Эльфы, волшебники и биолухи (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 103

— Чтобы не попасть под семейную разборку.

Я развернулась, положила руки на плечи Рону и внимательно поглядела ему в глаза.

— Рон, семейные разборки будут у нас с тобой, если ты еще раз скажешь что-то подобное. Ник — мое прошлое. Ты — мое настоящее и будущее, если пожелаешь. Осталось убедить в этом всех остальных. Если ты сам этого хочешь.

— Хочу. Извини меня.

Рон легко дотронулся губами до моей щеки.

— Был неправ. Исправлюсь.

— То-то же! Идем? Нас ждут великие дела!

— Прошу вас, — Рон галантно предложил мне руку. И мы направились от башни.

Рон был тихо счастлив. Смешно, но это было действительно так. Он был ужасом вэари, он готовился к смертельной битве, он мечтал о мести, но все это почему-то было второстепенным. Таким неважным. И почему только? Хотя ответ был ему известен.

Тина.

Тина-ви-элль.

Его подруга.

Рон и сам не знал, когда влюбился. В тот миг, когда заранее простил ей все, что она пыталась сделать для его спасения из медальона? В тот миг, когда она рассказывала свою историю, и смешно, как обиженный ребенок, надувала губы? В ту секунду, когда сказала, что доверяет ему? И он понял, что Тина не лжет.

Он не знал, когда. Знал только, что с какой-то минуты месть отошла на второй план. Боль и злоба оказались невероятно огромны. И если бы Рон дал им волю, эти чувства выжгли бы ему душу. Но он просто не успел.

Тина умудрилась втянуть его в эту дикую историю с Некромантом, потом повесила ему на шею целое королевство, а потом повисла и сама. И для ненависти не осталось ни времени, ни сил. Как-то она смогла подарить ему новую жизнь и новые цели. И Рон с радостью принял их. Что бы он делал, отомстив? Остался на пепелище с выжженной душой? Что он будет делать сейчас, восстановив справедливость?

Отправится в Эрлин.

Будет править, восстановит страну, женится, будет воспитывать ребенка и обучать свою жену магии. Разве этого мало? Огромная программа на ближайшие двести лет. А там будет и что-нибудь еще. Он может превратиться из «ужаса вэари» в невинно пострадавшего. История знала и не такие случаи. Может путешествовать. Завести еще нескольких детей. Вляпаться в миллион приключений.

Жить! Радоваться! Любить!

Да разве этого мало!?

Рон готов был за это жизнь и душу заложить. Но этого и не требовалось. Просто надо было быть рядом с Тиной. И это было прекрасно.

Ник стоял на поляне, растерянно оглядываясь по сторонам. Увидев меня, он просиял и бросился, было вперед, но тут же перешел с бега на шаг. Фигура Рона за моей спиной не способствовала выражению нежных чувств. Мы пошли друг другу навстречу и остановились в двух шагах. Ник смотрел на меня с жалобным выражением лица. Он был изрядно потрепан. Под глазами залегли черные синяки, волосы растрепались, он похудел и выглядел в своей зеленовато-коричневой сбруе, как спецназовец. И я не сомневалась, что под ней таится какое-нибудь оружие. Но не боялась. Ни за себя, ни за Рона.

— Вэл? — тихо спросил Ник.

— Ник, — отозвалась я. — Здравствуй.

Это не было прощением. Просто приветствие. И он это понял. Опустил голову и золотые локоны закрыли его лицо.

— Нам надо серьезно поговорить.

— А я думала, нам надо попрощаться?

Забавно, но я ничего не хотела. Ни скандалить, ни спорить, ни ссориться. Мексиканские сериалы в тысячный раз оказались брехней. Когда дело доходит до самой ответственной точки, совершенно не хочется выяснять отношения. Разделаться со всем этим поскорее — и пойти домой. Домой? Да. В Эрлин. Дом — это место, где тебя ждут, где ты нужна, где тебя любят. Где рядом с тобой будут близкие тебе люди. Да, в Эрлине не будет моей матери. Но она-то не пропадет. У нее семья и другая жизнь. Зато рядом со мной будет Рон.

Теплая рука чуть крепче сжала мне плечо.

— Малыш, не отключайся.

— Отвали, вредный Карлсон, — огрызнулась я.

