Леди удачи. Все пути… - Белоцерковская Марина - Страница 12

12

— Элен!.. — леди Уандер от возмущения потеряла дар речи. — О чем ты?.. Такие мысли!.. У молодой девушки!.. Это же!.. Боже мой! — На лице ее пробилось осмысленное выражение. — Надо сейчас же сообщить сэру Уандеру. В конце концов, он отец! — и, обретя опору под ногами, леди сорвалась с места и с воплем: — Лоуренс! Лоуренс!!! — унеслась прочь.

Элен пожала плечами. Окинув холодным взглядом опустевшие стулья, она уселась поудобнее, тщательно расправила складки платья и, раскрыв испанский веер, принялась неторопливо им обмахиваться.

* * *

Ксави стояла посреди комнаты, раскинув руки в позе Христа. Выражение ее лица было не менее иисусовым.

— А вот здесь, мадемуазель, мы пустим широкую оборку из голубого атласа в тон лифу. Хозяин сказал, что это последние европейские моды. Вам очень пойдет… — портняжка сделал выжидающую паузу, давая возможность клиенту вставить реплику.

«Клиент» в лице Ксави всё так же молча скосил страдающий взор на местного Кардена и вновь устремил глаза в дальний угол. Портной беспомощно взглянул на Джоанну. Та пожала плечами:

— Ничего не поделаешь, парень. Для нее примерка — как для тебя бритье садовой лопатой. Можешь продолжать в том же духе еще минут тридцать. А через полчаса это платье сгодится разве что лионскому нищему. Ну, может, еще на юбочку для папуаса останется.

Подмастерье встревоженно глянул на изваяние, которое изображала из себя Мари, и повернулся к помощнику:

— Сидди, давай зеркало!

Еще пара минут — и огромное стекло было установлено прямо перед Ксави. Та оторвалась от созерцания угла, окинула мрачным взглядом открывшееся ей в зеркале зрелище и после паузы с отвращением изрекла:

— Передайте вашему хозяину мои поздравления. У него прекрасное чувство юмора.

* * *

После примерки Мари облегченно плюхнулась в кресло и мрачно уставилась в окно.

— Что это ты словно уксусу напилась? — удивленно глянула на нее Джоанна.

— У меня свидание, — сообщила та окну.

— Не слышу энтузиазма в голосе. Не в святейшую же инквизицию тебя вызывают. Да и там ты веселее бы смотрелась.

— Заскучаешь тут, — сквозь зубы процедила Ксави. — Он еще свидания назначает. В садике… под кустиком… С розочкой в зубах… Сердцеед доморощенный! Казанова на полставки!

— Ты чего? — изумленно воззрилась на подругу Джоанна. — Какая муха тебя укусила?

— Такая, — отрубила Мари. — Полтора зеленых метра в полосочку, с розовым бантиком на корме.

— А-а, миссис Кливси! — облегченно рассмеялась Джоанна. — Ну, пришла женщина потрепаться со свежими слушателями. Что она там такого криминального тебе поведала?

— Ничего особенного. Всего лишь, что Нэд имеет успех у здешних дам. Так сказать, Дон Жуан местного значения.

— Ты серьезно? — Джоанна неуверенно улыбнулась. — А как он это объясняет?

— Еще никак, — пожала плечами Ксави. — Я у него не спрашивала.

— Почему?

Мари гордо вскинула голову:

— Да будет вам известно, я выше этого! Подобные сплетни меня совершенно не занимают. Он меня вообще не интересует, если хочешь знать!

— Кто тебя не интересует? — голос неожиданно появившегося Нэда был доброжелателен, хоть и несколько нетерпелив. — Привет, Джо! — спохватился он и вновь обратился к Мари: — Слушай, я тебя жду-жду… Что случилось? Ты чего не пришла?

Ксави надменно вздернула подбородок и, смерив Волверстона взглядом светской львицы, изрекла:

— Не хотела вам мешать.

Нэд в недоумении оглянулся.

— Нам? Кому нам? О чем ты?

Глаза Ксави сузились.

— Он не понимает! — сообщила она воображаемой аудитории. — Нет, я, кажется, сейчас начну зверствовать! — и, сложив руки на груди, саркастически засмеялась: — Каков младенец непорочный! Он не понимает! Заигрывать со всякими там блондиночками, у которых три извилины, и те в парике, — это он понимает!

