Хранительница кристалла 1.Братья (СИ) - Алова Ника - Страница 62

Сердито выругавшись сквозь зубы, Роан поднялся на ноги и отряхнул штаны. Ничего, он еще встретится с Тэйнен и обсудит с ней ее возможное наследство. Лишним сильный артефакт, безусловно, не будет, хотя обойтись без него вполне можно. Пока же ему оставалось только ждать, когда придет подходящее время для следующего шага.

* * *

Тэйнен сидела, уткнувшись глазами в книгу, и пыталась читать теорию построения заклинаний. Получалось не очень. Дедушка возился с какими-то бумагами, мало обращая внимания на ученицу, и тем самым давая ей возможность размышлять о вещах, весьма отвлеченных от всяких энергий и направляющих оные пассов.

Девушка думала о словах Салиры, но в первую очередь – о самой Салире. О том, как невероятно она изменилась, став Хранительницей. Перепуганная девчонка с наивными, широко распахнутыми глазами исчезла, словно ее и не было. А освободившееся место заняла мудрая женщина, видящая окружающих насквозь, и выдающая умозаключения, кажущиеся на первый взгляд настолько странными, что их вполне можно было принять за пророчества.

И, тем не менее, Тэйнен чувствовала, что всякая мистика и даже магия тут ни при чем. Салира и дедушка говорили почти одно и то же независимо друг от друга, а магистр Верье прямой связи с пресловутым Кристаллом не имел. Следовательно, логика их рассуждений строилась скорее на мудрости и большом жизненном опыте. С дедушкой в отношении опыта все было понятно, а вот с Хранительницей – нет.

Ведь это она совсем недавно называла магов мерзкими тварями, и сбежала к храмовникам, выдав их. А теперь ведет себя так, словно прожила среди них всю жизнь, не выказывая и тени изумления происходящим вокруг нее, и не просто принимая все как должное, а требуя к себе определенного отношения. И, судя по готовности, с которой ей подчинялись маги, требуя законно.

– О чем задумалась? – поинтересовался магистр Верье.

Тэйнен невольно вздрогнула, подняв глаза. Похоже, что дедушка наблюдал за ней уже довольно давно, и успел заметить, что уроком она не занимается. Вероятно, единственным, что ей оставалось, было чистосердечное признание.

– О Хранительнице. Почему она такая?

– Какая?

– Ну… Такая, словно стала другим человеком.

– Она и стала, – просто ответил старик. – До инициации она ведь была больше просто оболочкой, с какой-то своей жизнью, но все же. И лишь после соединения с Кристаллом обрела собственную сущность, хранящую память всех прошлых Хранительниц.

– Ужас! – невольно выдохнула Тэй, представив себе, каково это – помнить сотни прошлых жизней.

– Не буквально всю память, – усмехнулся дедушка в ответ, угадав ее мысль. – Скорее, накопленные опыт и мудрость. То есть, она помнит исторические факты, но того, какими были ее предшественницы, что любили съесть на обед и как одевались, конечно же, не знает. Кристаллу все это не нужно, а ненужное он не хранит.

Тэйнен вздохнула с облегчением, и снова уставилась в книгу. Не то чтобы пассы резко сделались ей интересны, но заниматься было необходимо, а объяснения ее несколько успокоили, дав в кои-то веки возможность озадачиться помимо судьбы мира еще и своей собственной судьбой.

– Но ты слишком часто к Салире не бегай, – наставительно сообщил дедушка, тоже возвращаясь к своим бумагам.

– Вы знаете? – поразилась Тэй.

– Еще бы, – фыркнул магистр. – Не думай, что столь вопиющее неповиновение могло не быть замечено Райдоном. Я его высмеял, конечно, но впредь он будет действовать более тонко. Так что ходить к Салире – ходи, но беседы ведите осторожнее. Впрочем, я полагаю, Хранительница и без меня все это понимает.

– А Вы знаете и про то, о чем мы разговаривали?

– Догадаться нетрудно. Судя по всему, наша Салира сделала свою ставку в текущей политической игре.

