Украденная магия - Гребенщикова Ольга Александровна - Страница 55

Ее притащили в какой-то сарай или склад. Солнечный свет пробивался в длинные щели под самой кровлей, туго набитые мешки, помеченные витиеватым синим штемпелем долины фей, лежали у дальней стены. В жестяном ведерке, подвешенном на крюке, оказалась вода, с виду чистая. Пить ее Настя не стала, но хоть умылась.

Осмотрела себя – одежда цела, только крови на воротник натекло, и пояс пропал вместе с ножнами. Кастет и оба эльфийских револьвера тоже исчезли. Разговор на непонятном языке доносился снаружи, а значит, враг рядом и медлить нельзя.

Не успела она решить, сумеет ли забраться на груду мешков и разобрать изнутри крышу, как скрипнула дверь. В сарай, толкаясь и бряцая амуницией, ввалились три… феи? Пленница растерянно моргнула. Феи были мужского пола, рослые, плечистые, пахучие, как после десятикилометрового марш-броска по жаре с полным рюкзаком за спиной. На физиономиях, там, где их не скрывали шлемы, красовалась многодневная щетина, какой раньше на нежных посеребренных лицах фей Настя не замечала.

Двое что-то жевали, один засмеялся, показав два ряда зубов всех оттенков желтизны. А потом началось что-то совсем несуразное. Феи, радостно ухмыляясь, начали раздеваться. Не догола, только лишнее сняли – защитные пластины на причинных местах. Железные гульфики звонко попадали в кучу, после чего стриптиз стал настоящим – первый фей расстегнул штаны.

– Обалдеть можно! – вежливо похвалила сыщица, – Правда, красота! Только, мужики… Давайте не сегодня, а? Что-то у меня голова болит…

Ее предложение не оценили. Настя в панике осмотрелась, но по-прежнему не увидела ничего обнадеживающего.

– Я служу Светозарной империи! – честно предупредила она – За меня император Феликс кого угодно в пыль сотрет! Знаете, что такое ковровые бомбардировки?

Похоже, эти парни ничего подобного не знали. Зато отлично приноровились делать сообща кое-что другое. Девушка отчаянно вырывалась, ругалась и пыталась кусаться, но попробуйте укусить кого-нибудь через кольчужный рукав! Одна увесистая оплеуха – и она снова оказалась на полу. Поганые феи, придавив добычу к полу, принялись стаскивать с нее одежду. Сопротивляясь из последних сил, пленница думала только о том, что бы такого сделать, чтобы ее убили прежде, чем дело дойдет до остального. Она не хотела жить ни минуты, чувствуя на себе жаркие, липкие лапы этих существ, а уж тем более доставлять им удовольствие. Всему есть предел, и он уже наступил. Почти не жалко, все равно этот поганый мир летит к закату, как камень, брошенный в пропасть.

Кто-то демонстративно покашлял у двери. Насильники отвлеклись от стаскивания штанов с жертвы и уставились на вошедшего. Настя сквозь спутанные волосы, разметавшиеся по лицу, тоже проявила интерес. Нет, это безнадежно. Вошедший был из той же компании, но, судя по унылому ворчанию остальных, начальство.

Высокий фей в кольчуге под красным плащом, в шлеме, наполовину скрывающем небритую рожу, флегматично созерцал происходящее, опираясь на рукоять длинного меча. Потом брезгливо поддел сапогом разбросанные на полу части доспехов и что-то буркнул подчиненным. Те заворчали в ответ.

– Вон, я сказал!– разъярился тип в плаще, – Девка моя! Будете пялиться – вырву глаза. Там других баб привели, из деревни. Вам сгодятся!

Настя обнаружила, что понимает его слова.

