Сказки и легенды Вьетнама - Автор неизвестен - Страница 73

На призыв царских глашатаев откликнулись все люди земли Ван-Ланг. Всеми овладела мысль, как бы поскорей изгнать и уничтожить врагов.

В своих повседневных делах люди земли Ван-Ланг давно оценили огромную силу железа. Топорами и лопатами, сделанными из железа, они вырубали леса, рыли каналы и колодцы. Но вся беда была в том, что мало железа было в стране Ван-Ланг и простому человеку достать его было очень трудно.

— Увы! — говорили люди. Было бы у нас железо, мы уничтожили бы злобных врагов, как диких лесных хищников…

Сила человека, владеющего железным оружием, безгранична. В железных доспехах всадник без страха несется сквозь тучи вражеских стрел, блестящим оружием сеет он смерть в рядах врага, и ничто не в силах остановить его.

В это время многим являлось необыкновенное видение: вдруг неизвестно откуда появлялся богатырь исполинского роста в блестящих железных латах, верхом на громадном железном коне. Он сражал одним ударом бесчисленные полчища захватчиков, а затем, поднявшись в небо, летел по беспредельному голубому простору; мир и спокойствие воцарялись после этого на земле и в небесах…

Но никто не знал, откуда этот богатырь. А по городам и деревням голоса царских глашатаев призывали:

«Люди, если есть среди вас человек, наделенный отвагой героя и талантами полководца, пусть возглавит он войско и уничтожит врагов!..»

В то время в деревне Фу- Донг в провинции Во-Нинь жила одна женщина преклонных лет. У нее не было ни мужа, ни детей. Однажды в знойный день шла она по дороге и, мучимая жаждой, напилась воды из следа, оставленного ногой волшебного духа. После этого зародилось в ее чреве дитя. Беременность длилась три года и три месяца, и родила она на свет сына. У мальчика было очень смышленое личико, но месяц проходил за месяцем, а он не мог произнести ни звука и лежал неподвижно в своей колыбели.

Так пролетело три года, но ребенок по-прежнему был нем и недвижим. Это чрезвычайно печалило мать, ибо она решила, что в ее сына вселился злой дух. Сердце ее было полно тревоги.

Перед уходом из дома женщина всегда кормила мальчика и укладывала в бамбуковую колыбель, подвешенную к балке на потолке.

Поэтому в деревне его называли «Мальчиком из бамбуковой колыбели».

Но вот пришел день, когда и в деревню Фу-Донг прибыл царский глашатай. Он громко восклицал:

— О люди! Если есть среди вас человек, наделенный. отвагою героя и талантами полководца, пусть возглавит он войско и уничтожит врагов!

Его голос долетел до хижины, в которой раскачивалась колыбель с немым мальчиком. Вдруг он приподнялся и сказал матери:

— Иди и призови ко мне царского гонца…

Увидев, что сын поднялся и заговорил, мать пришла в большую радость. Но она не представляла себе, для чего малышу царский гонец, и стояла в растерянности. Тогда мальчик стал торопить ее, и мать, все еще сомневаясь, побежала на площадь.

При виде царского посла мальчик уселся в своей колыбели и с важностью произнес:

— О посол, возвращайся во дворец и скажи царю, чтобы он приказал изготовить для меня бич из гибкой стали, железное копье, железный шлем и железные доспехи. Все это должно быть громадного размера. Кроме того, мне необходим огромный железный конь. Пришлите все это ко мне, и я пойду на врагов и уничтожу их.

Посол с изумлением выслушал речь ребенка и поспешил в столицу сообщить обо всем царю. Хунг Выонг, который с нетерпением ждал, когда объявится, наконец, герой, способный изгнать захватчиков, чрезвычайно обрадовался и повелел искуснейшим мастерам кузнечного дела немедленно изготовить необходимое снаряжение, а именно: стальной бич, шлем, доспехи, копье и коня из железа, — и все это сделать исполинских размеров и наилучшего качества.

Работа закипела. Днем и ночью бруски раскаленного железа сверкали на кузнечных наковальнях. Громко гудело пламя, раздуваемое мехами, звучали могучие удары молотов; после каждого удара рассыпались золотые снопы искр и медленно гасли, подобно маленьким падающим звездочкам. Толпы людей наблюдали за работой кузнецов, позабывших об усталости, и в их сердцах зарождалась надежда.

