Взгляд Горгоны - Голдинг Джулия - Страница 21

— Не знаю… думаю, несчастна. Но у нее есть план сбежать в эти выходные, чтобы повидаться с Аргандой.

— Хорошо. Не годится посреднику быть в разлуке со своим другом слишком долго.

— Знаю… Мне бывает плохо, когда я не вижу Жаворонка хотя бы несколько дней.

— И даже более того. Узы, связующие вас, заставляют вас полагаться друг на друга — вы оба нуждаетесь друг в друге, чтобы быть в полной мере самими собой — по крайней мере, мне так кажется после всех этих лет, проведенных в общении с Арго.

— Так я могу взять с собой Арганду?

— Спроси у нее самой.

Доктор Брок указал на самый центр костра, и Кол увидел, что там греется маленький дракончик.

— А она не пострадает? — У него мелькнула мысль выудить ее оттуда с помощью вил доктора Брока.

— О нет, у чисто-золотых драконов есть поразительное свойство: шкура защищает их даже от самого жаркого пламени — они практически неуязвимы.

Восхищенный Кол с восторгом смотрел, как Арганда раздувает огонь, — она махала крылышками, чтобы сделать пламя вокруг своего хвоста еще жарче, и выгибалась от удовольствия, когда ее щекотали языки пламени.

— Арганда! — позвал доктор Брок.

Она не обращала на него внимания.

— Арганда, послушай, это насчет Конни.

Дракониха в тот же миг вихрем вынеслась из костра, сделала круг и села на плечо к доктору Броку, пища и насвистывая ему в ухо.

— Ты отправишься с этим мальчиком повидать ее через несколько дней?

Глаза Арганды обратились на Кола. Оттенок пренебрежения окрасил пламя, вырывавшееся из ее пасти.

— Прекрати немедленно: что бы сказала твоя мама? Знаю, он не посредник драконов, но он друг Конни. Она сама его выбрала.

Арганда скептически посвистела, а затем кивнула.

— Хорошо, тогда, кажется, решено. Приходи сюда и забирай ее в субботу. Я поговорю с ней, чтобы она вела себя как положено.

— Спасибо. — Кол направился было к выходу, но вспомнил, о чем еще просила его Конни. — Доктор Брок, что вы знаете о Годиве Лайонхарт?

Доктор Брок нахмурился и провел рукой по лицу, испачкав его сажей.

— Зачем тебе это нужно?

— Не мне — Конни. Она заподозрила, что ее двоюродная бабка многое знает об Обществе.

— Да, она знает.

— Откуда?

Доктор Брок задумчиво погладил Арганду:

— Я не должен говорить об этом — о ней. Так мы договорились.

— Договорились? Когда?

Доктор Брок лукаво взглянул на Кола:

— Ну, похоже, Конни уже о многом сама догадалась. Я расскажу тебе кое-что об этом, но имей в виду: не все. Я дал клятву и намерен сдержать ее. Двое из семейства Лайонхарт в том поколении обладали даром — Сибилла и Годива. Они были прекрасными девушками — разбили немало сердец в юношеском отделении Общества как раз перед войной.

— Вы имеете в виду Вторую мировую?

— В общем, да… но я имел в виду последнюю войну с Каллерво. Сибилла была старшей. Она вышла замуж за очень сильного посредника дву- и четвероногих. Что до Годивы, ну, я полагаю, можно сказать, что мы с ней встречались.

— Вы ходили на свидания с Годивой Лайонхарт? — Колу было трудно представить, что кому-то была по душе эта старая грымза.

— Да. — Доктор Брок вздохнул. — Тогда она только что вступила в Общество как полноправный член… «Эти сладкие 16 лет», а я… э… был уверен, что конец этой песенки будет не про нас.

Кол, казалось, ничего не понимал.

— «И никогда не целовались»? Уверен, ты слышал ее от своей бабушки.

Кол помотал головой.

— Господи, Кол, ты заставляешь меня чувствовать себя таким старым! Как бы то ни было, гибель мужа Сибиллы и многих других стала огромным потрясением для нас всех. На Годиву это подействовало сильнее, чем на кого-либо из нас: думаю, она чуть не лишилась рассудка. Я не мог достучаться до нее: она отталкивала и меня, и всех остальных. Особенно печально было то, что в это время сестра нуждалась в ней сильнее, чем когда-либо еще. Ива начала…

— Ива?

