Остров - 3 (СИ) - Уксус Сергей - Страница 19

19

— Между кем и кем? — хмуро поинтересовался Беллиус-младший. В отличие от брата он пребывал в далеко не лучшем расположении духа, поскольку из-за сегодняшнего визита в порт его оторвали от увлекательнейшего исследования того самого заклинания.

— Вот в этом-то и проблема, — нахмурился барон. — Полагаю, предлагать союз между Каххаром и Повелителем будет с нашей стороны наглостью?

— Убить, конечно, не убьют, — подтвердил Кас, — но… — он развёл руками и скорчил приличествующую случаю гримасу.

— Я тоже так подумал, уважаемые. А заключение союза между нами и островом — дело уважаемого Наместника, и Повелитель может там просто не появиться, — теперь Эрсис размышлял вслух.

— Не «может», а однозначно не появится, — уточнил Людоед. — В ближайшие дни мы покидаем Амену.

Блондин кивнул и погрузился в размышления. Был, конечно, выход. И они с Императором обсуждали его ещё перед отплытием. Вот только… Вот только кроме ряда несомненных плюсов выход этот имел и столь же несомненные минусы. Это раз. А во-вторых, требовалось ещё и согласие Повелителя. «Ну, про второе можно будет спросить этих двоих, — решил барон, — а вот стоит ли предлагать…» Он поднялся:

— Прошу меня извинить, уважаемые, я покину вас ненадолго. Приказать подать вина?

— Стаканы, — хмуро буркнул юнец. — Вино у нас своё есть.

— Хорошо, уважаемый Сергей, — улыбнулся Эрсис, — стаканы сейчас принесут.

— И письменные принадлежности для Её Высочества, — продолжил младший и пояснил: — Должна же она написать отчёт?

— Отчёт?! — в один голос переспросили каххарцы.

— Ага! — обрадовался юноша. — Он самый. Шпионский.

Людоед хмыкнул и отвернулся, скрывая улыбку, а принцесса, щёки которой полыхали румянцем, зашипела:

— С-слушай, паршивец!..

— Ка-асси! — укоризненно протянул «паршивец». — Сама подумай: ждать, пока вы наболтаетесь, мы не будем, а одну тебя с корабля могут и не выпустить.

Не нашедшая что ответить девушка, надув губы, принялась демонстративно рассматривать ногти: увы, Линеры, способной утихомирить сорванца одной только улыбкой, поблизости не наблюдалось.

Двое

— Сергей, что ты там про вино сказал?

— Ну-у-у… А что не так?

— Да ничего. Просто ещё в Гнезде я слышал только про одну бочку.

— Кас, я не понял, ты меня на вранье поймать пытаешься?!

— А что, не поймал?

— Не-а! Я тебе что говорил? Что одну бочку взял для наших. Для праздника. Так?

— Как там тебя принцесса назвала?

— Хе! Принцесса! Я, чтоб ты знал, и шрамоносцу имперскому так представился: Маленький Паршивец!

— Не стыдно?

— Мне?! Ты лучше придумай, как девчонке не налить. Кувшинчику две с половиной тыщи лет. Представляешь, что с ней даже один стакан сделает?

Взгляд со стороны

Когда Эрсис уже развернулся, чтобы уйти, встрепенувшийся Людоед проговорил:

— Барон, передайте, пожалуйста, Его Величеству, что мне необходимо сообщить ему нечто важное. Насколько я понимаю, вы сейчас будете говорить с ним по амулету?

Казус Беллиус (Людоед)

Всё! Всё-всё-всё! Завтра собираем вещи, а послезавтра, через час после рассвета… Да, мне Амена нравится. Очень нравится. Я её даже почти люблю. Но на севере — наши. Парни, девчонки, Гуль со своей Особой, Кир, мастер Галаен… Многие. Очень многие. И толпа маленьких Казусов. Маленькая толпа. Которой скоро будут показывать меня и говорить: «Видишь этого дядю? Его тоже зовут Казус». И я больше чем уверен, что Сергей обязательно будет добавлять: «Но чаще он сам приходит». Одно слово — паршивец. Маленький.

Глава 9

Мы научились штопать паруса…

В. Высоцкий Сергей

Пошли двумя лодками. На одной — дамы, мы с Касом и Ир с Шером, на другой, понятное дело, остальные. Ну, и по паре морячков на каждой.

