Дыхание дракона - Крускоп Сергей - Страница 9

– Без всяких вспышек, тихо и смертельно, – одобрительно сказал Сивер, обращаясь, похоже, сам к себе.

Яблоня, оказавшаяся на пути диска, медленно, словно в задумчивости, опрокинулась набок. Один из мужиков сбегал к краю сада и вернулся с половинкой подгнившей штакетины, перерезанной идеально гладко и ровно.

– Вот так-то, Мифодий, – сказал, ухмыльнувшись, Сивер. – По мне так абсолютно безразлично, кто будет магом, хоть орк-гермафродит пяти лет от роду, лишь бы дело знал.

– Ну что ж. – Бородатый почесал затылок, сдвинув на лоб шапку. – Отправляемся, хорош лясы точить.

Едва Ивона оказалась в седле, Сивер подъехал к ней и протянул руку.

– Сивер, – представился он. – Нанят охранять этот обоз.

– Я так и поняла. – Девушка пожала ему руку и представилась в ответ: – Ивона.

– Демонстрация хорошая, я бы даже сказал – изящная. – Сивер усмехнулся. – Будем надеяться, что до Турвина она больше не понадобится. – Сомневаешься? – Ивона вздохнула. – Я и сама сильно сомневаюсь… – Ерунда. Просто я не люблю драку, когда можно без нее обойтись. Вот такой я нетипичный наемник. Так что лучше свои способности приберечь для дел более достойных. Да ты не беспокойся, Турвинский тракт сейчас спокойный, разве что нечисть какая завелась или монстр… Поехали, а то отстанем – это от телег-то!

И, чуть пришпорив коня, наемник поскакал вперед. Ивона последовала за ним. Злость ее прошла, и она надеялась, что Сивер окажется прав и у нее не будет повода оплошать.

Тишину нарушал лишь легкий скрип тележных колес, редкое фырканье лошадей да доносившийся из кустов голос пеночки-теньковки – давно выведя птенцов, она все не унималась, продолжая тренькать, подобно струне какого-то незамысловатого инструмента. Ивона полудремала в седле, покачиваясь в такт лошадиным шагам. Разбудил ее голос Сивера.

– Не спи, маг, – сказал, подъехав вплотную, наемник. – Замерзнешь!

Ивона встряхнулась и села прямо.

– Что случилось? – спросила она.

– Пока ничего, но если что-то начнет случаться, то лучше бы, если б ты не спала.

Ивона промолчала, признавая справедливость упрека.

– Посмотри, Ив, – продолжал тем временем Сивер, наклоняясь вперед и указывая рукой на дорогу. – Ты как, следы читать искусна? Что вон там произошло?

Ивона попридержала лошадь и всмотрелась в дорожную пыль. На зрение она никогда не жаловалась – спасибо никогда не виданному папе-эльфу. Что там, в грязи, среди тележных и лошадиных следов? Несколько пыльных клочков шерсти, темные катышки – похоже, запекшаяся кровь – и полузатоптанные отпечатки лап, чем-то напоминающие птичьи, только крупнее. Девушка порылась в своей памяти, вспоминая существ с такими лапами, затем спешилась и, нагнувшись, посмотрела вблизи на клок волос. Сивер, остановив коня, испытующе на нее поглядывал.

Ивона, вполне довольная собственными познаниями, вернулась в седло и чуть тронула повод.

– Это виверна (похоже, обычная ) охотилась минувшим утром. Поймала бродячую собаку, начала есть, а потом ее кто-то спугнул, и она улетела, прихватив недоеденный труп с собой. Ну что, я выдержала экзамен?

– Это ж разве экзамен, – усмехнулся Сивер. – Это так, лекарство от скуки, чтоб не расслабляться. Некрупная была виверна, сажень в длину или чуть больше. Но, если подрастет, может местным обитателям хлопот причинить.

Скучен день до вечера, коли делать нечего. Что нежить, что разбойники – никто не спешил атаковать пять подвод, мирно и неторопливо тащившихся по наезженному тракту. Да это и неудивительно: Турвинский тракт – один из самых оживленных, по нему постоянно движутся и торговые обозы, и пешие ходоки, и королевские гонцы, а то и отряды военных. И конский топот за ближайшим поворотом может в равной степени предвещать укрывшемуся в кустах «романтику с большой дороги» появление как селянина, ездившего куда-то по делам, так и солдата королевской Отборной Тысячи, вооруженного с головы до ног. А такой риск сильно остужал пыл любого лихого человека.

