Миры Роджера Желязны. Том 27 - Линдскольд Джейн - Страница 29

Следуя указаниям Тико, корабль приземлился в районе пустыни, который сверху напоминал кусок из детской головоломки. Остроконечные черные скалы, изукрашенные вкраплениями слюды, сверкали на солнце, будто дьявольское обручальное кольцо.

— Рене, полагаю, ты не помнишь, как называется мой личный космический корабль? — как обычно издалека начал Тико.

— Ты назвал его «Вихрь» и просил нас не забывать, что вихри на Аравии являются транспортным средством.

— Аллах наградил тебя поразительной памятью, друг, — улыбаясь, проговорил Тико. — На этой планете вихри и в самом деле используются в качестве одного из видов транспорта. Насколько я понимаю, шейх Двистор захотел получить для передвижения в пространстве современные удобства, не разрушая восточного очарования нашего мира. Поэтому у нас есть ковры-самолеты, крылатые верблюды и вихри.

Мириам помахала в воздухе указательным пальцем:

— Определенные вихри путешествуют по определенным маршрутам — главным образом между городами или оазисами. Воспользовавшись таким транспортом, путник добирается до места назначения через несколько минут, и ему не приходится тратить на дорогу часы.

— А что нужно сделать — просто войти в ветер? — спросил Корда, вспоминая свой далекий от приятного опыт общения с песчаной бурей в районе магнитного севера.

— И да и нет, — ответил Тико. — Вначале ты покупаешь билет. Потом тебе дают амулет, который защитит тебя от ярости ветра. Без такого амулета — как не раз убеждались желающие прокатиться зайцем — ветер истреплет тебя до потери сознания или вовсе прикончит.

— А я догадалась, какое это имеет отношение к ключу от вашего мира, — хитро улыбаясь, вставила Коломбина.

— Не сомневаюсь, что ты уже сообразила, электронный бесенок. Твои мыслительные процессы могут посоревноваться в быстроте с длинноногой газелью, — с довольным видом сказал Тико.

— Вот это да! — восхитилась Коломбина. — Босс, а почему ты мне не говоришь таких приятных вещей?

— Я мог бы, — заявил Корда, — в особенности если бы ты перестала называть меня «солнце мое».

— Это шантаж! — возмутилась Коломбина.

— Хватит, Би, — строго остановил ее Корда. — Дай Тико закончить рассказ.

— Коломбина совершенно права, — продолжал Тико, — добраться до дворца можно только при помощи вполне определенного вихря — а чтобы им воспользоваться, нужно иметь особый амулет. У меня он есть, но нам понадобятся еще два.

— Два? — удивился Арабу.

— Я пойду с ними, отец, — твердо сказала Мириам, — а вот ты останешься. Дворец Двистора — место опасное.

— Я же больше не молод, — грустно закончил Арабу, — да еще и слеп.

— Я уверен, что твоя слепота нам бы не помешала, — совершенно честно сказал Корда. — Мириам говорила мне, что ты побывал во всех, даже самых отдаленных уголках Аравии, да и в других вселенных тоже. Однако я нуждаюсь в помощи Тико, а Мириам заявила, что не отпустит его одного.

— Защити нас Аллах от упрямой женщины, — вставил Тико и с любовью посмотрел на жену.

Мириам покраснела, но не сдала своих позиций — она твердо решила сопровождать мужа во дворец Двистора.

— Я обладаю определенным даром ясновидения, — напомнила девушка, — не сомневаюсь, что пригожусь вам.

Арабу повернул невидящие глаза к дочери:

— Я останусь, поскольку не представляю, каким образом смогу оказаться полезным. Я ни разу не бывал во дворце и не имею ни малейшего понятия о том, как следует строить вселенные.

— Ты не так бесполезен, как думаешь, — сказал ему Корда. — Благодаря моему кораблю каждый из нас сможет взять с собой восемь часов консервированного времени. Этого должно хватить — но, если все-таки что-нибудь произойдет, возможно, мы будем не в состоянии вернуться для перезарядки. Ты найдешь нас при помощи ПЦП Коломбины. Если мы погрузимся в стасис, ты улетишь на «Коломбине» и от моего имени отчитаешься перед Региональным Представителем Терры.

