Теща Темного Властелина - Барбуца Евгения Васильевна - Страница 89

Сначала что-то взорвалось.

– Азар с Риной прибыли, – довольно заявляет ушастый дед.

– Этот вредитель совсем головой не думает, Мариночку в такое опасное место тащить? – возмутилась по привычке бабуля.

Ее дальнейшую тираду прервал новый взрыв. На этот раз содрогнулись стены, с потолка посыпалась пыль.

– Я слышу, предки эпично появились, – подаю голос я.

Но тут мы услышали душераздирающие крики отчаяния и боли.

– Темный перегибает палку, – поцокал языком эльф.

В гробовой тишине мы ожидали продолжения. Я даже на время забыл, что меня вроде как необходимо спасать.

И тут, непонятно каким образом, с жутким грохотом и морем пафоса, преодолевая естественные препятствия в виде массивных двустворчатых дверей, в помещение, где находились мы, влетает бабушкина боевая утварь. Причем скорость у нее такая, будто ее на ядерном топливе запускали.

Вы когда-нибудь видели летающую сковородку? Я сейчас не мужиков, пострадавших от женского произвола, спрашиваю, а обычного среднестатистического человека. А я вот видел, святая сковородка у бабули и не то еще показать может. Но, блин, реактивная летающая сковородка – этого я осмыслить не в состоянии. Но и это не было бы так печально, если бы не тот факт, что сковорода останавливаться вроде как не собирается, а на траектории ее следования нахожусь я, так неудачно запертый в ловушке без магии. Поэтому и пронеслась у меня вся жизнь перед глазами. И конечно же еще большего страха на меня нагнали слова бабули:

– Пушок, лежать, сейчас всем будет больно!

Ирва

Пока сидела в камере, размышляла о превратностях судьбы. До того как появился почти бывший, пыталась наладить контакт с Пушком. Совместными усилиями мы выявили свой особенный способ – мой, теперь одомашненный, зверь понимает речь, но отвечать не может, зато может кивать, скулить и реветь. Вот и вышла у нас система условных знаков.

С помощью этих знаков и предупредил меня Пушок о появлении кого-то абсолютно постороннего в радиусе моего обитания. Пушка отправила в тень, дабы незваный гость не углядел нашей теплой дружбы, а я не потеряла фактор неожиданности. Каково же было мое удивление, когда я увидела почти бывшего. Он, аки прынц, на своих двоих примчался меня спасать в одиночку. Я не спорю, Ваня у меня силен и сообразителен, но почему один-то? Он кто? Правильно, Император!

– Где армия? – вопрошаю абсолютно бесцветным голосом.

– Какая армия? – На лице видна работа мысли.

– Которая прикроет тебя, меня и внука во время побега. А заодно и врага прибьет под шумок.

– Чем ты опять недовольна? – закатил глаза к потолку пока еще благоверный.

– Я, Ваня, недовольна всей ситуацией в целом и нынешним положением дел в частности, – смотрю на него равнодушно.

– Ирма, ты всегда такой была. – Муж прекратил изображать оскорбленную невинность и принялся махать руками, магичить то есть с целью моего высвобождения. – Вечно тебя мои действия не устраивали. То так не улыбайся, то с той не разговаривай, а то и вовсе «Ваня, ты уже взрослый мальчик». А я, Ирмочка, лет семьсот как взрослый, только к твоему миру не приспособленный!

Он говорил, но действий своих не прекращал, и вот уже через пять минут бурчаний моего пока еще мужа дверь в камеру была открыта.

– Ваня, ты мне одно скажи: ты чем думаешь, когда что-то делаешь? Особенно по отношению ко мне. Ты что, сам не догадался, что отсюда мы выбраться не сможем?

– Ирма, я достаточно силен, чтобы защитить тебя! – рявкнул муж.

– О да, Илья Муромец и Добрыня Никитич в одном флаконе! И вражеская армия тебе нипочем! Подумаешь, какая-то слабая сотня-другая крепких злых мужиков, против тебя они ничто. Так, дети неразумные. Ты вообще как сюда добрался-то по незнакомой местности?

– При помощи заклинания и шпионов нашего зятя. И прекрати, пожалуйста, истерику.

Может, еще не все потеряно?

– Пушок, – позвала я.

