцарапала ей шею.

— Мы тоже не шутим, — сказал отец Мири и посмотрел на Дана тяжелым взглядом, тяжелым, как камень, из которого он и сам, казалось, был вырезан.

— Ладно, Дан, — тихо, чтобы не услышали селяне, заговорил бандит, удерживавший Кэтар. — Мы хорошо отдохнули и наелись от пуза. Можно, пожалуй, и уйти.

— Заткнись, идиот! — гаркнул Дан, и Мири закашлялась, так сильно он сдавил ей горло. — Я ведь говорил вам, нужно мыслить шире. Мы не получили того, за чем пришли, и мы не уйдем без принцессы, которую можно обменять на выкуп.

— А я уйду, — сказал бандит, державший Герти. Он толкнул ее на землю и попятился, лихорадочно вращая своим единственным глазом по сторонам, словно боялся выпустить кого-то из виду. — Что-то на этой горе неладно. Она знала, что мы здесь, и рассказала об этом селянам, как и предупреждали девчонки. В следующий раз гора похоронит нас заживо, и никто даже не всплакнет, или эти силачи оторвут мне руки. Однажды я отдал за тебя глаз, Дан, но руки терять не собираюсь.

Герти бросилась к Озу и обхватила его ногу. Мири видела, как этот огромный мужчина вздрогнул от облегчения.

— Ты рассуждаешь как глупец, — сказал Дан, брызгая слюной. — Я приказываю тебе остаться!

Одноглазый бандит посмотрел на мужчин и женщин с ломами и колотушками в руках, взглянул на небо, откуда продолжал сыпаться снег, передернул плечами и повернулся, чтобы уйти. Несколько человек последовали его примеру, отпустив заложниц.

— Опасное место, — пробормотал один из них.

Фрид оттолкнула державших ее двух бандитов. Они хотели было затеять драку, но она подняла кулаки и посмотрела на них таким взглядом, будто вызывала на бой. Тогда они отряхнули снег с колен и догнали остальных дезертиров. Уходя, они то и дело оглядывались, словно боялись, что сама гора начнет их преследовать.

— Вернитесь! — прокричал Дан. — Уйдете — и можете забыть о банде!

Снег сгущался, и через несколько секунд бандитов скрыла белая пелена. Остальные сразу задергались, еще трое бросили своих пленниц и побежали. Теперь рядом с Даном остались только Онор и Песья Морда.

— Принцессой может быть вот эта, — сказал Онор, встряхнув Эсу. — Я не собираюсь бросать в снег девчонку, за которую можно выручить сто лошадей.

Песья Морда приставил кинжал к груди Бритты и лениво поигрывал лезвием. На рубашке девушки появился порез. Мири опять забилась в руках Дана, но тот лишь усилил хватку. Если бы у нее было хоть какое-то оружие! К ресницам девушки прилипли снежинки, на глаза навернулись слезы досады, и она больше не различала отцовское лицо.

Мири знала, что Дан ни за что не отпустит ее и успеет свернуть ей шею, прежде чем его коснется колотушка. Оз снова начал торговаться, пытаясь убедить оставшихся бандитов в бесполезности трех жалких пленниц, но Мири чувствовала, что его слова не урезонили главаря и он продолжал держать ее так же крепко.

Где-то далеко над снегопадом забрезжил рассвет. Постепенно светлело, все вокруг окрашивалось в розовые и серебристые тона. Мири отчетливее разглядела селян, первые лучи высветили морщины у глаз и у рта, и от этого у нее заболело сердце. Там стоял Петер с красными от холода руками, — наверное, он так быстро собирался, что не успел найти перчатки. Там стояла круглолицая Дотер, стоял отец Мири, огромный и несокрушимый, как скала, стояли шесть братьев Фрид и ее мама, самая рослая из всей семьи. Там стояли ее родные, товарищи по играм, защитники, соседи и подруги — те люди, что составляли ее мир.

И внезапно она осознала яснее ясного, что не желает жить вдали от деревни, на которую падает тень горы Эскель. Гора была ее домом — вместе с каменной пылью, ритмичным стуком каменоломни и людьми, которых она знала, как собственную руку. И вот теперь, глядя на них, возможно, в последний раз, она ощущала такую сильную к ним любовь, что сердце готово было разорваться, лишив бандита возможности ее убить.

Нужно что-то предпринять, причем немедленно. Чтобы придать себе смелости, она опустила руку в карман юбки и коснулась ястребка из линдера. До этой минуты она совсем о нем забыла.

— Пожалуй, в этом доме нам больше не найти покоя, — произнес Дан. — Заберем-ка мы лучше нашу добычу и двинем отсюда.

Он начал пятиться в сторону дороги, ведущей вниз с горы.

— Неужели ты думаешь, что мы позволим тебе уйти с нашими девушками? — подал голос Оз. — Мы ведь понимаем, у них почти нет шансов выжить в ваших руках.

— Ну, тут вам придется рискнуть, — сказал Дан. — Потому что если вы вздумаете напасть сейчас, даю вам слово, их шансы выжить сильно уменьшатся.

Селяне зашевелились, поднимая свое оружие, но никто не сделал ни шага.

Дан продолжал пятиться, Онор и Песья Морда не отставали от своего главаря. Он, видимо, пытался нащупать дорогу, но мешал глубокий снег.

Мири знала эту гору. Даже в сильный снегопад она разглядела, что он свернул в сторону, к обрыву. Вот бы ей удалось подвести его ближе к краю! И она неслышно запела самой себе: «Волк без раздумий нападет. Так что бей. Вниз камнем ястреб упадет. Просто бей».

— Всем стоять на месте, — приказал Дан. — Мы сейчас уйдем, а вы отправитесь на поиски своих девчонок, когда весной растает снег. С ними все будет в порядке.

Мири посмотрела направо и увидела застывшие от ужаса лица Бритты и Эсы. Посмотрела налево, но не разглядела край обрыва из-за сплошного снегопада. Ей понадобится помощь, чтобы заманить туда бандита.

Она знала, что отец ее любит, чувствовала это всей душой. Она не сомневалась, что ради нее он готов спрыгнуть с горы. Но как говаривала Дотер, это дом с закрытыми ставнями. Мири сомневалась, что он поймет ее призыв на языке горы.

Другое дело — Петер. Он услышал ее далекий зов. Он обязательно поймет.

Мири вновь принялась вырываться, на этот раз не надеясь на успех. Она просто хотела на секунду коснуться земли — вдруг удастся пробиться сквозь снег и нащупать камень. Так и произошло. А еще она крепко зажала в кулаке ястребка, надеясь, что этот кусочек линдера тоже ей поможет. Собрав всю свою волю, она тихо — тише, чем падает снег, — запела на языке горы.

На этот раз она вспомнила тот случай, когда Петер провалился в яму с ледяной водой и исчез из виду. Ей не пришлось долго гадать, понял ли он ее.

— Только не думай, что мы не последуем за тобой, — сказал Петер. Снег толстым слоем лежал на его рыжеватых кудрях, как серебро на золоте. — Если придется, мы протопаем до самого моря.