Тени забытых земель (СИ) - Корнилова Наталья Геннадьевна - Страница 161

— А наги, похоже, напрасно считают себя повелителями здешних мест… — с заметным удовлетворением в голосе произнес брат Титус. — Врагов у них хватает, и они стараются понапрасну не рисковать своими бесценными жизнями. Мне это стало ясно еще тогда, когда мы лежали неподалеку от домика Стеана, бывшего приятеля брата Белтуса. Тогда, как вы помните, хвостатые с наступлением темноты предпочли убраться из леса — понимают, что ночной порой им там делать нечего, и находиться в тех зарослях небезопасно.

— Вот именно — у бывшего приятеля. Вернее, друга детства… — брат Белтус потер больную ногу: монах неудачно споткнулся на ровном месте, и теперь ступня то и дело ныла. — Конечно, Стеан с самых ранних лет был себе на уме, любому мог подлянку подкинуть, не брезговал прихватить то, что плохо лежит, но чтоб дойти до того, как продавать людей нагам… Этого я понять никак не могу.

— Брат Белтус, простите за нескромный вопрос… — поинтересовался дядя Эдвард. — Если я правильно понял то, что вы говорили ранее… Этот Стеан — он что, и вас когда-то обокрал?

— Нашли о ком вспоминать, хорошо еще, что хоть не к ночи помянули… — вздохнул брат Белтус. — Ну да, было дело, он и меня хорошо пощипал, хотя знали мы друг друга, можно сказать, с самого младенчества, и когда-то крепко дружили.

— И как же это произошло? — дядюшка продолжал свои расспросы. — Ну, то, что он вас… пощипал?

— Да, по сути, это самая обычная история, особо рассказывать нечего. Мы со Стеаном по молодости лет в наемники записались… — чувствовалось, что брату Белтусу не очень хотелось вспоминать прошлое. — Почему мы это сделали? Надо было срочно исчезнуть из города, в котором жили. Вас интересует причина? Скажу коротко: мы с ним по молодости лет были еще той шпаной, наказанием для родителей. Поверьте: сейчас тошно вспоминать о собственной дурости. От нас, обормотов, страдали многие улицы города, стражники не раз обещали упрятать обоих за решетку, родители ругали без остановки, а нам все было трын-трава! Увы, но подобное поведение к добру не приводит, и мы, как того и следовало ожидать, умудрились вляпаться в одну скверно пахнущую историю. Надо было срочно где-то спрятаться, вот по глупости и решили, что самое лучшее место, где можно укрыться — это армия. К тому же, по слухам, там и деньгами можно неплохо разжиться… Ну, среди наемников много кто встречается, в том числе и такие безголовые парни, какими были мы со Стеаном. Пусть дома мы считались чуть ли не первыми оторвами на родных улицах, но в ратном деле оказались сущими сопляками. Хорошо еще, что нам капрал толковый попался, да будет ему земля пухом! Он быстро выбил из нас всю дурь, и научил, как надо сражаться, чтоб не помереть в первом же бою. Война, я вам скажу, выглядит хорошо только в рассказах бывалых вояк, а на самом деле ничего хорошего там нет и быть не может, ну, а как именно наемники воюют… Если вы не в курсе, то и говорить не стоит, хотя я уже тогда стал о своих грехах задумываться.

— И что дальше?

— Мне хватило отслужить в наемных войсках всего лишь несколько месяцев, чтоб понять простую истину: не туда я заявился, и то, что я вижу вокруг — это мне не по душе. Однако при вербовке я подписал бумагу о службе сроком в десять лет, и потому поставил перед собой цель: надо любым способом выжить (для чего в свободное время следует не шататься по кабакам, а лишний раз помучить себя на тренировках и на стрельбах), сколотить немного денег, а вернувшись домой, обзавестись хозяйством, и вести спокойную и размеренную жизнь благопристойного человека. Однако нужную сумму пришлось собирать долго, хотя не я один был такой предусмотрительный — многие парни копили деньги в надежде на будущее безбедное существование. Увы, но когда моя мечта приближалась к осуществлению, и до окончания десятилетнего срока службы оставалось всего ничего — вот тогда произошел полный облом: в один далеко не прекрасный день мой друг Стеан испарился в неизвестном направлении, прихватив не только все мои сбережения, но и то, что было скоплено за долгие годы службы некоторыми из наших боевых друзей-товарищей. Вот именно тогда, оказавшись не только на мели, но и среди осколков своих надежд, я стал задумываться о грехах бытия и тщетности суеты — что ни говори, а меня обокрал старый товарищ после стольких лет дружбы! Да и те деньги, которые он похитил, были добыты пусть и относительно честным, но довольно неприятным путем. Именно от таких вот уроков и приходишь к принятию той простой истины, что многое из того, к чему мы стремимся в нашей бесконечной суете — это тлен и прах, а бессмертна только душа, о которой мы совсем не думаем в наших мелочных хлопотах. Возможно, подобный невеселый итог был для меня наказанием за все совершенные ошибки, и я всерьез призадумался о жизни, и о том, что мне делать дальше…

