От Киева до Москвы: история княжеской Руси - Шамбаров Валерий Евгеньевич - Страница 123

54. Иван Калита и поражение Твери

Для большинства русских князей перемена в Орде отозвалась довольно умеренной встряской. Порядки в ханской ставке были всем известны, они остались прежними. Князья выразили покорность Узбеку, обошли с визитами его жен, царедворцев. Раздали привезенное серебро, меха, дорогие вещи, получили новые ярлыки на свои владения, облегченно вздохнули и разъехались по домам «Петр митрополит во Орде бысть у царя в чести великой» и тоже возвратился на Русь. Но Михаила Тверского хан задержал. Он был выдвиженцем Тохты, был связан с вельможами, которые только что лишились голов, и Узбек сомневался, сохранить ли за ним великое княжение?

Этот царь очень отличался от своего предшественника. Он был правителем умным, жестоким, но и расчетливым. Узбек старался строить политику, как шахматные партии, продумывал комбинации на несколько ходов вперед. Отношение к Руси он намеревался изменить, пресечь безалаберную анархию прошлых времен, прекратить междоусобицы. От них оставались в выигрыше только татарские отряды, ходившие поддерживать того или иного князя, но после их набегов народ разбегался, разоренные земли не могли вовремя заплатить «выход». Узбек намечал, что Русь должна стать мирной, с нее регулярно будут «стричь» высокую дань. Она должна иметь и достаточную силу, быть противовесом Литве и католическим державам. Но при этом, разумеется, держать верность царю.

Хан оценивал, подойдет ли для такой политики Михаил? Пока что его правление на Руси оборачивалось одними склоками. Он был честолюбивым и властолюбивым. Не взбунтуется ли? Не перекинется ли на сторону врагов Орды? А с решением Узбек не спешил. Он вообще не любил спешить. Какая разница, сегодня или завтра? Лучше лишний раз взвесить, присмотреться. Михаилу пришлось провести в Орде более полутора лет. Торчал в Сарае, путешествовал с ханской ставкой. Узбек уже во многом отошел от старых монгольских традиций, но в быту все еще сберегал обычаи своего народа. Даже в столице рядом с великолепным дворцом для хана ставили юрту. По весне весь двор выезжал из душного города в степи, неторопливо двигался до Приазовья, поворачивал в предгорья Кавказа. Царь тешился охотами, попивал кумыс, а попутно обдумывал и государственные вопросы.

Таскаясь с Узбеком и его окружением, Михаил Тверской мучился и нервничал. Ускорить решение хана, склонить его в свою пользу, силился испытанными методами, безоглядно раздавал взятки. Деньги быстро растаяли. А ордынским ростовщикам великий князь был должен еще с прошлого раза. Чуть ли не каждую неделю он слал гонцов в Тверь с единственным требованием — денег[164]. Чтобы добыть их, распорядился еще раз потрясти Новгород. Наместники великого князя нажали на горожан. Но новгородцы встали на дыбы. Всего год назад Михаил занимался откровенным вымогательством, содрал с них 1,5 тыс. гривен, и снова платить?

Город постановил, что больше не желает терпеть над собой такого князя, отправил посольство звать к себе Юрия Московского. Он был не против, но осторожничал — Тверь может обвинить его в нарушении договора, заключенного при участии татар, ведь он сам под угрозой Таировой рати уступил Новгород Михаилу. Но Юрий нашел выход — сперва запустить вместо себя подставное лицо. Обратился к одному из дружественных смоленских князей, Федору Ржевскому. Не согласится ли он по поручению Москвы временно править в Новгороде? Лихому и воинственному Федору было скучно сидеть в захолустном Ржеве, он с радостью согласился. С дружиной удальцов прискакал в Новгород, взял под стражу тверских наместников. Горожане припомнили все обиды от великого князя и его бояр, вооружились, в 1314 г. Федор повел их на тверские владения.

