Дом Для Демиурга. Том первый - Апраксина Татьяна - Страница 140

Под конец обеда господин Гоэллон с изумлением услышал, как Деор, курносый юноша с волосами цвета пшеничной соломы, пророчит ему карьеру первейшего остроумца столицы и язвы в желудках неудачливых пиитов.

— Вы несказанно любезны, господин Деор!

— Пообещайте мне, господин Гоэллон, пообещайте мне… умоляю!

— О чем же вы умоляете?

— Если я когда-нибудь начну писать дурные стихи, не обсуждайте их!

— Так не пишите, — развел руками Саннио.

— Ну вот, я же говорил, — удовлетворенно кивнул Элон. — Вы — первостатейная язва. Это у вас семейное, господин Гоэллон.

— Вероятно, — согласился молодой человек, сам удивляясь той легкости, с которой это получилось.

— Добрый вечер, господа офицеры! Мое почтение!

Рикард не услышал, как и когда отворилась дверь; он обернулся лишь после того, как услышал хрипловатый звучный голос, легко перекрывший рык дядюшки Алессандра.

— Вы кто? — ляпнул один из полковников, генерал не увидел, кто именно. — Вы что тут…

Младший Меррес не спрашивал, кто этот высокий человек в темно-сером костюме для верховой езды. Незваный гость стоял, упершись в дверной косяк локтем заложенной за голову руки, и широко улыбался. Должно быть, откровенно наслаждался произведенным впечатлением. Между крупных белых зубов, обнаженных в улыбке, больше похожей на оскал, торчала зеленая травинка.

Эллонские офицеры встали, приветствуя сюзерена.

— Кто я, полковник Агро? Что ж, прощу вам это невежество. Я — ваш новый главнокомандующий… — в левой руке герцог Гоэллон держал бело-золотой футляр с грамотой его величества.

Мгновением позже футляр по дуге пролетел от двери к центру комнаты, ударился о край стола, перекувырнулся и улегся прямо перед маршалом Мерресом.

Тирада, которой дядюшка ответил на эту выходку, не годилась ни для дворца, ни для храма. По чести сказать, и для военного совета она не слишком-то годилась, но Паука явно обрадовала. Он прошел вперед, к колченогому креслу, в котором расположился маршал, положил ладонь на высокую спинку и наклонился вплотную к Алессандру.

— …дайте мне повод, умоляю вас! — расслышал шепот Рикард. — Только дайте мне повод!

У двери еле слышно зашуршало. Генерал посмотрел туда, и увидел в дверном проеме четверых солдат в черно-серых мундирах. Двое передних держали в руках арбалеты со взведенной тетивой.

Маршал Меррес не стал давать никакого повода, он просто растекся по креслу раздавленной лягушкой, глупо и некрасиво открыв рот. Рикард поморщился. В какой бы скверной ситуации они не пребывали уже две седмицы, пасовать перед столичным цивильным красавчиком — последнее дело.

В следующее мгновение Рикард и сам отвесил челюсть…

После отступления от деревни Турне армия Собраны оказалась в окружении. Часть тамерской армии сумела отрезать их от берега Эллау. Маршал сумел найти на юго-востоке графства Саур позицию, штурмовать которую было слишком опасно, но и высовываться за ее пределы с восьмитысячной армией мог только безумец. Тамерцы не спешили давать бой, выжидали, пока почти разбитая армия начнет голодать и капитулирует. Отходить было некуда: на юге, севере и западе — тамерцы, на востоке — мятежная Лита. Тесное кольцо осады прорвать шансов не было, оставалось ждать, пока армии придут на помощь. Если придут…

И тут — извольте, герцог Гоэллон. Наверняка — из столицы или Эллоны. Каким образом?

— Откуда вы взялись? — спросил генерал Меррес, пока дядюшка наливался синюшным румянцем, а остальные молчали.

— Из Литы, — герцог выпрямился и встал, по-прежнему держа руку на спинке кресла.

— Но Лита же бунтует.

— Лита сложила оружие. Вы не знали? Почему, господа офицеры?

— Наши разведчики не возвращались, их перехватывают вторую седмицу, — объяснил Агро.

— Так-так-так… тогда у меня для вас множество отличных новостей. Первую я уже сообщил. Владетели Литы сложили оружие по приказу своего барона.

— Кого? — удивился Рикард.