Тишина и спокойствие, самым серьезным нарушением которых стала застава на границе Турвинского герцогства с двумя скучающими часовыми, подействовали даже на Сивера. Он расслабленно покачивался в седле, хотя Ивона и заметила, что взгляд его, окидывающий окрестности, все так же сосредоточен.

– Не похож ты на наемника. – Девушка чуть притормозила коня и поехала рядом.

– А какие они, по-твоему? – поинтересовался Сивер, выпрямляясь. – Обломы размером с бабушкин шкаф, с низким лбом и поросячьими глазками?

– Ну… Не так категорично, конечно, но что-то в этом духе.

– Так ведь я же тебе сразу сказал, что не считаю себя типичным наемником, – помнишь? – Сивер рассмеялся. – На самом деле под твое определение лучше всего подходят тролли. Вот ребята здоровые, им медведя заломать – раз плюнуть! Просто их внешность многих в заблуждение вводит…

Сивер взъерошил волосы надо лбом и несколько мгновений молчал.

– Наемничество, – сказал он наконец, – в том виде, в котором я им занимаюсь – это своего рода образ жизни, который меня пока что устраивает. Кто знает, может, я когда-нибудь жутко разбогатею, тогда все брошу и пойду лесником в королевский парк. Хотя вряд ли…

– Ты учился где-нибудь? – поинтересовалась Ивона.

– На наемника? Этому только жизнь учит, а ее продолжающееся наличие является дипломом. Как тебе сказать… Отец наш (мой и сестры) из селян, долгое время деревенским старостой был, уважаемым человеком! Всегда гнул свою линию. Тогда как раз эта Предпоследняя война прокатилась, и селяне многие были настроены в том ключе, что «от большого ума и беды большие». Нас же с Огнежкой отец сам научил читать и писать, приговаривая, что, случись чего, так с образованным дураком необразованный дурак ни за что не сладит. Ну а потом в наших краях поселился ушедший от дел городской маг, и я в силу некоторых обстоятельств попал к нему в обучение. Нет, магических способностей у меня не обнаружилось, но зато я нахватался кое-каких знаний. Не слишком систематических, но все же.

М-да, добрейшей души человек был мой наставник, если разобраться, но внешне – сварливый, как пять базарных бабок. Все порывался написать какой-то эпохальный и судьбоносный трактат по истории магии; не знаю, дописал или нет. Я тогда начитался самой легкой литературы, какая у него нашлась, – главным образом по истории и географии, – и решил, что хочу вольно странствовать по свету. Чем, собственно, и занимаюсь теперь, поскольку мое наемничество – единственный способ сделать эти странствия самоокупаемыми.

Сивер замолчал и усмехнулся. Ивона некоторое время тоже молчала.

– А я хочу получить диплом магистра, – сказала вдруг она. – Полноценный.

И смутилась, поняв, что это прозвучало как-то очень по-детски.

– Диплом? – сощурился Сивер. – Или знания и умения, которые этот диплом подтверждает?

– Ну, пожалуй, второе. – Ивона тоже усмехнулась, чуть виновато.

– Тогда желаю успеха, – вполне серьезно ответил наемник и переключился на другую проблему: – Попридержи-ка коня, а то мы вперед обоза уехали, пока болтали.

Новый Турвинский тракт шел на восток почти по прямой, срезая путь через то место, где еще сравнительно недавно шумела непроходимая вековая чаша. Но село Костенцы, которое Сивер с Мифодием единогласно наметили для ночлега, по-прежнему располагалось в добрых трех верстах от главного тракта. Оно продолжало стоять там, где когда-то выросло, деля сферы влияния с лесом, и никуда перемещаться не собиралось. Поэтому обозные лошади и телеги решительно свернули на боковую дорогу – не менее наезженную, чем сам тракт. Надо полагать, не один и не два путника свернули здесь к Костенцам, чтобы скоротать ночь на тамошнем постоялом дворе.

Подъезжая к селу, Сивер удивленно оглядел большой каменный храм. Ивона тоже глянула на строение и подняла брови в не меньшем удивлении – все оконные и дверные проемы были заколочены толстенными досками, причем недавно. Изображение Богини-Матери, и без того традиционно довольно унылое, казалось совсем уж скорбным из-за подобного к ней отношения.