— Мари! — Нэд тоже начал заводиться. — Если ты сейчас же не успокоишься и не объяснишь по-человечески, что произошло, то, ей-богу, я врежу тебе ниже ватерлинии!

От ярости волосы Ксави встали дыбом. Казалось, еще немного — и с них посыплются искры. Она подскочила к Волверстону и потрясла пальцем у него перед носом:

— Не пытайтесь оскорбить меня, сэр! Это не удавалось и более квалифицированным специалистам!

Джоанна тяжко вздохнула и тихо притворила за собой дверь, пробормотав:

— У некоторых людей ахиллесова пята находится под шляпой.

Глава 8

Все пчелы прилетали с медом, а одна — такая маленькая и вредная — с дегтем…

Джоанна провела ладонями по лифу темно-вишневого платья, разглаживая несуществующие морщинки, и еще раз критически осмотрела себя в зеркале.

— Этот пристальный и вдумчивый взгляд выдает в ней неутомимого исследователя. А печать мысли на челе вызывает в памяти облик Добролюбова, Белинского или, на худой случай, месье Вольтера, — продекламировала Ксави из глубины кресла.

Джоанна, не оборачиваясь, парировала:

— Точно так же, как при взгляде на некоторых присутствующих рождается страшное подозрение, что Обломовы бывают не только мужского пола. А ломоть торта в зубах этих присутствующих навевает мысли о Гаргантюа, Пантагрюэле и всех их родственниках, вместе взятых. Между прочим, советую вам, мадемуазель, все-таки приподнять с кресла вашу пятую точку, ибо плиссировка, боюсь, не предусмотрена фасоном вашего платья.

Прежде чем ответить, Ксави проглотила оставшийся кусок, слизнула крем с пальцев и, удовлетворенно вздохнув, промурлыкала:

— Что наша жизнь? Жратва! И учтите, ма шер[16], моя пятая точка с этим постулатом вполне согласна. Что до вашей эскапады по поводу моего туалета, то его фасон способен осмыслить только автор сего незаконнорожденного шедевра, да и то после поллитры. Остальные же вольны думать всё, что взбредет им в голову. Если, конечно, будет куда взбредать!

И, закончив эту замысловатую тираду, Мари томно вытянулась в кресле.

Джоанна хмыкнула:

— Если тебе не по душе твой наряд, почему ты выбрала именно его?

— Выбрала?! — вскричала Ксави. — Ха! Хорошенького же ты мнения о моем вкусе! В данном случае я — безропотная жертва сорвавшейся с цепи фантазии Нэда. «Этот голубой цвет так идет к твоим глазам!», — передразнила она. — «А золотые кружева — точь-в-точь твои волосы!».

— Он тебе такое говорил?! — ужаснулась Джоанна и прыснула: — Извращенец!

— Именно, — печально и с достоинством подтвердила Мари. — Такова моя планида. Между прочим, — деловито заметила она, — у тебя сзади нижние юбки подвернулись. Топорщатся, как сломанный зонтик «Три слона».

— О, черт! — Джоанна задрала ворох юбок. — Которые? Их тут на целый полк хватит. Помогла бы, что ли!

— Не по адресу, миледи. За этим — к господину губернатору, будьте любезны! О, а вот, кажись, и он, — обрадовалась Ксави, услыхав стук в дверь. — Очень кстати. Войдите!

— Нельзя!!! — завопила Джоанна, в панике путаясь в юбках. — Ты что, ошалела?! — яростно зашипела она.

Ксави хладнокровно пожала плечами:

— Ну что принципиально нового он тут увидит? Твои стройные ножки? Так, по-моему, кэп на них нагляделся более чем достаточно. Из чего следует, что в пиратском поприще тоже есть свои преимущества, — философски заключила она.

Когда после некоторой суматохи Блада, наконец, впустили, он с немалым удовольствием увидел раскрасневшуюся и оттого еще более похорошевшую Джоанну. Глаза его потеплели. Питер сделал было шаг к девушке, но, взглянув на Мари, остановился.

— Ксави, брысь отсюда! — беззлобно скомандовал он.

— О! — возмутилась та, выходя из нирваны. — С какой это стати?

Блад насмешливо блеснул глазами:

— Ничего, подыши пару минут свежим воздухом.

вернуться

16

Моя дорогая (фр.).