Наш друг Димка - Тумп Саша - Страница 12

– Вы давайте баню готовьте, а мы тут со столом, – Димка!

Этому покомандовать – хлебом не корми.

– Юра, там как? Обычно или особенности какие? – спросил я.

Я всё-таки решил, что бежать на приказ – дело молодых, не

наше. Вовка тоже не бросился, очертя голову.

– Вроде без заморочек она. Справитесь, думаю. Воды, может,

мало будет. Вон шланг, а кнопка на столбе под банкой.

Юрка с Димой о чём-то оживлённо болтали.

…Баня была крепкая. Хороший предбанник. Стол. Три лавки.

Топчан. Старый буфет с посудой. Всё прибрано, чистенько.

– Зимой-то, видимо, на рыбалку народ сюда ездит. Да и охота

тут, видимо, не хилая. Болота встанут – кабан, наверное, боровая.

Как думаешь? – Володька оглядывал баню.

– Рубль за сто. Человек по двенадцать собирается, кабана

берут, – я был полностью согласен с Володькой.

…– Ну, разобрались? А мы тут зимой собираемся иногда. Кабан

там… На лося, бывает, лицензию дадут… Нас трое братьев-то. Я,

Гошка, Олег. Олег рядом живет. Сейчас в городе. К вечеру

приедет. Гошка – завтра. Племянники ещё… Человек по

двенадцать, а то и больше собирается… А зимой к Олегу рыбаки

приезжают. Лишняя копейка… Карман не жгёт… Дрова в

дровянике. Забыл сказать, сразу не калите печь. Постепенно.

Идет?

Юрий опять пошел к Димке.

– А то из Африки… Каменку первый раз видим, – пробурчал

Вовка, – Он-то… как?

– Да ничё, вроде. Нормальный мужик. Соскучился без людей.

Историк! Что ты хочешь?

– Ага, историк. Я с той стороны же подъезжал. У соседнего дома

две тарелки спутниковых стоят. Малая и большая. Может,

письмецо своим отправим?

– Ага, а потом будем объясняться, что, где, у кого и как вечером

делали…

Я уже сказал по телефону нашим, что «всё нормально, уходим

из зоны доступа».

Мы затопили баню и пошли к беседке.

– … А я-то и думаю, что это всё про Босфор и Дарданеллы

говорят?!.. Вот в чем дело-то!.. – Димка был возбужден и

возмущен.

– Мужики! В Первой-то мировой десять миллионов погибло,

десять – умерло от болезней так, от голода, двадцать – искалечено.

- 46 -

Сорок! Шарите – сорок! И ни тебе памятников, ни тебе

праздников. Как и не было войны-то… А почему?

Рожу стыдить не хотят.

Доказано, что специально Россию втянули, пообещав отдать

проливы Босфор и Дарданеллы. По-о-оня-я-ли? Вот козлы! А!

Нужно это было России? Это Средиземное море… А? Подставили

нас! Понятно! Чтоб, значит ослабить и революцию начать.

Изнутри разорвать… Мать нашу! Мать их… Козлы!

– Вы это?.. Уже?.. – Вовка был спокоен.

– Да чё там «уже»! По капле за знакомство – и всё. Смотрим,

вы там сидите, а чё мешать. Так продегустировали…

Я из машины нашу принес, а Юрка говорит: «А ну её! Давай

свойской! Попробуй!» Попробовали.

Попробовали – и все. Горит.

… Да ладно вы!.. Вы представляете, на Бородинском поле нас

было 95 тысяч, а французов – 600. Ты понял? Один к шести! К

семи!.. А ружья у французов били на сто шагов дальше наших. А

вы … Левша!

Да, Левша правильно говорил! Душа болела у человека за

Россию. Чё эти, охламоны, и правда приказ дали кирпичом ружья

чистить?.. Во, дела! Читаешь, а… Дела!

Всё было ясно. Мы с Вовкой переглянулись. А что тут

скажешь?

– Может, чем помочь? – спросил Вовка.

…– Ты понял! Они картошку делят на две части. Середка… и

то, что снаружи. Середку сразу варят, вместе с морковкой, чтоб,

значит, она, картошка-то, разварилась… А только потом, когда

морковка сварится, остальную кладут. По-о-онял! Чтоб значит,

навар был погуще. И витамина «дэ» больше! Будем пробовать!..

