Безвременье (ЛП) - Харрисон Ким - Страница 72

— Рейчел, я не хочу, чтобы это случилось, но у меня есть кое-кто еще, кого я должен сейчас оберегать. Кое-кто помимо Трента.

Я вспомнила Рэй на его бедре и ручки Люси, жадно тянущиеся к ним. Это было правильно, но все-таки… паника скользнула через меня.

— Квен, он мне даже не нравится. Я имею в виду, что все, что я делаю, я делаю для того, чтобы жить здесь, и выжить там, и когда я должна буду следить за ним, когда у меня есть свои собственные цели, и женщина…

— Пожалуйста. — Выражение лица Квена показало боль. — Я не прошу тебя делать свою работу. Просто… понимаю, что я не могу быть тем, в ком он нуждается, чтобы выжить. Я не могу посвятить себя ему. Рэй… — Он замолчал. Когда он продолжил, он говорил тихо. — Рэй нуждается во мне. Во всем мне, а не в тонком кусочке меня, который остается, когда Трент нуждается в помощи. Она не будет в безопасности до тех пор, пока Ку’Сокс не умрет, но даже после этого, я нужен буду ей, а не Тренту. Ты не должна работать за него, просто будь там, когда он будет нуждаться. Это все, о чем я прошу. И, может быть, не давай Эласбет влезать к нему в том, кем он хочет быть.

Мой пульс зашкалил. Я вспомнила, как Трент откинул Ника от меня, силу, которая текла через меня, когда он разрушал чары, скрывающие меня от Ала, ожидая, пока я пойму, что я потеряю, если повернусь спиной к моему будущему, и, наконец, поцелуй, который мы разделили. Это был всего лишь поцелуй, за ним не было никаких чувств, только мое собственное эгоистичное наслаждение. Затем я подумала об Эласбет. Он считал ее своим долгом, одна я знала, что он принесет в жертву все.

— Но…

— Я не был уверен до сих пор, но я знаю, что ты — то, что ему нужно.

Что ему нужно?

— А что насчет меня? Кто будет рисковать своей жизнью ради меня?

Глаза Квена вернулись к моим.

— Он, конечно.

Голос его был уверенным, и единственное, что я могла сделать — это стоять и смотреть, разинув рот.

— Я должен идти, прежде чем она будет учиться водить, — сказал он, видя мое замешательство. — Я поговорю с владельцем амулетов снова.

— Но я еще не сказала «да», — ответила я, и Квен обернулся на пороге, не в кухне, не в холле.

— Говорится, что причина, по которой эльфы и демоны начали войну — из-за нарушенного союза, — сказал он, на его лице отразилась мировая усталость, заставляя его выглядеть мудрым. — Я всегда считал, что это правда, что из лучших друзей получаются злейшие враги. Эльфы и демоны, вечно воюют. Кто сказал, что демоны не были рабами эльфов изначально?

Мои глаза широко распахнулись, когда он наклонил голову, медленно развернулся и пошел по коридору.

— Не беспокойся о восстановлении чар, — сказал он громко, его шаги были слышны на улице. — Твой отец был хорошим человеком, но легким. Серебро слишком хрупкое. Ты сможешь исправить хорошее однажды.

Я прислонилась спиной к столу, скрестив руки на груди, когда слушала, как он проходит в святилище и выходит на послеполуденное солнце. Работать с Трентом? И с драконом, наблюдающим за мной, на заднем плане? Он что рехнулся?

Глава 18

Мои сапоги тупо стучали по тротуару перед церковью, когда я шла с сумкой с продуктами на бедре, я улыбнулась, когда увидела припаркованный у обочины красный Мерседес, выглядевший серым в темноте, но по-прежнему сексуальный. Айви рано вернулась.

У Айви не было такого автомобиля, у нее был гораздо менее горячий, не такой как красный «Мерседес», но у такая машина была у Нины, и если Айви села на более ранний рейс, Нина, наверное, предложила забрать ее в аэропорту. Что было хорошо, так как моя машина все еще была у Трента на стоянке.

