Лучшее за год 2005: Мистика, магический реализм, фэнтези - Датлоу Эллен - Страница 140

— Меня зовут Мак, — продолжал странный парень.

— Это прозвище для неразумных малышей. Тебе придется изменить его.

Глаза Мака превратились в голубые льдинки.

Я разжевала шарики сухого завтрака, проглотила их и сказала:

— Джефф, а ты знаешь, сколько воды содержится в твоем теле?

Джефф вздрогнул, потом расслабился и опустил плечи.

— В теле каждого человека? — продолжала я, удивляясь, что голос звучит довольно спокойно.

Мак посмотрел на меня, и его глаза приобрели нормальный вид.

— Бекки, ты напугана?

— Да.

— Разговором с водой?

— Ну да.

И многими другими вещами. А вдруг он сумасшедший? На руке еще сохранились капли воды, и это придавало некоторую достоверность происходящему. Так значит, когда он говорил о других мирах…

— А с чем еще ты можешь разговаривать?

Мак немного напрягся.

— С силами и элементами. Погодой. Растениями, животными и пустотой между ними. Там, откуда я пришел, в подземном мире, каждый может разговаривать на этих языках. Наверху никто не обладает подобными способностями; всю работу они выполняют при помощи рук. Воду они носят в ведрах или бадьях, иногда перемещают ее при помощи труб и акведуков. Они могут убедить воду только падать.

Взгляд Мака переместился куда-то вдаль, потом он опять посмотрел на нас.

— А у вас здесь магия прикосновения. Вы дотрагиваетесь до чего-то, и из-за этого что-то происходит. — Мак махнул рукой в сторону плиты. — Ты трогаешь эту круглую белую штуку, и появляется пламя; тебе не приходится раздувать его или говорить с огнем. Вы трогаете металлический рычаг в душе, и вода начинает течь откуда-то из другого места. В той комнате, куда Бекки привела меня сначала, она дотронулась до предмета на стене, и на потолке вспыхнул свет.

— Мак? — Джефф наклонился вперед на стуле. — Нет, ты определенно пацан. А что ты можешь сделать такого, чего мы не можем?

— А что вы не можете делать? — спросил Мак.

Мы оба замолчали. Если он считает магией выключатель на стене, то как ему объяснить, что нормально, а что нет?

— Как давно ты появился здесь? — поинтересовалась я.

— Когда я пришел, была ночь. Я видел дома и огни. Я видел людей в окнах, но побоялся подойти к дверям. Здесь все выглядит не так. Не так, как в последнем мире, где я побывал, и не так, как в мире перед этим. — Мак положил голову на стол лицом к стене. — Все, что я хочу, так это вернуться домой, но каждый раз, когда я прохожу через врата, я оказываюсь все дальше и дальше.

Я положила руку ему на плечо. А потом задумалась, не слишком ли это фамильярно для тех мест, откуда он явился. Но Мак только вздохнул и повернулся ко мне.

— Мой отец выручил бы меня, если бы знал, где я. А теперь, наверно, я слишком далеко забрался.

Я легонько погладила его по спине; кажется, он не возражал. Мак снова вздохнул, затем выпрямился.

— Я отыскал в темноте это огороженное место и вошел внутрь. Если в темноте и бродили какие-то чудовища, то забор удержал бы их снаружи. Так я и заснул. А когда проснулся, там была ты, Бекки. В том месте, где я побывал раньше, я вообще не смог отыскать людей, только звери, которые хотели сожрать все, что двигалось.

— А как ты попал сюда? Ты говорил о каких-то вратах…

Мак кивнул.

— Моя матушка запретила мне пользоваться вратами, но я отыскал способ обойти ее запрет. Вот только они стали работать как-то неправильно. Я назвал им конечную цель путешествия, но оказался совсем в другом месте. А у вас здесь есть врата?

— Ничего похожего. То есть ничего, о чем нам было бы известно.

— Это вроде путешествия вдоль луча, как в «Звездном Пути»? — спросил Джефф.

Мак посмотрел на меня.

— Вряд ли это одно и то же, — возразила я. — Там они перемещаются на сравнительно небольшие расстояния — от планеты до корабля или с одного звездолета на другой. Мак определенно прибыл из более далеких мест. Здесь у нас нет таких средств передвижения, Мак.

— Я никогда не вернусь домой, — прошептал он так тихо, что я едва услышала.