— А возможно, брат Белтус, в тот день Светлые Небеса направили вас на путь истинный? — поинтересовался брат Титус.

— Все может быть… — пожал плечами брат Белтус. — Тем более что украденные у нас деньги, похоже, счастья Стеану не принесли.

В этот момент все замолкли, потому что из кустов, расположенных неподалеку, раздался шорох. Возможно, ранее беглецы не обратили бы особого внимания на небольшой шум и незначительное потрескивание веток, но сейчас они уже знали, что не стоит оставлять без внимания любой подозрительный звук. Шорох вновь повторился, и в следующее мгновение люди уже были на ногах, и в голове у каждого была одна и та же мысль — только бы это были не наги! И уж тем более не роперит!

Когда же кусты раздвинулись, и оттуда показалось непонятное существо, то трудно было описать то, что творилось на душе у беглецов: с одной стороны люди испытали облегчение, поняв, что это не наг, и в то же самое время создание, оказавшееся перед отрядом, своим видом вызывало самую настоящую оторопь. Это была совершенно невероятная смесь зверя, ящерицы и еще невесть кого. Высотой примерно в два локтя, а длиной в добрых пять, он чем-то отдаленно напоминал крокодила, хотя особого сходства между ними не было. Прежде всего бросалась в глаза его голова с большими клыками и чуть загнутыми рогами, похожими на коровьи, длинное тело с мощным хвостом, сплошь покрытое шипами разной длины и величины, а вдоль хребта был настоящий гребень из все тех же острых шипов. Да уж, если эта зверюга кого-то ударит таким хвостом, то наколет жертву на шипы не хуже, чем тот снолигостер. Несмотря на то, что кожа существа была покрыта чешуйками, меж них росли короткие черные волосы, что в целом производило весьма неприятное впечатление. Толстые ноги с длинными когтями, небольшие зеленые глаза, которые неотрывно смотрели на людей…

Без долгих слов понятно, что этот зверь любой еде предпочитает мясо. Существо открыло свою пасть и взвыло трубным голосом, пусть и не очень громко, но так неприятно, что у людей засвербело в ушах. Вдобавок ко всему вонь от этого зверя шла такая, что недавно съеденные сухари у каждого из беглецов едва не запросились наружу.

— Это… это кто? — пискнула Абигейл. Как видно, у нее здорово перехватило горло от мерзкого запаха, исходящего от этого странного создания.

— Ходаг, мать его… — непроизвольно вырвалось у брата Белтуса.

— Не понял, как вы его назвали? — недоуменно спросил дядюшка.

— Ходаг… — вновь растерянно повторил брат Белтус. — Ничего не понимаю! Это же болотный зверь! Какого нечистого его сюда занесло?! Ходаг… он просто не должен находиться в этих местах — здесь низина, а этому хищнику постоянно нужна вода! Это ж такая тварь!.. Теперь не отстанет, пока кого-то не сожрет!

Тем временем зверь вновь открыл пасть и взвыл, обдав людей очередной волной тошнотворной вони, а затем довольно шустро бросился к стоящим людям. Если сейчас жуткий хвост этого зверя ударит хоть одного из беглецов, то вряд ли тот несчастный сумеет выжить.

— Врассыпную! — крикнул брат Белтус. — И его надо бить по ногам, чтоб он не мог бежать!

Дважды повторять не пришлось, и люди бросились кто куда. Удивительно, но вместо того, чтоб помчаться за кем-то одним, зверь остановился, и с недоумением стал вертеть головой по сторонам — кажется, он никак не мог сообразить, кого именно из бегущих двуногих ему следует выбрать себе на обед, то есть за кем следует бежать. Меж тем брат Белтус продолжал кричать: