Украденная магия - Гребенщикова Ольга Александровна - Страница 44

Оставалось последнее – хранить катастрофу в тайне, пока это возможно. Некроманты вон не сумели, осрамились на глазах у всего побережья, и теперь повсюду гуляют слухи о восстании мертвых рабов. Слухи о

беспомощности

Тантлона.

Есть и другое дело, поважней. Страж Вечерней зари благодарил богов за успех своей затеи, за то, что удалось убедить Верховных не искать причину случившегося самим. Нынче каждое королевство высылает отряды на поиски причины искажений магического поля планеты. Только действуют наугад, поскольку никто не знает, где и что искать. Маги-ученые в считанные дни успели передраться, чья "Теория Волшебной Катастрофы" вернее, но споры теоретиков ни на шаг не приблизили мир к былому порядку. А время уходило.

Страж предложил действовать точно наоборот. Если нет времени на исследования, если на кону сама жизнь, надо просто уничтожить источник угрозы. Когда хуже некуда, хуже не будет. Его лазутчик разузнал, что много веков назад эльфы изготовили особый амулет невиданной силы, как раз для таких случаев. Амулет хранили в строжайшей тайне, всякие воспоминания о нем исчезли в памяти людей и других народов. Всех, кроме эльфов. Остроухие, как всегда, злоупотребили своим долгожительством, ведь что для других древняя история, для них – дела, законченные позавчера. Но тайна выбралась на свет в положенное время, то есть на прошлой неделе. Светозарная империя отправила своих людей на поиски некоего острова, на котором все должно решиться.

К счастью, ничто не смогло помешать верному человеку, союзнику клюканцев, присоединиться к экспедиции. Он выполнит свою задачу ради блага своей империи и Вечного острова, какую бы цену ни пришлось заплатить.

* * *

В своей прежней, питерской жизни Настя давно мечтала отправиться в морское путешествие, желательно на каком-нибудь романтическом паруснике вроде тех, которые стояли иногда на Неве. И вот теперь ее желание сбылось. Одновременно выяснилось, что парусник требует управления, уборки, к тому же время от времени его сильно качает, а пассажиров от этого тошнит. И хорошо, если за борт.

После отбытия из Тантлона на борту обнаружилась часть прежней команды. К тому времени Лусьен, без спросу приняв командование на себя, успел объяснить, что нужно делатья, если собравшиеся дилетанты мореходного дела хотят не утопить "Утопию" и вообще добраться до места назначения. Каждому досталось с лихвой, рабочих рук едва хватало. И вдруг, при тщательном досмотре, обнаружилось, что четыре матроса, едва не свихнувшихся от пережитого, забаррикадировались от ходячих мертвецов в трюме. Потребовались исцеляющие усилия двух магов и рукоприкладство хозяйского племянника, чтобы дрожащая четверка выбралась на палубу. Только убедившись в полном отсутствии земли в пределах пешей досягаемости, спасенные вздохнули с облегчением.

Как только нашлось, кому рулить, мучиться с парусами и драить палубу, дамы напомнили про плохую примету – от женского участия в корабельных делах вечно одни неприятности вроде встреч с айсбергами и вражескими торпедами, поэтому лучше не рисковать. В крайнем случае, женщины могут помочь советами. Лусьен хмыкнул, но согласился. Не на советы, а на ссылку обеих сыщиц в район камбуза, ради "хоть какой-то практической пользы", как заявил наглец. Только сирена, существо из породы прирожденных бездельников, так и осталась простым пассажиром.

Насчет самозваного капитана у Насти сложилось вполне определенное мнение. С мореплаванием он знаком не понаслышке, это сразу видно, но для купеческого племянника повадки у него странноватые. Что называется, почувствуйте разницу между настоящим, прирожденным торговцем до кончиков ногтей, и просто хорошо обученным своему делу парнем, но в душе – авантюристом и разгильдяем. Не повезло парчовому магнату с наследником. Лусьен широким жестом отдал на разграбление случайным знакомым все сокровища дядиного корабля. То есть, разумеется, не просто знакомым, а выполняющим важную миссию сотрудникам секретных ведомств самых влиятельных в этой части мира государств.

Эль-Антеамон в лице Армана и Светозарная империя, от имени которой выступил Флур, посулили семейству Бринна возмещение затрат, медаль на грудь и вечную благодарность, но зайти за деньгами и "спасибом" предложили как-нибудь потом. Эльф даже бумажку вручил с гербами и подписью, а восьмой помощник министра вместо денег дал адрес казначейства в Ларонде.

В один из дней Приблудный позвал Настю в трюм, уверяя, что есть важный разговор. Перед тем, как спуститься в темное нутро корабля, девушка предупредила торговца о всяких нехороших последствиях, если он вздумает изъясняться при помощи рук и прочих частей тела. Например, о досрочной высадке за бортhgе говоря уже о тяжком повреждении упомятых нии рочих органов.о полотна, и о торговец был прав, и она его сдержанно поблагодар.

Но оказалось, он ничего такого не затевал, напротив, проявил трогательную заботу. Лусьен разворошил тюки с полотном, вышитым бельем и прочей галантереей, и предложил "взять, сколько угодно". Мол, поездка затягивается, места впереди ждут дикие, а потому нелишне запастись заранее. Настя чуть не прослезилась от такого внимания. Торговец упорно лез не в свои дела, но вообще-то был прав, и она пообещала воспользоваться советом.

Корабль направлялся в Браналлу, один из главных портов по ту сторону моря. Ясная погода и попутный ветер внушали надежду, что не пройдет и недели, как впереди покажется земля. Но через несколько дней плавания дала о себе знать главная проблема. Корабль почти не успели разгрузить после прибытия в Тантлон, так что путешественники не испытывали недостатка в бархате и шелковых панталонах. Но восстание мертвяков помешало доставить на борт припасы для обратной дороги.

Дорлан и эльф успешно справлялись с магическим опреснением морской воды, но производить из воздуха еду было не под силу даже им. Настя посоветовала наколдовать глубинную бомбу. Вдруг удастся оглушить взрывом селедочный косяк или хотя бы завалящую акулу? Но Арман в лучших эльфийских традициях возмутился такому варварству, а вышибала не стал выпендриваться, просто объяснил, что устраивать магический взрыв такой мощности, свесившись с борта хлипкой торговой посудины, слишком опасно. Особенно если вместо акул кверху брюхом всплывут русалки.

Последние дни команда и пассажиры сидели на урезанном рыбном пайке. Тут-то и пригодилась сирена, которая кружила над морем, высматривала добычу с высоты и, спикировав на нее, тащила на борт. Но "грузоподъемность" у Чикитики была так себе, а лень велика и беспробудна. Настя стала опасаться, что если так пойдет и дальше, то ради спасения экспедиции придется съесть кого-нибудь ненужного. Приблудного, например. Это работяги у них в дефиците, а пригодных в капитаны полно, куда ни плюнь – попадешь в начальника.

Но до каннибализма дело не дошло, Браналла появилась на горизонте немного раньше. Со стороны моря этот город казался неприступной крепостью. Бухту прикрывали мощные стены, увенчанные громоздкими конструкциями вроде катапульт. Причем некоторые из них лежали на боку, а то и вовсе торчали из воды, прибитые волнами к самым стенам. Стражники, измученные полуденной жарой, взирали на это зрелище угрюмо и раздраженно.

– Вон то, в воде – это волшебный гарпун для вражеских подводных лодок? – заинтересовалась Настя, – Или для русалок-диверсантов?