За бесчинства в Московском княжестве тверичам пришлось расплатиться той же монетой, теперь разорялись их села и деревни. В Твери в отсутствие Михаила княжил его 14-летний сын Дмитрий. Он и его советники-бояре тоже собрали рать. Встретились на разных берегах Волги. Была поздняя осень, противников разделяла холодная река. Стояли шесть недель. Нервы у новгородцев оказались крепкими, они не уходили. А сил у них было больше. Тверичи убедились, что столкновение закончится не в их пользу, вступили в переговоры и заключили мир «на всей воле новгородской». Тверь отказывалась от Новгорода, отзывала своих наместников. Теперь и у Юрия появилось официальное основание принять княжение. Он оставил в Москве Калиту и с младшим братом Афанасием выехал к новгородцам.

Но Михаил, все еще находившийся в Орде, подал жалобу Узбеку. Он уже шел на все. Влез в такие долги, что расплатиться с ними так и не смогли ни он, ни его наследники. Взял и обязательство увеличить русскую дань. Намекал хану, что без него на Руси начался разлад — москвичи и новгородцы опять от рук отбились. А Юрия еще и оклеветал, дескать, он утаивает ордынский «выход», присваивает часть дани. Узбек вызвал московского князя к себе. Юрий вины за собой не чувствовал, выехал сразу же. Но тверские князья и бояре явно не были уверены в своей правоте. Они снова выслали заставы на дороги. Юрий проскочил, а новгородские послы попались, их вместо ханского двора упрятали с тверскую тюрьму.

Тем временем Михаилу дали ярлык на великое княжение и татарский отряд «окаянного Таитемеря». Они прибыли во Владимир, и Таитемерь утвердил государя на престоле. Татары находились во владениях самого великого князя, но ничуть этим не смущались, грабили и безобразничали, «много зла учини в Русской земле». А Михаил, как и 10 лет назад, не удовлетворился восстановлением своей власти, загорелся воевать. Впрочем, обойтись без войны он уже не мог. Война была необходима, чтобы вытрясти из побежденных побольше денег.

В конце 1315 г. великий князь поднял тверской полк, призвал удельных князей и приказал вместе с татарами идти на новгородскую землю. Жители Торжка узнали, что на них готовится нападение, воззвали о помощи. Но в Новгороде закипели споры. Среди знати у Михаила были сторонники, они заговорили, что надо бы подчиниться. А простонародье вообще отказалось воевать. Настаивало, чтобы «золотые пояса» мирились и откупались. В результате князья Афанасий Данилович и Федор Ржевский отправились к Торжку «без черных людей». С ними двинулись добровольцы, купцы, бояре с дружинами.

Только успели войти в город, как показалось многочисленное войско Михаила. Афанасий и Федор поняли, что в осаде им долго не выдержать. Решились на отчаянный шаг, вывели своих воинов и горожан из Торжка и бросились в атаку. Но силы были слишком неравны. В рубке пали «много добрых муж и бояр новгородских, и купец добрых много, а иных новгородцев и новоторжцев Бог весть». Остатки побитых защитников откатились за стены крепости, предложили переговоры. Михаил заявил — пусть ему выдадут Афанасия и Федора, и только после этого он будет обсуждать условия мира. Осажденные «по неволи» соглашались выдать Федора, но не Афанасия, брата московских князей.

Наконец, сошлись, что вместо выдачи князей уплатят контрибуцию, 5 тыс. гривен серебра. Принесли взаимную клятву, гарантируя неприкосновенность делегатов, Афанасий со свитой приехал на переговоры. Но великий князь обманул. Он вдруг выдвинул заведомо неприемлемые требования, а когда Афанасий и новгородские бояре начали спорить, велел схватить их, и тверичи ворвались в Торжок. Михаил распорядился отобрать лучших ремесленников и увести в Тверь, остальных жителей города обязал сдать все оружие и уплатить большой выкуп за то, что им сохранили свободу.

Новгороду был навязан тяжелый договор. Он признавал Михаила своим князем, за прекращение войны и за выкуп арестованных бояр в четыре срока платил огромную сумму в 12 тыс. гривен серебра. А прочих новгородцев, очутившихся в плену, великий князь велел продать в рабство. По окончании похода Михаил разместил татар «Таитемеря окаянного» на отдых в Ростове — в той половине города, которая была дружественной к Москве. Здесь ордынский отряд тоже «много зла поделаша», после чего удалился домой с полоном и обозами чужого скарба.

8

Борисов Н. С. Иван Калита, М., Молодая гвардия, 2005.