Взгляд Горгоны - Голдинг Джулия - Страница 7

— Ма! — запротестовал Рэт.

— Не думай, что я не знаю, что ты там затеваешь: я не вчера родилась.

Рэт натянул резиновые сапоги и выпрыгнул из автобуса.

— Ну, тогда пошли, — сказал он Колу, беспечно тряхнув головой. — Посмотрим на шалаши на деревьях.

Кол следовал за ним по пятам, пытаясь нащупать безопасную тему для разговора. Футбол? Будет ли болеть за какие-нибудь клубы парень, живущий в автобусе? Почему-то он казался не из таких. Желая добиться успеха в первой их беседе, Кол пытался понять, что между ними общего.

Рэт внезапно остановился и жестом велел Колу отступить. Кол замер. Что это еще за игры? Потом Кол сам увидел, в чем причина. Они стояли в березовой рощице, над головой была светло-зеленая листва, а медного оттенка земля была усеяна прошлогодними листьями. Там, на поляне, стоял олень, изящно приподняв переднее правое копытце, как балерина, балансирующая у станка. Мальчики на мгновение заглянули во влажные карие глаза животного, не смея перевести дыхание. Ветер зашумел в листве; олень махнул хвостом и в два прыжка скрылся из виду.

— Люблю этот лес, — просто сказал Рэт, снова трогаясь с места.

— И я тоже. — Кол старался не отставать от него. — Слушай, Рэт, если ты любишь животных, не хочешь ли прокатиться на моем пони?

4. Кассандра

Ближе к вечеру у ворот зазвонил колокольчик. Из своего окошка Конни наблюдала за тем, как ее двоюродная бабка, которая целый день решительно искореняла ростки сорняков с цветочных бордюров, бросилась посмотреть, кто это пришел. Через несколько минут она вернулась, ведя за собой двух девочек. В руках она держала связку ключей и походила на тюремщика, сопровождающего посетителей на свидание к узнику. Сердце Конни подпрыгнуло от радости: это были Джейн и Аннина, ее лучшие школьные подруги. Перепрыгивая через две ступеньки, она сбежала в прихожую им навстречу.

— Как я рада вас видеть! — воскликнула она.

— И мы тебя. — Аннина обняла Конни, выразительно оглянувшись на Годиву. — Что с тобой случилось?

— О, это моя двоюродная бабушка. Тетушка Годива, это Аннина Нуруддин и Джейн Бенедикт.

— Юная девица, — резко обратилась Годива к Аннине, — вы имеете отношение к Обществу?

— К чему? Вы имеете в виду Общество, которое посещает Конни?

Годива кивнула.

— Нет-нет, что вы.

— А вы? — Годива повернулась к Джейн.

— И я нет. — Под сверлящим взглядом Годивы Джейн застеснялась и спрятала глаза за упавшей на них светлой челкой.

— Хорошо, в таком случае я рада познакомиться с вами, девочки. Конни расскажет вам, что в ее жизни недавно произошли кое-какие перемены, но вы можете продолжать с ней дружить.

— Э… спасибо, — сказала Аннина, определенно недоумевая, по какому праву Годива распоряжается, с кем можно, а с кем нельзя дружить Конни.

— Полагаю, вы предпочтете пойти в сад? — сказала Годива, подталкивая их к выходу, как будто пытаясь убрать беспорядок, который они внесли в ее прихожую.

— Не беспокойтесь, мы пойдем в мою комнату, — сказала Конни.

Только когда Конни закрыла за ними дверь, Аннина перестала сдерживаться:

— Кол сказал, что тебя забрали от Эвелины.

— Да, забрали.

— Почему?

— Мои родители беспокоятся обо мне. Они хотят, чтобы мои двоюродные бабка и дед попытались сделать из меня нормальную девочку.

Аннина фыркнула:

— Нормальную? А что с тобой не так?

Конни пожала плечами; было видно, что для нее это тоже загадка.

Джейн рассматривала раковину.

— Так ты будешь жить здесь? И долго ли?

— Не знаю.

— Если ты останешься здесь в сентябре, тебе будет недалеко ходить в чартмутскую среднюю школу.

— Моя бабка планирует обучать меня на дому.

— Ты что, шутишь? — не поверила Аннина.

— И не думаю.

— Она что, думает, что это сделает тебя нормальной? У нее нет ни малейших шансов.

Повисло неловкое молчание — Конни закусила губу, чтобы не расплакаться. Аннина и Джейн коротко переглянулись, а потом вдвоем крепко обняли Конни.