Звук детей, играющих в сумерках, утешал, но когда что-то, как призрак, пронеслось над моей головой, я инстинктивно пригнулась, разворачиваясь, чтобы проследить за тенью, проплывающей между мной и небом, по-прежнему держащим розовый закат. Медленно мой пульс успокоился, когда я узнала очертания маленькой горгульи, парящей через узкие листья, большие крылья гулко стучали, когда он или она летел почти вертикально к земле к надгробной плите. Желтые глаза посмотрели на меня, и затем ее фигура растаяла в темноте.

Мои шаги были быстрыми, и, зная, что они их слышали, я ускорила темп. Наверное, по крайней мере, дюжина горгулий, прилетевших после заката, расположилась на высоких стенах, окружавших кладбище, несколько более мелких сидели на деревьях, как гигантские стервятники. Ни один из них не был тем горгульей из церкви, с которым разговаривал Бис. Дженкс вчера сказал, что, по-видимому, они проверяли Биса в церкви, чтобы убедиться, что Ку’Сокс не причинил ему вреда, когда тот был в безвременье.

Это и радовало, и волновало меня.

Да поможет мне Бог, мне так много нужно было сделать между сегодняшнем днем и пятницей.

«Будет проще, когда вернется Айви», — подумала я, когда быстро поднималась по широкой лестнице церкви, передвигая сумку, чтобы я могла войти в дверь. Но когда я потянулась к ней, она распахнулась. Передо мной стояла Айви, ее силуэт остро вырисовывался в свете, заливающем лестницу.

— Ну, слава Богу, ты здесь, — сказала я, передвигая сумку еще раз, чтобы я могла обнять ее, прямо там, на крыльце. — Вдобавок ко всему прочему, мы должны украсть пару эльфийских колец из музея.

— Я должна уезжать чаще, — сказала она, а ее руки ненадолго обвились вокруг меня, ее низкий, грудной голос был слышимой версией вампирского ладана, вылившегося сейчас на меня, как благовонное масло. Последнее объятие и я шагнула назад, сияя от счастья. Хотя она явно была рада меня видеть, она также была очень напряженная и скрытная. Ее джинсы и черный свитер были более непринужденными, чем обычно, волосы, тоже, были лишены их типичного «конского хвостика». На ней были новые ботинки, которым было присуще отличительное, западное чувство, но она заставила их гармонировать с ее сложной, модной курткой.

Тесная лента, сковывавшая мою грудь ослабла, когда я вдохнула ее запах вампирского ладана, смешанного со спертым запахом пластика самолета и прокатного автомобиля. Под этим были сладкий медовый запах Дэрил и мужской запах Гленна. Они практически исчезли, хотя дорогие духи Нины, безусловно, чувствовались очень сильно. Рука Айви на моей спине вздрогнула, и я позволила ей ее убрать, мысли о Джаксе и Нике заставили мою улыбку пошатнуться. Я могла слышать, как внутри Нина разговаривает с кем-то. Может быть с Дженксом? Или может быть по телефону.

— Ты должна была позвонить мне раньше, — сказала Айви, ее тон был обвинительным, когда она шагнула обратно в церковь. Но затем она поникла, и боль скользнула в ее черных глазах. — Как Квен?

Настроение сошло на нет, я вошла следом за ней, смахивая новую волну пыльцы пикси в сторону, когда дети Дженкса нырнули в сумку, чтобы посмотреть, что я принесла.

— Он в порядке, это означает, что он держит все в себе, давая этому разрастись.

Она ничего не сказала, я подняла голову и прочитала беспокойство в ее глазах. Она тоже любила Кери.

— А ты как?

Поднялось сто ответов, сто разочарований, сто самых неистовых криков в мире.

— Я в порядке, — решительно сказала я.

Новые ботинки Айви шли по старому полу святилища, ее волосы упали, чтобы спрятать лицо, когда мы направились в кухню. Нина говорила весело и возбужденно — никаких следов Феликса, это шло в разрез с моими темными мыслями.

— Так как там Гленн и Дэрил? — спросила я, и она приподняла подбородок. Обеспокоенная, я заставила ее остановиться в коридоре. — Айви? — Но она не отвела взгляда от стропил, в ее глазах появился намек на слезы, когда она закусила губу. — Дерьмо, — прошептала я, вспыхнув, когда поняла, что я сделала. — Я не должна была звонить тебе.

Ее глаза уставились на меня, и она покачала головой.

— Я уже ехала назад.

Она попыталась протиснуться мимо меня в коридор, но я преградила ей дорогу.