Сказки народов мира - Автор неизвестен - Страница 70

70

— Ты ослеп и не видишь, что город окружен колючей крепостью.

— А кто мешает полководцу уничтожить эту крепость? — спросил крестьянин.

— Болтун! — опять закричал Те Ион Чиль. — Крепость охраняется день и ночь!

Крестьянин не испугался гнева генерала и произнес:

— Если человек любит свою землю, он обязан знать, как защитить ее от врага!

— Значит, ты знаешь, как выгнать японцев из Чечжу? — насмешливо спросил генерал.

— Знаю, — ответил старик. — Пришли мне через пятнадцать месяцев сто воинов — и Чечжу снова будет корейским городом.

— Ты, верно, забыл, что скорее вернешь выпущенную стрелу, чем сказанное слово. Я пришлю тебе в указанный срок сто воинов. Но, если ты не прогонишь японцев, я прикажу сделать из твоей шкуры барабан!

И с этими словами Те Ион Чиль оставил крестьянина на поле, а сам поехал к королю. Когда генерал рассказал о хвастливом крестьянине, король долго смеялся, а потом подумал и сказал:

— Надо следить за этим хвастуном. А то он убежит и мы не сможем отрубить ему голову.

На другой день королевские шпионы все время кружились около чиби[30] старика. Вечером они доложили королю:

— Крестьянин весь день клеил какие-то маленькие бумажные мешочки.

На другой день шпионы снова доложили:

— Крестьянин опять с утра до вечера клеил маленькие бумажные мешочки.

Десять дней подряд докладывали королю о том, что крестьянин клеит маленькие бумажные мешочки.

А на одиннадцатый день шпионы доложили, что крестьянин безустали клеит бумажные змеи.

— Он сошел с ума! — сказал король.

Вскоре королю доложили о новой причуде старика: он собрал со всей деревни мальчишек и с утра до сумерек пускает с ними бумажных змеев.

Совсем рассердился король. Он хотел сейчас же отрубить старику голову, но Те Ион Чиль поклонился и сказал:

— Добрейший король, я обещал этому хвастуну ждать пятнадцать месяцев. Его голова никуда от нас не денется!

— Пусть будет по-твоему, — согласился король. — Только следи, чтобы этот плут никуда не сбежал.

Прошло лето, наступила осень; и казалось, что крестьянин совсем забыл о своем разговоре с генералом Те Ион Чилем. Он как ни в чем не бывало занимался обычными крестьянскими делами: убирал урожай, чинил чиби, собирал в лесу хворост, вязал сети.

Незаметно наступила зима, а за ней и весна. Близился срок, назначенный крестьянином для взятия Чечжу. Все чаще и чаще стали появляться у его чиби королевские шпионы. Но старик делал вид, что не замечает их, и занимался своими делами.

В мае он вышел на пригорок, осмотрел со всех сторон крепость из колючего кустарника и вернулся в свою деревню.

У чиби он увидел королевского шпиона, усмехнулся и сказал:

— Передай Те Ион Чилю, что с наступлением девятой луны я буду ждать его воинов.

И вот наступила, наконец, первая ночь девятой луны. Сто лучших воинов, вооруженных крепкими луками, острыми стрелами и тяжелыми мечами, неслышно подошли к деревне, где жил крестьянин. Среди воинов был и палач. Король приказал ему привезти во дворец голову старика, если тот не сумеет выгнать из Чечжу врагов.

Крестьянин вышел к воинам и сказал им:

— Ползите за мной так тихо, чтобы и лесная мышь не услыхала никакого шороха!

Воины поползли за стариком. Когда до колючей крепости оставалось не более половины ли[31], крестьянин шепотом приказал воинам не двигаться. Он отобрал десять самых ловких юношей, что-то негромко сказал им — и юноши быстро поползли дальше.

И вдруг, невдалеке от корейских воинов, сразу в десяти местах взметнулся огонь. Ветер раздул пламя и погнал его на колючую крепость. Пламя охватило со всех сторон кустарник, и огонь багровым столбом поднялся до неба.

— Мансе! Мансе[32]! — закричал крестьянин.

И корейские воины, перед которыми больше не было неприступной крепости, ворвались в Чечжу. Бой закончился скоро. Самураи были храбры, пока сидели в неприступной крепости. А как крепости не стало, они сразу сдались в плен корейским воинам.