Димка стоял довольный-предовольный, глядя на нас

восхищенными глазами.

– А давайте и вы попробуйте. Горит домашняя-то!..

– После бани.

Мы с Вовкой, как лошади на водопое, оба помахали головами.

…– А ещё! … Ещё Александр III говорил, что «у России нет и

не может быть союзников, кроме двух. Это армия и флот», – Юрка

перебил Димку.

– О! Это он правильно сказал! – Димка был всегда и со всеми

согласен, кто защищал армию. А уж флот!..

…В Афганистане он как-то пересекся с «Белыми медведями».

Представляю, сколько «полосатые» услышали от него. Наши

- 47 -

морпехи в Афганистане!.. Вообще моряки в Афгане!.. Подружился

он с ними. С тех пор все моряки у него в «уважухе».

…– Ну и вот… После Брестского мира – Гражданская.

Промышленности нет. На семью приходилось по 60 грамм гвоздей

в год. Хлеба нет. А еще недавно!..

За тридцать лет Россия увеличила выпуск стали в 8 раз, угля –

в 23 раза, нефти – в 140. Население за сто лет увеличилось в 3,5

раза и составило почти 125 миллионов. Интеллигенция, с легкой

руки, так названная Петром Боборыкиным в 60-е годы и

вознесенная уважаемым Владимиром Далем, бежит трепаться за

границу.

Куда делось её желание помогать своему народу? Оттуда опять

идут их советы, как и что делать Советам. Но всем ясно, что

мировой революции не будет, и Сталин решает любыми путями

строить страну.

Закрывает западную границу, поскольку хорошо знает, как и

на какие деньги, откуда и с какой целью делалась Великая

революция. Ему совершенно не хочется, чтоб началась трепотня и

тут. Только дурак не понимал, что война будет.

Ещё вечером 11 ноября 1918 г., во время празднования победы

над Германией, Черчилль грустно заметил, что «… а ведь Россию

мы сможем покорить только с помощью Германии…».

Вот так примерно было. Вот такова роль уважаемой

интеллигенции в нашей истории. Примерно. Ох, и любила она

поболтать… А сейчас – только продолжение традиций!.. Нового

ничего не придумали… Только и слышно: «Тут не так! Там не

так!» И никаких дел! Никакой идеи! Никаких предложений!

Юрий продолжал начатый разговор с Димкой.

– Вот, вот! И я говорю, что нужна общенародная идея!

Притихший Димка опять оживился. А мы опять пошли к бане.

– Надолго? – Володька посмотрел на меня.

– А, вроде, им нравится. Пусть! Нашли друг друга.

Я и вправду был не «против». Пусть. Есть, кому говорить, есть,

кому слушать!

…В бане было уже тепло.

– Если помыться, то в самый раз, – Вовка вытащил палец из

бака с водой, – А если париться, то рано.

– Стоит ли париться? – я выжидательно смотрел на Вовку.

– Одно другому не мешает. Мойся, я подожду, – Вовка

подложил ещё дров, – Пойду мужикам скажу. Может, кто с тобой.

- 48 -

Я остался у бани. Парни возились у беседки. Уже смеркалось.

Было тихо и уютно.

– Помоюсь, – подумал я и вернулся в баню.

Не успел раздеться, как зашел Володька с пакетами, в которых

были полотенца и бельё.

– Что говорят? – я посмотрел на Володьку.

Володька выразительно махнул рукой:

– Не забивай голову!

…В бане было хорошо. Вовка подложил ещё дров, и можно

было даже легко похлестать себя веничком.

– Я тут попить морсика принес. Черничный, – зашел Юрка,

неся трехлитровую банку.

– Хорошо тут у вас! – я похвалил баню.

– Грамотно! – добавил Вовка.

– А вы знаете, что бани в России появились за двести лет до

появления аналогичных строений в Западной Европе? Там даже

знать не мылась. Правда, в отличие от крестьян.

Но и у тех не было отдельных строений. Дворяне руки

вытирали во время еды о бороду и одежду, а для того, чтоб блох и

вшей было меньше, носили с собой или горностая, или хорька.

А в России баня рассматривалась еще и как резервное жилище.

Кроме того, для постирушек. Чтоб, значит, в доме не парить. Дом

берегли. Сухим держали. Сухой дом тепло лучше держит, – Юрка

осекся, – … Уха уже готова. Настаивается.