Он грустно улыбнулся:

— Это ее домашнее имя. Ива начала говорить, что мифические существа — это все выдумка, истерическая галлюцинация. Она даже отвергла своего собственного друга — мифическое существо. Оно погибло, и той ночью в Годиве тоже что-то умерло.

— Ее подопечный погиб?

— Да. Это было ужасно. Конечно, это случилось во время войны: нас окружали смерть и разрушение. Но одна эта смерть — страдания существа, которое чахло в разлуке, в то время как Ива отказывалась даже попрощаться с ним, — была самой страшной.

— Это… это просто ужасно.

— Может быть, но горе и любовь заставляют нас совершать странные поступки.

— А для какого вида она была посредником?

Доктор Брок покачал головой:

— Прости, этого я сказать не могу. Мы договорились никогда не упоминать об этом, с тех пор как она вернула свой членский значок, а сказать точнее, швырнула им в меня. Есть протокол на тот случай, если член покидает Общество: о нем больше не упоминают, а вид, которому он был посредником, вычеркивается из официальных документов. К счастью, она знала не так много наших секретов — только основные сведения о своей собственной группе. Думаю, можно сказать, что те, кто покинул Общество, становятся для него такими же мифами, как для большинства людей — необычные существа.

— Но это же бессмысленно. Вы же не можете отрицать того, что у нее есть дар.

— Не мы это отрицаем, а она: это ее выбор.

— И она пытается заставить Конни сделать то же самое. Мы должны ее остановить.

— Знаю, но законы этой страны на ее стороне. Мы не можем взять дом приступом и забрать оттуда Конни. Я не сомневаюсь, что она вскоре заручится поддержкой властей и многих из нас арестуют как членов опасной секты, похищающей детей. Нет, самое лучшее — это действовать так, как ты решил: помогать Конни общаться со своей подопечной и поддерживать ее как друг.

Доктор Брок размотал хвост Арганды со своей шеи и бережно посадил ее Колу в руки.

— Если бы я был азартным человеком, Кол, я бы побился об заклад, что Годива даст слабину скорее, чем Конни. В конце концов, она еще не знает, что столкнулась с Универсалом, а это неизмеримо выше, чем ее собственная группа.

9. Сундук

Хотя Конни сама для себя решила, что сбежит из дома в субботу ночью, ей еще предстояло разработать подробный план побега. Она знала, что ей понадобятся ключи от ворот и какой-то транспорт, чтобы добраться до Мэллинского леса. В пятницу, во время перерыва на ланч, она решила исследовать угольный сарай и была вознаграждена: там обнаружился старый велосипед. Вытащив его на лужайку, она осмотрела его, чтобы проверить, можно ли еще на нем ездить.

— Боже, где ты его нашла? — спросил Хью, вернувшийся со своей ежедневной прогулки к газетным киоскам; в боковом кармане у него позвякивали ключи от ворот. — Я много лет не видел этот драндулет. Дай-ка взглянуть… Ах да, он принадлежал Годиве — я так и думал. Сибилла, должно быть, забрала свой, когда перебралась в Гескомб.

— Как вы думаете, я могла бы привести его в порядок?

— Если честно, моя дорогая, не думаю.

Лицо Конни вытянулось от огорчения.

— Но я бы мог это сделать. Такие дела как раз по мне, чтобы старый морской волк не чувствовал себя совершенно бесполезным.

— Спасибо. Думаете, на это уйдет много времени?

— А что? Не терпится нас покинуть? — проницательно спросил он.

— Я просто надеялась, что в эти выходные мне позволят погулять. Я уже много недель не видела, что находится по ту сторону стен, не считая монастыря, разумеется.

— Ну, в таком случае я сегодня днем отнесу его в мастерскую и посмотрю, что можно сделать. Но ничего не обещаю, учти!

— Спасибо, дядюшка Хью! — Импульсивно Конни чмокнула его в щеку. Тот порозовел от удовольствия.

— Ну-ну, не стоит благодарности, — сказал он. — Ты, может быть, и странная девочка, Конни, но я не могу видеть тебя расстроенной. Мне приятно, что я могу порадовать тебя хотя бы этим. Хотел бы я сделать что-то подобное для своей сестры: уже шестьдесят лет прошло с тех пор, как она была в последний раз по-настоящему счастлива.