Дедушка говорил отстраненно, не глядя на Тэйнен, словно не беседовал с ней, а попросту рассуждал вслух. Девушка навострила уши, она давно сообразила, что именно в такие моменты ей представляется возможность узнать самые ценные сведения о политической обстановке в фортах магов.

– Ставку на Криана? – осторожно поинтересовалась она.

– На кого же еще? – пожал плечами магистр. – Ей безразличны мелкие частные интересы, она не ставит их выше нашего общего будущего. Будущего всей Великой Равнины. Кроме того, Хранительница может себе позволить ни от кого не зависеть в своем мнении, высказываниях и поступках.

– Но почему же тогда она не дала нам никаких прямых указаний? Или хотя бы какой-то совет?

– А ты думаешь, у нее прямо-таки есть конкретный план действий, шаг за шагом? – не без сарказма поинтересовался магистр Верье. – Она всего лишь видит слабые места существующего ныне порядка, и примерно представляет себе, чем можно воспользоваться, чтобы его изменить. Иначе говоря, она видит точку приложения силы, и знает, какую именно силу нужно прикладывать. А вот собственно тактику действий придется выбирать самостоятельно. Криан умный мальчик, он справится. Ну, и мы поможем.

Тэйнен в очередной раз вздохнула. У нее у самой не было совершенно никаких идей относительно тактики дальнейших действий. Непохоже было, чтобы они имелись и у Криана. Он, конечно, что-то там постоянно выискивал в книгах, обдумывал, даже с кем-то встречался потихоньку, но все это напоминало скорее поиски решения, чем его претворение в жизнь.

Впрочем, едва ли ей стоило совать в это все свой нос. В местной политической обстановке она ориентировалась слабо, в человеческой – и того хуже. Какой от нее может быть толк? Ее дело сейчас – учиться, попытаться все-таки стать хотя бы просто неплохим магом. В случае войны это определенно будет полезнее всех ее нынених размышлений и догадок.

Однако, магические теории и практики все равно не слишком спешили укладываться в голове. Пассы упорно не получались как следует, нити силы, создание которых она освоила пару дней назад довольно легко, путались и распылялись понапрасну. После очередной безуспешной попытки изловить муху магическим сачком, Тэй сердито подумала, что плетение заклинаний во многом сродни вязанию, неспособностью к которому она отличалась с детства.

– Не забывай произносить формулы, – не отрываясь от какого-то особо длинного документа, посоветовал дедушка. – Они упрощают плетение. И вообще, лучше больше тренируй пальцы. Потоки и сгустки силы тебе удаются замечательно, так что когда ты научишься толком делать плетение, сложности закончатся.

– А кем был мой отец? – ответила ему неожиданным вопросом Тэйнен.

– Боевым магом, – коротко ответил магистр Верье, без труда угадав, чем именно интересовалась внучка.

– Тогда почему…

Тэйнен осеклась. Вопрос этот созрел у нее уже давно, едва она толком разобралась в том, какими бывают маги, и на что они способны. Ей очень хотелось бы понять, почему отец, будучи боевым магом, не защитил собственную семью. Почему он погиб, мама пропала, а ее саму отправили со служанкой Марошей подальше.

Договаривать и объяснять, впрочем, не потребовалось. Судя по всему, вопросом этим задавалась не она одна, а времени, чтобы подумать над ответом, у дедушки было значительно больше. Он чуть нахмурился, потер лоб, подбирая слова. Тэйнен опередила его.

– Я еще кое-чего пока не поняла, – быстро проговорила она. – Чем боевые маги отличаются от воинов?

– Принципиально ничем, – в голосе магистра Верье явственно прозвучало облегчение. – Боевой маг – высшая ступень мастерства воина. У воинов много общего с охотниками. Они мастера убийства нежити, прекрасно владеют оружием и боевой магией, но пользуются главным образом лишь своими собственными силами, и иногда призывают на помощь свою стихию. Боевые маги в отличие от них – мастера работы с артефактами и более масштабными заклинаниями. Понятно?