Диковинница (СИ) - Беляева Наталья Г. - Страница 22

– Потому что… – Радмила подумала мгновение, – Человек так создан. Он не может быть счастлив, не делая счастливым каждый день кого-то близкого и любимого. Ошибка в этом деле слишком дорого обходится и её никак не исправить. Семью ничто не может заменить – ни богатство, ни ратные подвиги, ни всемирная известность.

– Тем более, разве можно в таком случае полагаться на свидетельство лживой сводни?

– Полагаться нельзя, но и ссориться тоже, иначе…

Расскажу-ка я тебе одну историю. Был у нас такой парень – Есислав. Хоть куда богатырь, красавец, и семья хорошая. Отец – купец, мать – знатная вышивальщица. Девки по нём сохли, в любую семью с радостью бы приняли. А невесты себе так найти и не мог.

Вот так он к Веденее и обратился. А она ему Голубу – сапожникову дочку нагадала. Голуба-то кривенькая слегка, и матери у неё не было. Отец сам и хозяйство, и детей поднимал.

Ох, и осерчал тогда Есиславушка! Такое буйство учинил – небу жарко стало! Досталось всем – и Веденее, и Голубе. Веденея-то что – просто деньги отдала, и ухмыльнулась… так, знаешь, кисленько. А Голуба с семьёй от позора уехали из Мудрограда, и поминай, как звали.

Еся вскоре после этого скандала женился-таки. Выбрал девку из соседней деревни. Ну, как сказать выбрал… у нас в тот год все девки, что на выданье, замуж повыходили. Не иначе, как проделки нашей сводни драгоценной. А эта приехала к тётке своей двоюродной, и давай перед Есей хвостом крутить. Красивая, надо сказать. Но гулливая оказалась – страсть! Уж сколько раз он её из чужих кроватей вытаскивал – не перечесть. А она ничего – вроде как так и надо. Он её за косу домой притянет, а она на весь город визжит, обратно хочет. В конце концов, забеременела она неизвестно от кого, и в родах померла.

Еся помаялся маленько, да и поехал в столицу по делам купеческим. И там влюбился без памяти. Да так влюбился, что ни есть, ни пить, ни спать не мог. Почернел вовсе. Как год со дня смерти жены истёк, заслал сватов в тот дом. И получил отказ. Да не отказ, а самый что ни на есть пинок под зад.

Оказывается, Голуба-то по дороге из Мудрограда заболела чем-то. И попала к столичному целителю. А тот её не только вылечил, но и поправил маленько, так что стала она красавицей писаной. А затем и у отца её дела в гору пошли. Так что через год она завидной невестой стала. Вот Голубу-то свою отвергнутую наш Еся и полюбил. А она ему, как водится – отворот-поворот. Не смогла простить, значит.

Вернулся Еся из столицы, и с горя стал пить по-чёрному. Пропил всё, ради чего сотнями лет трудилась его семья. Теперь он у нас в городе что-то вроде местного посмешища. Грязный, больной, оборванный. И ведь живёт, сердешный, мается. Живое напоминание о том, кто такая Веденея.

– И что она, просто ради денег с лёгкостью разрушает судьбы человеческие?

– Не только ради денег, ещё из вредности.

– Ни за что не обратилась бы за подобными услугами!

– Ну, ты бы не обратилась, а другие считают за необходимость. И очередь к ней не уменьшается. Ты же сама сказала – семьи у нас в большинстве своём счастливые. Вы вот сами супругов выбираете. И ошибаетесь в половине случаев. Веденея, хоть и сволочь редкая, но никогда не допустит совсем уж неподходящего союза. Другое дело, что из трёх подходящих вариантов выберет самый выгодный для себя, а не самый счастливый. Но с уверенностью можно сказать, что безвременной смерти, бездетности или предательства, как самого страшного преступления в отношении любимого человека – в семье, которая к ней обратилась, не допустит. Хотя бы потому, что это ей самой не выгодно.

– То есть, она действительно, видит будущее?

– Одна из самых талантливых восколейниц в наше время. К тому же согласись, если парень с девушкой действительно любят друг друга, к Веденее они не пойдут. А если пойдут, то худого не послушают и всё равно поженятся.

– Ужас. Ни за что не стану вещуньей!

– Веденея – не самый лучший пример, согласна. Но ведь есть ещё и Властелина.

– Глава Ведарии?

– Она самая. Но это совсем другой уровень. Уровень преподавателя Ведарии Мудрограда. Для того чтобы вещать о будущем, Властелине не нужен растопленный воск, руны или заговоры. Она слышит мысли, видит будущее, причём не только человека, который находится перед ней, как Веденея, а в глобальном смысле. Её способности безмерны настолько, что приходится их блокировать, чтобы иметь возможность нормально общаться с людьми.

– И мне придётся пройти собеседование с ней? – на Белку нахлынула паника.

– Да, – подтвердила Радмила, – Но не волнуйся. Собеседование у Властелины обычно заключается в том, что ты с ней поздороваешься. Она лишь на пару мгновений опускает свою защиту и определяет – являешься ли ты ведуньей. Возможно, смотрит ещё на что-то, но я не в курсе. Сомневаюсь, что она станет копаться в твоём прошлом или родословной. Разве, что ты вызовешь у неё подозрения. Пойми правильно – если она постоянно будет читать мысли и будущее людей, то попросту сойдёт с ума.

– Невероятно, – ошеломлённо пробормотала Беляна, – Она, наверное, самая сильная из ведуний?

– Таланты ведающих нельзя сравнивать, – немного подумав, ответила Радмила, – Среди ясновидиц Властелина самая могущественная, это несомненно. Хотя… легенды утверждают, что есть вещун посильнее её.

– Кто такой? – полюбопытствовала Беляна.

– Кот Баюн, – улыбнулась Рада, – Слыхала?

– Великан и сказочник… – автоматически прошептала девушка.

– Он самый. Но поскольку в большинстве случаев он недоступен…

– Потому что живёт на море-океане, на острове Буяне? – усмехнулась Белка.

Радмила удивлённо округлила глаза:

– Ничего себе… откуда знаешь?

– Сказки, тётя Рада, – мечтательно уставилась в потолок Беляна и повторила, – Сказки.

– А-а-а, – разочарованно протянула Радмила, – Ну, тогда это недостоверная информация. Я, например, понятия не имею, существует ли Баюн вообще. Поэтому и утверждать не стану.

– Сказка – ложь, да в ней намёк, – шутливо возразила девушка, – Но я хотела спросить о другом…

– Слушаю, – кивнула Радмила.

– Я понимаю, что сравнивать нельзя… но всё же – какой из даров считается самым желанным и самым могущественным?

Радмила пристально посмотрела на девушку и вздохнула в замешательстве:

– Есть один. Правда, его нельзя со всей определённостью назвать даром.

– Как это? – едва заметно подпрыгнула от нетерпения Беляна.

– Потому, что сам по себе он ничего не делает – не превращает, не разрушает, не исцеляет.

– А зачем же он тогда? – изумилась Белка, – И что собой представляет?