Рон широко улыбнулся.

— Не время уходить в нирвану.

— Это верно, — неожиданно согласился Ник. — Вэл, мы поговорим в другом месте, а сейчас нам надо уйти отсюда. Попрощайся — и идем.

Я фыркнула.

— Это еще в честь чего?

— За мной могут следить.

Рон пожал плечами.

— Почему — могут. За тобой и следили. И следят. Минут через пять нам надо ожидать гостей.

— Тогда тем более надо торопиться!

Ник схватил меня за руку. То есть попытался схватить. Потому что в сантиметре от моей кисти его перехватил Рон.

— Не советую лапать мою невесту.

— Невесту?

— Кого?

На этот раз мы с Ником взвыли вместе.

— Мою невесту, — спокойно ответил мне Рон. — Как только вернемся домой — поженимся. Сама понимаешь, мой ребенок не может быть незаконным.

— Еще и ребенок!? Да кто ты такой!? — взвыл Ник.

— Я? Позвольте представиться, «ужас вэари».

— Рон!!! — раздался голос позади нас.

Мы все обернулись. В двадцати шагах от нас стоял человек. Я узнала его сразу. Верховный вэари. Таись ан-Криталь.

— Таись, — Рон улыбнулся так, что у меня спина похолодела. Эти двое хорошо знали друг друга.

И ненавидели.

Таись сделал шаг вперед и поднял руку.

— Узнаешь, тварь!?

Это было злорадное утверждение. В руке Таися светился мягким светом серебряный фиал. И, приглядевшись, я поняла, что это такое.

Кости.

Кровь.

Волосы.

Три частицы настоящего Рона Джетлисса, заботливо извлеченные и сохраненные перед развоплощением. Они запомнили своего хозяина. И сейчас Таись заставлял их умирать. Медленно и мучительно. И так же, медленно и мучительно умирал Рон. Этот способ нельзя было применить на расстоянии. Но сейчас, когда противники стояли почти рядом друг с другом…

РОН УМИРАЛ…

Я и сама не поняла, что именно делаю. Просто я отчетливо видела злую, черную магию, тянущуюся от флакона — к Рону. Видела, как золотые нити, по которым пробегали угольно-черные всполохи. И с каждым всполохом Рон делал еще один шаг к порогу смерти.

То, что я сделала, было глупостью. Но поступить по-другому я не могла.

Я бросилась им наперерез.

— НЕТ!!!

И нити уткнулись в меня. Я позвала их и притянула к себе. Они медленно, нехотя, оторвались от Рона и обратили внимание на меня. Впились, обхватили, оплели, как водоросли неосторожного пловца. И потянули за собой к смерти. Теперь уже умирала я. Но Рон был свободен.

И ему требовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя. А Орланда была совсем рядом. И я даже не могла крикнуть, предупредить, защитить…

Вместо меня это сделал Ник.

Он поднял кинжал, который я уронила на мокрую траву. Тот самый, который я когда-то утащила от очистителей. И коротко, почти без замаха, метнул его в спину дочери верховного вэари.

И страшное оружие исполнило свой долг.

Орланда с криком упала в траву. Кинжал уверенно вытягивал из нее магическую силу, чтобы, когда она вся исчезнет, найти сердце. И убить еще одну ведьму.

Верховный вэари дернулся. Но помочь дочери, означало отпустить контроль над заклинанием. А этого-то он сделать и не мог. Я знала, что с каждой минутой, с каждой секундой подхожу все ближе к порогу из-за которого не вернулся ни один человек. Но меня это не пугало. Я крепко держала нити заклинания и тянула их на себя.

И еще раз к себе.

И в себя.

Больно?

Арэсти Эрнальту тоже было больно.

И жителям мертвого города.

И щенку, который до последнего пытался защитить свою маленькую хозяйку.

Рон встал на ноги.

Тряхнул головой, пробуждаясь от смертного сна.

И ударил.

Ударил всей собранной нами силой.

Ловушки не потребовались. Огненный вихрь испепелил на месте и не успевшего поставить защиту верховного вэари, и сосуд с его страшным содержимым. Не осталось даже пепла. Так оно и бывает в жизни. Никаких поединков от рассвета до заката. Один удар — и все.

Жаль только, что у сказок бывает счастливый конец.