Диковинница (СИ) - Беляева Наталья Г. - Страница 68

– А что легко не будет, – невозмутимо ответила Беляна, – Научиться своей силой призывать энергии природы и сообщать этой энергии информацию о строении того, что хочу создать, – продолжила она.

Кудеяр повернулся и с улыбкой уставился на девушку. А Белка вытащила из сумки зелёную ветку, прошептав заговорщицки:

– Только не говорите Лесогору. А то я из "посредственно" по его предмету никогда не вылезу.

Кудеяр тихо засмеялся и, бросив лукавый взгляд куда-то в сторону, пригладил волосы.

– Он ни за что не простит мне, если я буду экспериментировать не на собственной ноге, а на растении, – весело добавила Белка и переломила ветку, – Ведь не имеет значения – возвращаю я форму человеческой коже или лубяным волокнам? – она задорно улыбнулась, – Если я неправильно поняла Вас вчера, можете меня выгнать.

Лицо Кудера просветлело:

– Ни за что, деточка! – Он по-отечески приобнял её, похлопав по плечу, – Пойдём. И веточку прихвати. Как назвала кошечку-то?

– Вита.

Учитель тихонько загоготал в своей неповторимой манере.

– Ну-ну…

В кабинете лицо Кудеяра сразу изменилось. Куда и исчезли благодушие да весёлость. Он повелительным жестом приказал Белке сесть, а сам устроился напротив. Менторским тоном, не терпящим возражений, он, как и вчера, чеканил каждое слово:

– Очень важна концентрация.

Если ты неверно понимаешь форму того, куда направляешь поток силы, или отвлечёшься на иную форму, то вместо поломанной кости вырастет, к примеру, хрящ.

Чтобы излечить лапку котёнка, надо вложить в поток энергии недюжинное понимание. Знание о строении костей аккурат в этом месте, именно у котёнка, и как раз в этом возрасте. Особенностей строения сухожилий, кровеносных и лимфатических сосудов, кожи и даже шерсти.

Если не правильно рассчитаешь и сконцентрируешь силу, она может не излечить, а покалечить. И на месте ожога получится, например, язва. А кость превратится в песок. Или исчезнет царапина, но появится перелом. И даже вопреки желанию, это будут очень тёмные чары.

Направь на рану поток целебной силы, вложи в него познания о том, как должно быть. Не приступай к каждому конкретному случаю, не обладая достаточными знаниями. Начиная работу, ни в коем случае не отвлекайся. Не пытайся исправить, вернуть, как было раньше, сшить или залечить. Просто сообщи, как нужно.

Шел третий час занятия, когда Кудеяр поднёс к глазам безупречно гладкую и упругую, а так недавно ещё сломанную ветку.

На лбу у Белки блестела испарина, но она сияла от счастья. Создать веретено из силы и энергии ей удалось довольно быстро. Правда, оно пока напоминало кое-как смотанный клубок. Да и сломанная ветка восстановилась далеко не с первой попытки – получались то ниточки, то шишечки, а однажды даже нечто, похожее на пластырь.

Но терпению целителя, казалось, нет конца. После каждой неудачной пробы он спокойно объяснял ей, в чём ошибка. Белка удивлялась, как при таком внимании преподавателя Целительства к студентам, хоть кто-то из них не осваивает техники лечащего веретена.

Не то, что Лесогор. Тот выбрал себе одну любимицу – Олесю. И ни с кем больше не возится. Никому не ставит оценки выше, чем "хорошо". Может, у Леси, конечно, тоже дар, которого нет у неё, Белки. Ну и что? Невозможно обладать всем, и несправедливо поощрять только одарённых студентов. Другие ведь тоже стараются.

– Иди, деточка. Отдохни. Ты умница, – наконец, произнёс Кудеяр, – Не пытайся пока делать что-либо без меня.

– Обещаю, учитель, – устало промолвила Белка.

***

Два раза в неделю Беляна занималась с Кудеяром. Прилежно и терпеливо, стараясь, чтобы увлечение не влияло на успехи в других дисциплинах. Но целительство отныне занимало все её мысли и чувства.

– Не направляй энергию глубже, чем это требуется, – учил её Радованыч, – Если это царапина, не надо лечить кость. Ты думаешь о коже – её и создавай. На неглубоких порезах веди поток силы вдоль раны, а не вглубь неё.

На уроке у Догадовны, проколов палец, она специально попросилась выйти. А вернувшись через пару минут, так сияла, что Светлана не выдержала:

– Я сейчас ослепну от твоего счастья, – прошептала она, – Ты что, влюбилась?

– Я себя исцелила! – с гордостью призналась девушка на ухо подруге.

Её веретено постепенно выровнялось и вытянулось, превратившись в небольшое, но сияющее и белоснежное. Кудеяр, довольно потирая руки, признался, что такое веретено свидетельствует об исключительно положительной энергии ведуна, его сотворившего.

На одно из занятий Белка принесла синюю куриную тушку. И с важностью уложила пациентку на предварительно расстеленную салфетку.

– Я уже ничему не удивляюсь, – рассмеялся Кудеяр, почёсывая бороду, – Но ты уверена, что знаешь достаточно для такой работы?

– Да, учитель, – твёрдо ответила Беляна, скромно умолчав о том, что была отличницей по биологии. А её бабушка преподаёт цитологию и гистологию в университете.

– Ну что ж, пробуй, – согласился Кудеяр, и они оба склонились над несчастной птицей.

Клеточное строение в её мире изучалось в основном на примере тканей человека. Вероятно, поэтому исцелённая куриная кожица напоминала скорее человеческую, а мышцы имели заметный красный оттенок и довольно плотную структуру. Но Белку этот факт только радовал. Сомнительно, чтобы ей пришлось исцелять кур. Она ведь не собирается становиться ветеринаром. Хотя с другой стороны, что было бы с её Виткой, не умей Кудеяр исцелять котят?

Радованыч, конечно, гений. Ей, Белке, ни за что такой не стать. Но если она будет усердно заниматься, то возможно когда-нибудь сумеет спасти кого-то от смерти. А это дорогого стоит.

Кошечка, получившая имя Вита, вела спокойный и размеренный образ жизни. Хорошо кушала, исправно пудила в туалет, спала в домике и с упоением вылизывалась в свободное от всей этой непростой работы время.

У неё оказался дружелюбный и весёлый характер. Даже Сушка в конце концов растаяла, и кошачья миска благодаря её неусыпному вниманию никогда не оставалась пустой. А ещё, на удивление, Витка демонстрировала просто собачью преданность по отношению к Беляне. Только ей доставался изысканный "массаж" лапками и уморительное мурлыкание кошечки. А ещё Вита прекращала есть, если девушка несколько дней подряд оставалась ночевать у Радмилы.

Однажды вечером Беляна в полном одиночестве сидела на своей кровати. Кошечка, устав мурлыкать, свернулась уютным клубочком у неё на коленях и мирно посапывала носиком. Внезапно дверь с грохотом открылась, и спиной вперёд в неё протиснулась Светлана, тащившая в руках тяжеленный сундук.