Сказки народов мира - Автор неизвестен - Страница 85

Раз такое дело, — воскликнул осел, — я тоже с вами! Мой хозяин меня совсем замучил: с утра до ночи заставляет меня тяжести таскать, а вечером даже соломы досыта не дает.

Словом осел присоединился к ним, и пошли они вместе. Шли они, шли и наконец встретились с медведем. Медведь, который знал и волка и лису, увидев их, остолбенел от изумления. «Что это случилось, — думает, — что петух с лисой, я волк с ослом спокойно и мирно, как ни в чем не бывало, шагают по дороге?»

— Что это такое? — спрашивает медведь.

Лиса ответила ему так же, как и всем остальным, а потом добавила:

_ Идем в паломничество, а пропитание дневное посылает нам сам Аллах!

— Неплохо было бы и тебе пойти с нами, пойдем-ка вместе! — сказал медведю волк.

Словом взяли они с собой и медведя. Тут попался им по дороге боевой баран. Спросил он у лисы то же, что остальные спрашивали, услышал, что все идут к святым местам каяться в своих грехах, и говорит:

— Я тоже пойду с вами. А то мой хозяин сегодня утром привел мясника и хотел продать меня ему, чтобы тот меня зарезал.

Словом, и баран пустился в путь.

Шли они, шли до тех пор, пока не стемнело. Тут добрались они до одного разрушенного караван-сарая. Шейх лиса говорит:

— Давайте переночуем здесь, а завтра пойдем дальше!

Осел, петух и боевой баран заняли одну комнату, а медведь, лиса и волк — другую. Когда наступила полночь, волк сказал:

— Господин шейх лиса, мы проголодались! Подумай-ка об этом, позаботься о нас!

— Потерпите немного, — ответила лиса, — когда наши соседи заснут, всех их съедим. Осел — медведю, баран — тебе, а петух — мне!

— А что же будет с твоим покаянием? — спрашивает ее медведь.

— Ничего, — отвечает лиса, — мы их вместе с покаянием съедим.

А в другой комнате осел говорит петуху и барану:

— Будьте начеку! Они сейчас советуются друг с другом, как бы съесть нас. Спать нельзя. Нужно бодрствовать!

Через некоторое время лиса сказала:

— Вы побудьте здесь, я пойду, уведу петуха и съем его, а потом пойдет медведь, а после него — волк!

Лиса пошла в другую комнату. Но осел крепко запер за ней дверь и так лягнул лису в ногу, что она сразу охромела. А тут баран ткнул рогом лисе в живот, а петух прыгнул ей на голову и выклевал один глаз. После этого осел открыл Дверь и вытолкнул полуживую лису на улицу.

Лиса с разбитой ногой, выклеванным глазом и распоротым животом кое-как дотащилась до медведя и волка.

— Ну как, наелась? — спрашивает медведь и волк.

— Да, только вас недоставало, уж так вкусно было! — говорит лиса. — Теперь ваша очередь, идите по одному, покушайте и приходите обратно!

— Очень хорошо! — обрадовались медведь и волк.

Пошел волк, но осел, баран и петух разделались с ним так же, как с лисой. Тогда волк понял, чем «наелась» лиса, но и виду не подал. Словом, и медведь, как говорят, не остался без обновки: дошла до него очередь, осел, баран и петух и его хорошенько отделали.

Пока они этим занимались, наступило утро. Петух вылетел из комнаты, взобрался на дерево и начал петь. Из деревни пришли несколько человек. Увидели они медведя, волка и лису, бросились на них с палками — из тех и дух вон.

А трое паломников разошлись кто куда. Петух пошел к одной старушке, над ее курами верховодить, баран остался в стаде старосты деревни, а осел отправился в конюшни муллы.

Сказка наша кончилась, а ворона до своего гнезда не долетела.

ВОРОНА И ЛИСА

Было ли так или не было — свила себе ворона гнездо на вязе в лесу. Там она решила вывести птенцов, выкормить, вырастить и научить их летать.

Прошло немного времени, и ворона снесла не то пять, не то шесть яиц. Двадцать один день она высиживала и согревала яйца, а на двадцать второй вылупились птенцы.

Стало у вороны дел по горло: что ни день — надо ей лететь то в одну, то в другую сторону и пищу птенцам доставать. Скоро воронята подросли, покрылись пушком и научились щебетать.

А неподалеку обитала лиса-плутовка. Услышала она писк птенцов и решила:

— Вот и корм для меня!

