Украденная магия - Гребенщикова Ольга Александровна - Страница 24

– Поучительная история, – согласилась Настя, – молодец твоя хозяйка. Я бы из вашего барона тоже… чучело сделала и в прихожей поставила.

– Ой, нет, госпожа, ничего бы не вышло, – хихикнула служанка, – мы хотели чучело заказать, чтобы выгребную яму чистить, но в Тантлон таких не берут. А здесь за ходячего мертвяка сразу вздернут…

Девчонка вздохнула, будто жалела, что не увидит бывшего хозяина в виде чучела. Но какой Тантлон она вспоминала, и за что рубят головы в Светозарной империи? За чучела? За выгребные ямы? Сыщица хотела все это разузнать, но вовремя передумала. Служанка непременно удивится, почему императорская посланница из Ларонды задает вопросы, на которые любая простолюдинка знает ответ.

* * *

В замке императорских курьеров щедро снабдили припасами на дорогу, только с повозкой пожадничали. Хоть бы карету захудалую выдали, или телегу, а то вывели с гордостью четырех скакунов – трех верховых и одного вьючного, и стали ждать благодарности. Которую и получили в самых изысканных выражениях. Это стихи Арман сочинять не умел, а говорить красивые речи мог сколько угодно, сказывалась многовековая выучка.

Флур поблагодарил за содействие властям от имени своего министерства. Настя на всякий случай поддакнула и сделала вид, будто внимательно разглядывает окрестности, чтобы хозяева не сразу разглядели ее кислый вид. Выпросить карету так и не получилось. То есть, конечно, попытка была, но эльф шепнул девушке несколько слов, и она замолчала. Прав ушастый, по всем пунктам прав.

Во-первых, настоящий императорский курьер, переправляющий важную корреспонденцию в соседнее государство, не может ныть по пустякам. Так и со службы прогонят. А во-вторых… второе было гораздо хуже. Остроухий полночи, пока другие маялись похмельным сном, исследовал кристаллы из приборной панели, и обнаружил серьезную неполадку. Главная стекляшка, полученная на Плешивой горке, оказалась не просто разряженной (это безобразие маг вроде Армана сразу обнаружил бы), а поврежденной так, чтобы весь запас силы исчез мгновенно, едва летательный аппарат наберет нужную высоту.

– Нас пытались убить, – обрадовал эльф, – и наверняка попробуют снова. Чтобы защищаться, мне нужна твоя помощь.

– Да, конечно, – торопливо заверила пристыженная Настя, – но что я смогу сделать против магии? Я только драться умею, и то если в одной весовой категории…

– Больше не позволяй себя напоить.

– Поняла уже, поняла! Что еще?

– На самом деле ты вполне сносно ездишь верхом. Не отпирайся, я знаю, всех сыщиков учат одинаково. И дерешься не хуже других, просто не привыкла к частой практике. Наблюдательна, внимательна к мелочам, так про тебя сказал твой главный. А еще, по слухам, ты иногда умеешь думать. Вот и примечай все необычное, и мне говори.

От такой наглой лести, звучавшей в устах трехсотлетнего эльфа еще невероятней и наглей, Настя чуть не лишилась дара речи. Только и нашла, что ответить:

– Да по мне тут всё необычное!

– Вот и хорошо. Бдительности много не бывает.

День выдался солнечным, становилось жарко. Всю дорогу сыщица исполняла поручение – смотрела по сторонам, выискивая что-нибудь подозрительное. Правда, без толку, поскольку маги, крепости и летающие экипажи больше на глаза не попадались.

Если впереди появлялись люди, Настя исправно кивала на них эльфу, а тот кивал в ответ. Иногда казалось, что напарник издевается, но девушка отлично знала, что в делах, особенно рискованных, ушастые серьезны до занудства.

– Что там за темная история с этим, как его… Тантлоном? – спросила она у Армана, – Рассказывай, куда мы едем!

– О, Тантлон, столица некромантов – замечательное местечко, тебе понравится.

– Это еще почему?