Из тьмы камеры моего временного заключения, посверкивая красными глазками, вышел мой Пушок. Ваня, заметив движение за моей спиной, буркнул что-то на непонятном языке, и у него на руке появился светящийся шар, который он метнул в моего Пушка. Я даже среагировать не успела! Только и успела, что оглянуться.

Надо признать, мой зверь не растерялся. Он прытко отскочил от странного снаряда и выпрыгнул передо мной, грозно скаля зубы. На что ушастый муж вытащил свой меч.

– Ваня, Пушок, а ну, прекратите беспредел! – взвизгнула я, схватив зверя за шкирку и попытавшись оттащить себе за спину.

Естественно, ничего у меня не вышло, пришлось самой вперед выходить.

– Ирма, отойди от этого монстра! – ринулся было в мою сторону муж.

– Пушок – сидеть! Ваня, я тебя прошу, не устраивай балаган, Пушок тебе ничего не сделал, – смотрю на мужа зло. – И он не монстр, он очень милый зверь. Я вас даже познакомить не успела, а ты уже ярлыки вешаешь.

– Ирма… – таким тоном он обычно мне проповеди читал в семейной жизни.

– Ваня, – угрожающе начала я. – Не смей тыкать своей железякой в моего домашнего питомца.

У мужа дернулись большие уши. А я подумала, что в бланке разводного листа, в графе «Причины развода» выложу целый перечень, и начинаться он будет обязательно с ушей. Но подобные мысли отошли на второй план, так как моим разумом все больше и больше овладевал страх за внука.

– Ирма, ты не в себе? – решил уточнить благоверный.

– Ваня, не переходи на оскорбления, ты же знаешь, мне в этом равных нет, – поморщилась я. – Пойдем лучше внука спасать, а по пути все подробно расскажу.

Все же я была рада возможности поскорее увидеть Данюшу.

Дан

Казалось, мир содрогнулся. Я лежал на холодном каменном полу, прикрыв голову руками, в ожидании неминуемой гибели или болезненных ощущений на худой конец. Сколько я так валялся, не знаю, по мне, так вечность.

– Данюша, ты жив? – слышу голос родной бабушки.

– Бабуль, – осмелев, я решил реально оценить обстановку. – Я тебя люблю, конечно, но почему мне это всегда боком выходит?

И словно в довершении всего, я почувствовал прикосновение к лицу шершавого языка. У меня задергалась щека, подниматься с земли стало намного труднее. Мозг не мог решить, что ему делать в первую очередь – разнести все к нубам или сначала привести тело в вертикальное положение?

– Внук, не нервничай, Пушок тебя запоминает. Это на случай передачи твоего запаха своим сородичам, – решила успокоить меня бабуля.

– Ладно, хорошо. – Я наконец отбился от зверя и встал на ноги. – Про твою внезапную любовь к животным мы позже поговорим. Ба, ты мне скажи, какого нуба твоя сковородка нас всех чуть не поубивала?

– Данюша, не преувеличивай, все не так уж и страшно, она смогла разрушить барьер.

Я внимательно оглядел обстановку, после чего вперил тяжелый взгляд в родню.

– Бабушка! – скрестил я руки на груди.

– Ну хорошо, признаю: она на Пушка как на угрозу отреагировала, – возмутилась моя любимая старушка, которая вовсе и не старушка теперь. – Кто же знал, что они не поладят?

Я тем временем нашел взглядом ту самую бешеную сковородку. Она мирно торчала в стене, поблескивая серебристым боком. В мраморной стене. За моим взглядом проследила и бабуля, нахмурилась и подошла к утвари.

– А я тебе говорил, что твоя затея с этим монстром ни к чему хорошему не приведет, – подал голос венценосный дед.

– Это мой брак с тобой ни к чему хорошему не привел, а Пушка не тронь. Он, между прочим, разумный, – прокряхтела бабушка.

Она ухватилась за ручку сковородки обеими руками и попыталась ее вытащить, упершись в стену обеими ногами. Забавно, однако. Она таки умудрилась извлечь свое оружие, на каковую операцию с неудовольствием взирал дед. Я же решил в их препирательства не вмешиваться, ибо себе дороже.

– Император, а где подкрепление? – вместо этого спросил я.

– И ты туда же! – рыкнул эльф.

Не понял, чего это он такой нервный, неужто бабуля довести успела?