— Вам двоим придется выручать меня, хорошо? Мне не разрешают видеться ни с Колом, ни с кем-либо другим, так что вся надежда на вас.

— Конечно, мы постараемся, Конни. — Аннина в ответ только сжала ее руку. — У меня есть идея. Почему бы тебе не поучаствовать вместе с нами в подготовке Гескомбского фестиваля? В этом году организацией занимается мой папа. Если ты согласишься, это даст тебе массу возможностей выходить из дому вместе с нами и ходить в разные места.

— Звучит заманчиво, — сказала Конни, усаживаясь на кровать рядом с подругой. В представлении Аннины все всегда выглядело очень радужно. Будущее уже не казалось ей таким унылым.

— В этом году фестиваль станет большим событием — хотя, может быть, тебе это и неинтересно. К нам приезжают «Krafted».

— Кто?

Аннина вытаращила глаза.

— Ну, группа такая, ты что, не знаешь? Последние три недели они занимали верхнюю строчку в хит-параде.

Джейн тронула Конни за руку:

— Не волнуйся, я тоже о них не слышала.

— Вы что, обе не слушаете радио? И пяти минут не проходит, чтобы не звучала какая-нибудь из их песен.

— А ты ничуть не преувеличиваешь, Анни? — поддразнила ее Джейн.

— Ну ладно, в общем, вы меня поняли. Впервые наш музыкальный фестиваль смог заполучить по-настоящему популярное имя. Кроме того, приедет куча других исполнителей — это будет великолепно.

— А зачем они сюда приедут? — поинтересовалась Конни. Она, конечно же, знала об этом фестивале, но он был вовсе не таким крупным, как Гластонбери[4] или любой из других летних концертов.

— Это все из-за акции протеста. Разве не ясно, что новая дорога пройдет прямо по полям, на которых собираются люди, приехавшие на фестиваль? Барабанщик «Krafted» сам родом из Чартмута, и его это решительно не устраивает. Мы хотим под предлогом фестиваля попытаться остановить уничтожение деревьев.

— У нее всегда все так гладко выходит, правда? — ехидно шепнула Джейн.

Аннина пропустила ее замечание мимо ушей.

— Билеты расхватывали, едва они появлялись в Интернете.

— Но чем же я могу помочь? — спросила Конни.

Ей начало передаваться воодушевление Аннины. Может быть, и вправду это сработает? Она отчаянно хотела спасти лес — так, может быть, теперь им удастся это сделать.

— Ну, вначале, как всегда, будет карнавальное шествие. Мы еще не знаем, какая тематика будет в этом году, но обычно там много животных — лошадей и других. Ты бы могла помочь держать их под контролем.

— Ты обратилась как раз по адресу.

— Я тоже так думаю. Хочешь, я спрошу разрешения у твоей бабушки, или спросишь сама?

— Думаю, лучше, чтобы эта идея исходила от тебя — тебе всегда удаются такие вещи.

— Какие?

— Вешать людям лапшу на уши, Анни: ты на людей действуешь так же, как Конни — на животных, — пояснила Джейн.

Аннина с гордостью улыбнулась:

— Спасибо. Хорошо, я приручу ее для вас. Какие у нее слабости?

— Не думаю, что они у нее вообще есть, — сказала Конни. Она на секунду задумалась. — Ей нравится тяжелая работа и порядок.

— Отлично, я наплету ей о том, какой рабский труд тебя ждет на фестивале.

— Не волнуйся, Конни, у твоей бабушки против Аннины совершенно нет шансов, — сказала Джейн, когда Аннина сбежала по лестнице вниз. — Никто еще не смог взять над ней верх. Мне почти жалко твою бабулю.

Однако битва оказалась ожесточеннее, чем предсказывала Джейн. Годива лишь согласилась позволить Конни участвовать в подготовке фестиваля — под крышей своего дома и под ее личным надзором. Что до работы на месте проведения, это даже не подлежало обсуждению.

Аннина задумчиво жевала кончик своей длинной черной косички, докладывая о результатах своей первой вылазки на врага.

— Твоя бабушка какая-то странная, Конни. Когда я заговорила о том, чтобы она разрешила тебе ходить в Мэллинский лес, это произвело такой эффект, как будто я произнесла какое-нибудь ужасное ругательство. До тех пор она была со мной вполне мила — я уж было подумала, что убедила ее, — но тут она внезапно уперлась и заявила, что тебе нельзя позволять и на миллион миль приближаться к этому месту, что она терпеть его не может и чем скорее вырубят этот лес, тем лучше.