– Страшно, мрачно, сыро…

– Понятно. Только насчет некромантов проясни!

– Когда-то давным-давно…

– В каком году? – деловито уточнила Настя.

– Точно неизвестно, пять тысяч восемьсот четыре года назад еще не было нынешнего летоисчисления.

– Хм…

– Так вот. Один довольно способный господин, причем способный в магии мертвых, поселился на уединенном холме у моря. Славное было местечко, мой дедушка застал его еще в первозданном виде… Белый песок, сосны, скалистые обрывы, шум прибоя и, прошу заметить, ни одной живой души вокруг. По слухам, великому магу до тошноты надоела не то собственная родня, не то родня жены, вот он и искал уединения. Исключительно по доброте характера и некровожадности, хотел дать любимым родственникам шанс образумиться. Уж не знаю, чем они его допекли, но намека, увы, не поняли. Ничего особенного маг не затевал, только обустроил пещеру на свой вкус и зажил себе припеваючи. За холмами деревня стояла, так что клиентура подтянулась быстро. Кому заразу из раны выгнать, кому колодец от зловредной живности избавить, кому покойную тещу подштукатурить, чтобы пролежала, как новенькая, всю гулян… то есть поминки.

– Не жизнь, а малина в кисельных берегах, – согласилась сыщица.

– Вот-вот, – кивнул эльф, – но вскоре беглеца разыскала жена, а за ней и остальная родня подтянулась. Неизвестно, что там стряслось, мой дедушка в то время болел и не успел на драку, но дело кончилось скверно. Некромант вспомнил, что он великий, грозный и довольно злобный маг. Земля содрогнулась, тьма сгустилась, молнии сверкали, шторм бушевал такой, что на всем побережье на несколько лет было покончено с судоходством, а деревня соседская…

– Сгорела в потустороннем пламени?

– Нет, хотела выкатить магу претензию. Половина покойников, включая оштукатуренную тещу, домой вернулась.

– И как, предъявили?

– Нет, вовремя передумали. Еще и приплатили, чтобы упаковал возвращенцев туда, откуда вылезли. Некромант нанял нужных людей, выстроил неприступный замок и стал жить, ни в чем себе не отказывая. Собирал редкие книги, ставил эксперименты, учеников завел, чтобы знания передать, а уж они основали гильдию Устрашающих. Тут и купцы подтянулись, и ремесленники, место ведь хлебное, у моря, а если жить с магами в мире, то безопасное. Однажды случилось почти невиданное – главным некромантом Тантлона стала женщина, и сообщество магов быстро переименовали в Темную гильдию. Возглавлять гильдию Устрашающих дамочке не понравилось. После главными снова становились мужчины, но обратно свою контору переименовывать не стали.

– То есть в одной крепости собралась целая толпа некромантов? – не поверила девушка.

По ее представлениям, темные маги должны быть законченными индивидуалистами, склонными к отдельному проживанию где-нибудь глубоко под землей или высоко в горах, где свидетелей поменьше.

– У них на редкость четкая иерархия, порядок…– уверил эльф.

– Я не об этом. Что ж они, такие темные и могучие, не бросились всей толпой мир захватывать? Владели бы уже и троном Светозарной империи, и еще чем-нибудь!

Арман усмехнулся:

– Ты плохо представляешь себе магию мертвых. Думаешь, если некромант – так обязательно непобедимый? Ничего подобного, самая обыкновенная магия, только источник силы специфический. А силы у некроманта не больше, чем у других магов. Бывают способные, бывают средненькие, а то и вовсе бездари. Если бы они на Светозарную империю полезли, им бы и безо всякой темной силы настучали так, что мало не покажется. Умный некромант – живой некромант, вот как они рассуждают.

– Логично.

– За пять с лишним тысяч лет все утряслось, теперь Тантлон – богатый торговый город с немалыми земельными владениями и войском. Темные маги хранят нейтралитет, ни на кого не нападают, их тоже не трогают. Многим, включая императора Феликса, их дела не по нраву, но некоторым нравится, спрос на услуги есть всегда.