И стала она придумывать всякие хитрости, как бы сожрать хоть пару птенцов. Достать до гнезда она не могла — высоко. Порыскала лиса кругом и нашла за селом старую войлочную шапку, а у садовника украла тупую пилу.

И вот как-то утром, пока ворона еще не вылетела из гнезда, лиса подошла к дереву и давай его пилить.

Ворона еще издали увидела лису. Когда раздался скрип пилы, она высунулась из гнезда и спрашивает:

— Что все это значит?

— Да ничего. Я — лесник и хочу свалить это дерево.

Ворона и говорит ей:

— Да ведь на этом дереве — мое гнездо, а в нем — птенцы.

А лиса отвечает:

— Ты провинилась, свив без спросу гнездо на моем дереве и высидев птенцов. Сейчас я свалю это дерево, будешь впредь знать, что везде есть хозяин.

Ворона стала умолять лису:

— Подожди несколько денечков, пока птенцы вырастут.

— И часу ждать не стану! — отвечала лиса.

Вороне ничего другого не оставалось, как просить и упрашивать.

— О лесник! Не делай меня несчастной, мне некуда деваться. Дай отсрочку на два — три дня, пока птенцы научатся летать — тогда я оставлю дерево.

— Этими речами ты меня не разжалобишь, — говорит лиса. — Мое дерево — когда захочу, тогда и свалю.

Препирались они, препирались и порешили, наконец, что за отсрочку на два — три дня ворона сбросит лисе одного птенца.

Горько оплакивая свою судьбу, ворона сама сбросила своего птенца. Лиса-плутовка сожрала вороненка и пошла домой. Очень она была довольна, что уловка ее удалась. Ей казалось, что так она сумеет съесть всех птиц, свивших гнезда в лесу.

На другой день к вороне в гости прилетела соседка-сорока. Увидела она, что ворона пригорюнилась, и спросила:

— Что случилось?

Рассказала ей ворона обо всем, а сорока ей в ответ так говорит:

— Ну и глупа ты! Никогда лесник не будет валить цветущее зеленое дерево. Как придет он в следующий раз, покажи мне его. Посмотрю-ка я, что это за лесник!

А лиса на другой день опять взяла пилу, надела войлочную шапку и отправилась к дереву. Не успела она подойти поближе, как ворона полетела к сороке. Посмотрела та с дерева, оглядела «лесника» хорошенько и говорит:

— Эх, глупая! Ведь это хитрая лиса. Не бойся войлочной шапки и тупой пилы, это не лесник. Лети к себе, и если будет она грозиться свалить дерево, то отвечай: «Что ж, пили!» Разве под силу лисе свалить такое крепкое дерево? Его сможет перепилить только сильный дровосек острой пилой с двумя ручками.

Вернулась ворона в гнездо, а лиса уж приставила пилу к стволу. Посмотрела ворона вниз и говорит:

— Кто ты и что делаешь?

— Я лесник. Хочу свалить это дерево. А ты поживей отправляйся-ка отсюда вон.

— Мое гнездо здесь, и никуда я не пойду, — отвечала ворона. — Никакой ты не лесник и ничего не сможешь сделать. А хочешь свалить дерево — что ж, пили!

Видит лиса: переменилась ворона со вчерашнего дня. Вчера она плакала и умоляла, а сегодня дерзкой стала. Поняла лиса, что кто-то научил ворону, и говорит:

— Я оставлю тебя в покое с одним условием: выдай мне, кто тебе сказал, что я не лесник и не смогу перепилить дерево?

Ворона сглупила и выдала сороку.

А лиса решила: «Уж покажу я этой сороке, да так покажу, что сказки об этом сложат».

Прошло несколько дней. Влезла лиса в лужу и вымазалась вся в тине, а потом отправилась к дереву, где было гнездо сороки, и растянулась, как мертвая. Любой, увидев ее, сказал бы: «Она мертвая».

Сорока несколько раз пролетала над ней, но лиса даже не шелохнулась. И сорока подумала: «Нет сомненья, она сдохла. Выколю-ка я ей глаза».

Подлетела она к лисе, клюнула ее сначала в бок. Лиса и бровью не повела. Сорока села ей на голову и собралась было выклевать глаза, но тут лиса цап ее зубами. Видит сорока, плохо дело и говорит лисе:

— Ты, конечно, можешь растерзать меня, ведь я учу всех этих птиц уму-разуму. А если бы я дружила с тобой, то научила бы тебя ловить каждый день по две птицы. Будешь мне другом — научу тебя таким делам, что заживешь припеваючи.