В прорезях шлема у офицера блестели темно-карие глаза. У фей таких не бывает, вдруг вспомнила девушка. Глаза сереброликих могут быть разных оттенков синего, в случае межрасового скрещивания с людьми или эльфами – серыми, но такими, как у этого типа – никогда. А что, если на нее напали не обитатели долины? И не люди из дорожной стражи, тех она запомнила по ночным приключениям в деревне. Напавшие носят форму, оружие, чего здесь отродясь не случалось с настоящими феями. У них есть рядовые и командиры, значит, это солдаты какой-то армии? Какая еще неучтенная армия бродит по Синей долине?!

Новый пришелец бросил плащ на мешки с товаром, неторопливо положил рядом меч и присел возле Насти на корточки. Разочарованная троица топталась на пороге. Видимо, надеялись если не поучаствовать, так хоть посмотреть.

– Чтоб ты сдох в страшных мучениях! – прошипела девушка, пытаясь отползти подальше, – Чтоб твое хозяйство сожрали могильные черви! Только тронь меня, и все это сбудется, увидишь! Я очень злая колдунья!

Твердая пятерня вцепилась ей в волосы и рывком вернула на место.

– Не суетись, блудница! Рано еще!

– Пошел ты!..

Настя попыталась пнуть мерзавца ногой, и в ответ получила такую затрещину, что потемнело в глазах. Стальные пальцы стиснули ей руки, придавили к земле. Не отпуская добычу, владелец красного плаща снова рявкнул на зрителей:

– Вы еще здесь?! Проваливайте, сам справлюсь!..

Теперь девушка не сомневалась – так и будет. От железной хватки этого существа на нее напало оцепенение, разом исчезли последние силы. Там, где его руки сжимали ей запястья, в кожу словно впились тысячи игл. Все вокруг заволакивал жаркий туман, сарай, набитые тюки и гнусная тварь в кольчуге медленно таяли в огненном мареве.

Внезапно наступила тишина. Темнота. Прохлада. Ночной ветер шевелил ветви деревьев за окном. Квадратным пятном на потолок падал свет уличного фонаря. Настя свободна, нет боли, нет страха. Она знала, что спит, или, может быть, мертва, но это больше не имеет значения. Все кончено. Круг замкнулся, семь мостов пролегли над бездной, и она снова на другом берегу. Там, где по ночам светят питерские фонари.

Раздался шорох, рядом кто-то был, он не позволил вскочить, насладиться обретенной свободой. Из этих рук не вырваться, совсем как из тех, сгинувших в другом мире, будто страшный сон. Но больше не нужно защищаться, Настя знала об этом и крепко обняла мужчину, с трудом веря в свершившееся чудо. Ей хотелось сказать, как сильно она его любит и как давно говорила ему об этом в последний раз.

– Я тебя верну! – произнес мужчина, – Найду и верну!

– Олег, я уже вернулась…

Но он не услышал, лишь повторил:

– Найду, помни!

Настя открыла глаза. Никогда еще возвращение к реальности не вызывало у нее чувства такой страшной потери, почти отчаяния. Этот проклятый мир не собирался ее отпускать. Все было по-прежнему, она лежала на полу, рубашка изорвана, а рядом, вернее, практически сверху… Что?! Паскудный лже-фей снял шлем, и ее пальцы зарылись чудовищу в густые темные лохмы явно не затем, чтобы выдрать пару клоков. С неподобающей насильнику нежностью он обнимал свою жертву, нагло пробираясь с поцелуями все ниже и ниже. Тем более что сама жертва сменила гнев на милость, с увлечением гладила его по голове, по плечам, прикрытым броней. Настя даже не сразу определилась с причиной разочарования – жаль, что он почти неуязвим, или что почти не разделся?

Сыщица медленно опустила руку. Отлично, пол неровный, выбоины заполнены песком и мелким мусором. К тому же один враг, даже такой крупный – это вам не четверо врагов. Набрав полную пригоршню всего, что подвернулось на полу, она изо всех сил оттолкнула мерзавца и швырнула песок ему в лицо.

– Какого…! – громко удивился фей голосом Бринна-младшего, – Что не так?!

– Ты?! – опешила девушка, – Предатель! Извращенец!