Но вернемся к мальчику из бамбуковой колыбели. Тхань Зяунг — так стали звать его в деревне. «Зяунг» — это название бамбука, из которого была сделана его колыбель, а слово «тхань» значит «святой», «волшебный». Ребенок совершил такие необыкновенные чудеса, что люди прибавляли к его имени это слово.

С того дня, как у мальчика побывал царский гонец, он стал говорить и бегать ничуть не хуже других детей, но больше всего люди изумлялись тому, как много он ел. Тхань Зяунг говорил матери каждый день:

— Мама, приготовь мне как можно больше риса, зажарь для меня как можно больше мяса, ибо я должен набраться сил, чтобы сразить врагов.

Вскоре в доме матери не осталось ни одного рисового зернышка, а сын с каждым днем требовал все больше и больше еды, он становился все шире в плечах, все выше ростом, словно его надували воздухом. Жители деревни, видя все это, стали помогать матери кормить сына, они приносили ей рис, мясо и овощи. И сколько бы ни было пищи, Тхань Зяунг съедал все без остатка и рос, рос на глазах.

И вот опять прибыл в деревню Фу-Донг царский посол с целою свитой, чтобы передать Тхань Зяунгу стальной бич, железное копье, железный шлем, доспехи из железа и железного коня. Тхань Зяунг вышел из дома им навстречу. Он расправил плечи, потянулся, и все увидели, что ростом он стал в несколько чыонгов. Вид его был чудесен, люди дивились его силе и мощи. Тхань Зяунг надел выкованные из железа латы и шлем, взял в руки сверкающее копье, потом вскочил на коня и хлестнул его по железной спине бичом из гибкой стали. Конь заржал, и голос его был подобен грому, а из ноздрей вырвались высоко в небо огненные струи, похожие на яркие радуги. Потом он помчался гигантскими скачками, едва касаясь земли.

Обыкновенный человек не успел бы и глазом моргнуть в то время, как Тхань Зяунг достиг неприятельского лагеря. Солдаты врага беспечно спали, а военачальник, обожавший слушать рассказы о своих победах, упивался речами льстецов. И вдруг подобно урагану обрушился на них Тхань Зяунг. Враги схватились за оружие, но юноша проносился сквозь их ряды так свободно, словно это был безлюдный пустырь, и оставлял за собой груды изуродованных трупов. Тхань Зяунг пробился к шатру главнокомандующего, что стоял у самого подножья горы Ву-Линь, взмахнул копьем, и шатер рухнул на землю, а свирепый предводитель был сражен рукой богатыря. От пламени, вырывавшемся из ноздрей железного коня, загорелся вражеский лагерь и весь окружающий лес. Среди огня и дыма с криками метались враги, охваченные ужасом. А Тхань Зяунг сыпал на их головы удар за ударом, поражая сразу сотни и тысячи. Богатырь сломал в пылу боя железное копье и стальной бич, удары которого рассекали врагов. Тогда он могучей рукой вырвал бамбук, который рос у дороги, и стал разить им бегущих врагов. Бой, постепенно затихая, докатился до подножья гор Шок-Шон. К концу дня не осталось в живых ни одного вражеского солдата, трупы их в беспорядке громоздились на полях, в лесу, на горных склонах, и повсюду ручьями текла кровь. Над дымящимся полем битвы, казалось, пролетел огненный смерч.

Сам же Тхань Зяунг, уничтожив захватчиков, поскакал вверх по горному склону. Его железный конь прыгал с вершины на вершину и, наконец, поднявшись в небо, умчался в беспредельный простор. Небеса вдруг стали ярко-красными, как пламя; но вскоре алые блики потухли, и небосвод снова засиял голубизной. Подул легкий ветерок, задрожали листья на деревьях, стебли травы и лепестки цветов. Их чуть приметное колыхание звучало, как далекая нежная музыка…

Все люди земли Ван-Ланг с восторгом восхваляли героические подвиги и бескорыстие Тхань Зяунга. По повелению царя Хунг Выонга в деревне Фу-Донг был сооружен храм в честь славного героя, и люди до сих пор чтут его память. Деревню Фу-Донг стали называть Зяунг, а на том месте, где был сожженный лагерь захватчиков, возникла новая деревня, названная Тяй, что означает «пламя».