Пленных было столько, что, пока крестьянин их пересчитал, — уже рассветало и в Чечжу прибыл король со своими генералами.

Король подошел к старику и спросил:

— Скажи нам, как достиг огонь до колючей крепости?

— Я приказал десяти юношам поджечь траву вокруг крепости, а ветер погнал огонь на крепость.

— Ты врешь! — закричал Те Ион Чиль. — Вокруг крепости не было никакой травы. А то бы я давно приказал поджечь ее и спалить крепость.

— А кто же тебе мешал посеять эту траву? — спросил крестьянин.

Генерал рассердился еще сильнее:

— Разве ты не знаешь, что японцы убивали каждого, кто приближался к крепости?!

Крестьянин ответил:

— Чтобы воевать, нужны лук, стрелы и меч. Но, чтобы хорошо воевать, нужно быть умнее и хитрее врага. Слушай же, как победил я врага.

Десять дней мастерил я бумажные мешочки и наполнял их отборными семенами трав. Еще десять дней делал я бумажные змеи. К этим змеям привязывал и мешочки с семенами и запускал их над кустарником. Змеи цеплялись за колючие ветви, семена падали, и ветер разносил их вокруг крепости. Весной семена дали всходы, а за лето выросла густая и высокая трава. Ее-то я и поджег сегодня ночью, когда подул ветер в сторону Чечжу.

Королевские генералы услыхали рассказ старика и сердито воскликнули:

— Мы и сами могли до этого додуматься!

Старик поклонился и ответил:

— Легко срубить упавшее дерево, легко додуматься до того, что уже придумано.

И, сказав так, крестьянин отправился на берег конопатить свою лодку, оставив в Чечжу посрамленного короля и его генералов.

ЗОЛОТЫЕ БОБЫ

В одной провинции, там, где протянулась славная долина Гор, жила в стародавние времена бедная вдова. У вдовы был двенадцатилетний сын по имени Мун Сик. Тяжело жилось вдове. С утра до вечера работала она на поле богатого соседа. Сосед же был скупой и так мало платил вдове за ее труд, что бедная женщина всегда была голодная.

Мун Сик видел, как тяжело живется его матери, но не знал чем ей помочь. А вдова с каждым днем худела, слабела, и Мун Сик понял, что скоро его мать заболеет от непосильной работы и голода.

И тогда Мун Сик сказал себе: «Если бы матери не нужно было меня кормить, она не голодала бы так».

Подумав об этом, он решил пойти в город и продать себя в рабство, чтобы хоть немного облегчить тяжелую участь матери.

И однажды утром, когда мать ушла на поле богатого соседа, Мун Сик надел свою куртку, завязал в платок немного вареной чумизы и отправился в город.

Путь его лежал через большой дремучий лес. Долго он шел по лесным тропинкам, продираясь сквозь непроходимый кустарник, обходя болота, ища брода, чтобы не погибнуть в бурных реках.

Выйдя на небольшую полянку, Мун Сик вдруг увидел невдалеке от себя молодого красивого оленя. Олень не испугался мальчика, не бросился при виде его в лесную чащу, а стоял неподвижно и смотрел на Мун Сика.

Когда мальчик подошел к оленю, тот поднял переднюю ногу, точно ему было больно на ней стоять.

Мун Сик взглянул и сразу понял, о чем просил его олень. Огромная заноза глубоко вошла в ногу животного и причиняла ему боль. С такой занозой олень не смог бы убежать не только от тигра, но даже и от молодого волка.

Мун Сик встал на колени и осторожно вытащил зубами занозу из ноги оленя. Олень радостно поднял вверх голову, тряхнул огромными рогами и пошел в лес. Он шел не спеша, часто оборачиваясь, точно хотел убедиться, что мальчик от него не отстает.

А Мун Сик, и в самом деле, сам не зная почему, шел все время по следам оленя.

Наступил уже вечер, в небе светила большая желтая луна, а олень шел все так же не останавливаясь и не спеша. Мун Сик следовал за ним с большой осторожностью, потому что лес становился все гуще и гуще, а тропинка потерялась уже давным-давно. И вдруг, подойдя к зарослям папоротника, олень сделал прыжок и скрылся.

вернуться

30

Чиби — небольшой корейский дом.

вернуться

31

Ли — мера длины: около 400 метров.

вернуться

32

Мансе! — победный клич воинов Кореи.