— А Коломбина должна будет выполнять мои приказания, даже если я велю ей тебя бросить? — кивнув, спросил Арабу.

— Да, — ответил Корда, прекрасно зная, какие разъяренные взгляды бросает на него Коломбина, сидящая на голоподушечке.

Тико принялся рисовать на середине стола грубую карту.

— Я узнал от министра внутренних дел, что запас амулетов, предназначенных для путешествия на дворцовом вихре, спрятан в пещерах вот в этих скалах. Кроме того, что никто про хранилище не знает, оно имеет три уровня защиты. — Молодой человек показал на карту. — Первый — сложный лабиринт самих пещер. Двистор распорядился заколдовать их таким образом, что лабиринт постоянно меняется, поэтому лишь после нескольких визитов можно уловить принцип, на котором он основан. Я нарисовал то, что помню. Каждый должен взять себе экземпляр.

— Я сделаю для вас копии, — предложила Коломбина.

— Второй уровень защиты, — продолжал Тико, — страшный зверь кеттер, который разгуливает по лабиринту. Третий — поющие кристаллы.

— Поющие кристаллы? — переспросил его Корда.

— Эти кристаллы издают такие сладостные звуки, что тот, кто их услышит, как зачарованный замирает на месте и забывает обо всем на свете, — объяснил Тико. — Я слышал однажды пение такого кристалла, когда изучал пещеры. Оно было почти так же прекрасно, как голос моей Мириам.

— Тико, ты иногда перебарщиваешь в своих восторгах и похвалах, — хихикнув, упрекнула его девушка.

— Ничего подобного, цветок пустыни, — заявил Тико и сжал ладонь Мириам. — Каждое мое слово — чистая правда. Если бы твой голос не был для меня самым прекрасным звуком в мире, я остался бы там навсегда. Шейх Двистор ужасно бы разозлился из-за того, что я обнаружил его секретные пещеры.

Корда принялся задумчиво постукивать пальцем по подбородку.

— Если мы постараемся не разбудить кристаллы, они не смогут заманить нас в ловушку.

Как и все остальное на Аравии, они наверняка находятся в состоянии стасиса.

— Кеттеры славятся своей злобностью, но они глупы, — прибавила Мириам. — И всегда голодны.

— Хотите, я синтезирую для них специальные звериные пирожки? — предложила Коломбина. — И сделаю карты. Как скоро они вам понадобятся?

— Чем быстрее, тем лучше, — ответил Корда, поднимаясь. — Пойду надену сандалии, и вперед!

Они пробрались в пещеры сквозь узкую щель между двумя нависшими скалами, на которых ветер, словно скульптор, вырезал печальные лица. Коломбина показывала дорогу; рот ПЦП был открыт, из него вырывался яркий луч света.

Люди осторожно следовали за ней. С трудом протиснувшись в щель между камнями, они вошли в первый коридор. Корда включил мощный фонарик, чтобы осмотреться, и сразу сделал шаг назад.

— Осторожно! Тут пропасть. На этом уступе мы в полной безопасности, но нужно очень внимательно следить, куда вы ставите ноги — ни одного неверного шага.

— Я тебя поняла, босс, — сказала Коломбина и приказала ПЦП произвести разведку.

Пещера была умело построена таким образом, чтобы складывалось впечатление, будто в ловко сконструированные времена геологического прошлого Аравии река проложила свой путь сквозь сверкающий известняк. Она оставила след в самом сердце скалы, уходящей куда-то в темноту наверху и теряющейся в глубинах, где живет эхо.

Самые разнообразные обломки скал казались крошечными в огромном пространстве пещеры, хотя каждый из них составлял в диаметре не меньше нескольких метров, тут и там из бездонной пропасти возникали каменные острова, чье основание исчезало где-то в черной бездне. С того места на уступе, где стояли путники, были прекрасно видны протянутые между камнями толстые нити паутины, на которых блестела какая-то жидкость — вряд ли соприкосновение с ней сулило что-нибудь хорошее. Время от времени с нитей срывались похожие на жемчужины капли и падали вниз.

— Эта пещера изменилась с тех пор, как я побывал здесь в последний раз, — сказал Тико, включив свой фонарик. — Тогда не было паутины, а по краю шел узкий уступ. Зная про него, ты мог пробраться к туннелям, расположенным на другой стороне.