Н-да, морячков… С галерными вёслами такие рожи смотрелись бы куда более гармонично. Вот только в этом мире такого нет. Каторжников в рудниках гробят. А с другой стороны, вассал мой маячный всеми богами клялся, что люди надёжные. Его люди. Его клана. И нас он им рекомендовал как своих. Как говорится, делайте выводы, господа присяжные заседатели… Или про заседателей другое было? Не помню… [3]

Ладно, фигня всё это. А вот две ошарашенные физиономии — одна Касова, вторая Шерова — это зрелище! Очень, можно сказать, зрелище! Целый час наслаждался. А потом погнал партнёра помогать с парусами. Ну, когда требовалось. «Контрабасисты» удивились, однако от комментариев воздержались. Просто стали показывать и подсказывать. И посмеиваться. Но это нормально. Даже хорошо. Над чужими так не посмеиваются. Н-да. Вот только я не решил ещё, нужны ли мне такие свои. А с Касом и Шером всё просто: чешуйки работают. Заклинание подавления сильных отрицательных эмоций. Я такого не знаю, а вот дед и мастер, который делал наручи… Партнёру я, конечно, скажу. Потом. Когда приплывём. Может быть…

А ещё — каххарец на горизонте. Ну, не на самом — поближе. Чуток. Самую малость. Следует параллельным курсом, что называется. Мафиози наши на него нет-нет, да поглядывают. А потом на нас с Касом косятся. Мол, чё за хрень? Я их сначала успокоить хотел, а потом как прикинул, сколько объяснять придётся… А маг на корвете хоро-оший: идут ровно, паруса не дёргают. Или там просто ветер по-другому дует? Как бы то ни было, у нас так не получается. Ни у меня, ни у Каса, ни у — тем более — Арма просто опыта не хватает. Заклинание-то ещё держим, а реагировать на всякие там порывы… О! А что это там на мателоте?[4] Никак, накаркал?.. Ага, точно. Отсюда не слышно, но, судя по жестикуляции, ан'Седису популярно объясняют, куда именно он должен своё колдовство засунуть. Хе!

Взгляд со стороны

— Лесть приятна, но её нельзя потратить,[5] — ехидно ухмыльнувшись слегка опешившим собеседникам, Сергей легко вскочил на ноги и направился за огромный камень, громоздившийся посреди островка. — Кто как хочет, а я — купаться! — бросил он на ходу. Моряки с тревогой переглянулись, потом один из них обратился к пассажирам, расположившимся с другой стороны костра:

— Уважаемые, парень, конечно, маг, но его же съедят!

— Это ещё кто кого съест, уважаемые! — довольно оскалился мряв и, чтобы слегка разрядить обстановку, попросил: — Кас, расскажи, как ты мокрохвата поймал.

— Мокрохвата? — удивился высокий широкоплечий контрабандист, лёгкая зеленоватость кожи и несколько большие, чем у людей, нижние клыки которого выдавали примесь орочьей крови. — Это не лет двенадцать назад? В Тар'зирате?

— Одиннадцать, — поправил пустоглазый, весь переход то помогавший с парусами, то «державший» ветер. — Одиннадцать лет назад. Заклинание отрабатывал, — над его ладонью вспух маленький оранжевый шарик, как бы поясняя, какое именно.

Перевозчики заулыбались: привирать парень уже научился, осталось немного поднатаскать в морском деле, и… Не обративший никакого внимания на столь явное проявление недоверия Людоед продолжил:

— Сижу на берегу, под стеной. Сверху часовой орёт…

— А он-то чего?!

— Так когда шарик в воду попадает, гремит сильно. А бедняга, похоже, придремал на солнышке. Во-от…

— А ты?

— А я следующий шарик поднял повыше и перед его мордой повесил, — представившие эту картину слушатели дружно засмеялись.

— А он?

— Жаловаться побежал, — усмехнулся Казус. — А я дальше тренироваться стал. Вот зверюшку волной и пришибло.

— Как волной?! — не выдержала принцесса. — Вы же шарик показывали!

— Когда шарик попадает… — терпеливо, как маленькому ребёнку, начал объяснять Беллиус-старший, но тут в темноте что-то громко плеснуло, и почти у самого костра шлёпнулась на песок здоровенная рыбина, немедленно принявшаяся бешено молотить хвостом и разевать зубастую пасть.