— Барона Альдинга Литто. По ходатайству патриарха король сохранил за наследником рода Литто имя и титул, хотя и взял земли под патронат короны, а самого Литто отправил на десять лет в ссылку в Кертору. Формально распоряжение барона не имело силы, но литских владетелей оно убедило лучше, чем аргументы вашего ставленника, Рикард. Кстати, такой же приказ я привез и для вассалов графа Саура. С Къелой придется повозиться, ну да ладно…

— Так они и послушают!

— Приказ законного сюзерена, подкрепленный проповедью епископа Саурского — отчего ж не послушают?

— Епископа?

— Его самого, Рикард. Кстати, он просил передать, что не сердится за дурное обращение, которое претерпел от вас. Ну, скоро вы увидитесь и сможете принести ему свои извинения. Итак, продолжаем. Его величество прислал сюда не слишком большую армию, всего пятнадцать тысяч. Впрочем, через пару седмиц подойдут полки из Скоры.

— С двадцатью тремя тысячами мы… — очухался дядюшка.

— С четырнадцатью, — поправил его Гоэллон. — Я привел сюда только шесть. Тысячу оставил в Лите, еще восемь двигаются вверх по течению Эллау, оттесняя тамерцев к границе с Къелой.

— Вы… что вы сделали?! — Маршал снова побагровел, хотя казалось, что дальше уже некуда. — Распылить войска… мы могли победить… а вы!

— Мы победим, — герцог выплюнул свою травинку. — Вы меня огорчаете, граф. Я так надеялся, что вы будете счастливы узнать, что более не окружены…

— С четырнадцатью тысячами против тридцати?

— Именно так, — Паук издевательски усмехнулся и сверху вниз посмотрел на дядюшку. — Впрочем, это более не ваша забота, Меррес. Вы уже допели свою серенаду под тамерскими окнами. Я отправил бы вас в столицу под конвоем, благо, что переправы свободны, но пока не хочу терять вас из виду. С сегодняшнего дня вы, генерал Меррес, отвечаете за снабжение войск. А вы, Рикард, передадите командование генералу Эллуа.

— Генералу?

— Да, полковник Меррес.

— Он жив?

Эллонец был оставлен у Турне с задачей прикрывать отход основной части армии, и Рикард был уверен, что зануда-кавалерист там и закончил свой путь. Геройски погиб, служа своей державе, как и остальные. Оказалось же, что Эллуа и там ухитрился выжить! Неужели вместо того, чтобы принять бой, сбежал и… и где же он был? В расположение армии не вернулся. Значит, он… Да он…

— Да, вопреки всем стараниям вашего дяди, Рикард.

— Значит, он дезертир!

— Это уже не вашего ума дело, пока еще полковник Меррес, — махнул рукой, затянутой в светло-серую перчатку Паук. — А теперь начнем разбираться подробно. Граф, освободите кресло…

В узком дворе замка не наткнуться на герцога Гоэллона, господина главнокомандующего, было просто невозможно. Он был везде и сразу — в конюшне, в комнате, отведенной под советы, в подвалах. При этом он еще и ухитрялся выезжать в лагерь, где много разговаривал с солдатами. Там уже знали, что осада снята, и считали его героем и спасителем. Теперь не было и проблем с продовольствием — и пусть это целиком было заслугой дядюшки Алессандра, все равно вся благодарность досталась герцогу.

Рикард повстречался с Пауком в узком простенке между крепостной стеной и оконечностью башни. Долговязый эллонский блондин занимался какой-то ерундой: сковыривал с камня темный зеленый мох, скатывал в комочки и бросал на землю. Увидев Мерреса, он приветливо кивнул. Рикард кивнул в ответ, хотя и безо всякой симпатии: человека, который разжаловал его до полковника, который смеялся над ним и затыкал, он ненавидел. Столичный красавчик, пустозвон, который много обещает и громко болтает, но в первом же бою обосрется со страху…

Тяжелая арбалетная стрела вонзилась в щель каменной кладки и надсадно завибрировала. Прошла она в пальце от щеки Паука, и не будь его волосы убраны под шляпу, пригвоздила бы несколько прядей к стене. Рикард шарахнулся в сторону, потом вернулся на место. Герцог с улыбкой выдернул стрелу, потом развернулся к Рикарду и попытался пощекотать его острием пониже подбородка.