— Ты можешь остаться с нами.

Комната Мириам находилась рядом с моей, и никто не заходил туда с тех пор, как она умерла.

— Ты сошла с ума? — воскликнул Джефф.

Я удивленно посмотрела на него.

— Мы же не знаем, на что он еще способен кроме разговора с водой. А вдруг это опасно? И кроме того, что скажет мама? Она больше не рада незнакомцам в нашем доме.

— Он может остаться до тех пор, пока мама его не выгонит. А может быть, он поживет с отцом?

Насколько это возможно? Отец не принадлежал к числу спасателей всего человечества, как мама. А в последние дни он и вовсе вел себя не слишком приветливо. Мне даже показалось, что он больше не хочет быть отцом.

— Бекки… — заговорил Джефф.

— Мне надо уйти? — спросил Мак.

— Ой, ради бога! Ну куда ты пойдешь? У тебя нет денег, у тебя даже нет обуви — я могу дать тебе пару ботинок, но вряд ли они подойдут. Хотя носки будут в самый раз. Что ты собираешься есть? Где ты будешь спать? А вдруг ты заболеешь?

Лицо Мака медленно расцвело в улыбке. Какая же чудесная у него была улыбка! Я чуть не растаяла.

— Спасибо, Бекки. — Он опять посмотрел вдаль. — Ты уже дала мне все, в чем я нуждался. Я вымылся и согрелся, я поел, и у меня есть время подумать. Теперь я смогу сам о себе позаботиться. — Он что-то пробормотал. — Когда-нибудь я запомню, что у нас разные наречия.

— Кстати, о наречиях, — сказал Джефф. — Как ты можешь разговаривать по-нашему?

— Замерзшие слова, — сказала я.

— Что?

Мак кивнул. Он сложил указательные и большие пальцы в треугольник и поместил его вокруг рта.

— Это заклинание подействовало. Я сам наложил его.

Он опустил руки, разбив треугольник.

— Ты и заклинания можешь накладывать? — спросил Джефф.

Мак вопросительно наклонил голову.

— Это слово слетело с моих губ, когда я пытался описать процесс. Оно существует в вашем мире. Вы тоже умеете творить заклинания?

Джефф покачал головой.

— У нас существуют разные истории о людях, способных творить заклинания — ведьмах, колдунах, но большинство людей убеждены, что их давно нет на свете.

Мак нахмурился.

— Каждый год перед праздником Хэллоуин по телевизору показывают ведьм, — заметила я. — Особенно на Си-Эн-Эн, они каждый раз объясняют суть праздника.

— Это совсем не те очаровательные ведьмы, которые могут творить чудеса одним взмахом руки, — возразил Джефф. — Они просто утверждают, что в их верованиях есть место чудесам.

Мак, удивленно подняв брови, переводил взгляд с меня на Джеффа и обратно.

— А в вашем мире есть сказки о всяком волшебстве? — спросила я.

— Так у вас есть сказки и о волшебной стране? — Он изумленно посмотрел на меня, улыбнулся, потом засмеялся и покачал головой. — У вас действительно есть сказки о волшебной стране?

— О волшебной стране? — Я никак не могла понять, чему он радуется.

— Фейала Дарежда?

— Так по-вашему, это Волшебная Страна?

Он снова улыбнулся. Я впервые заметила, что его зубы немного сужаются к низу. Это мне кое о чем напомнило.

— Можно, я взгляну на твои уши?

Он перестал улыбаться, убрал волосы с той стороны, которая была ко мне ближе, и наклонил голову, хотя на лице читалось явное непонимание.

Его ухо не было чрезмерно заостренным, но и круглым его тоже нельзя было назвать. Ничего похожего на гигантские лисьи уши, нарисованные в книгах сказок. Просто небольшой уголок, как у волка.

— Об этом говорится в ваших сказках? — спросил он. — О том, что у жителей Волшебной Страны остроконечные уши?

Я кивнула.

— Это правда?

Не успел вопрос сорваться с губ, как у меня возникло ощущение, словно я слишком долго каталась на карусели. Неужели я и впрямь сижу в своей кухне и болтаю с незнакомцем о волшебстве?

— Ну… В основном.

— А уши у тебя почти нормальные, — вставил Джефф.

Мак вернул волосы на место.

— Мой отец — человек. — Он стал очень серьезным. — А в ваших волшебных сказках…