Украденная магия - Гребенщикова Ольга Александровна - Страница 71

– Приветствую тебя, Лорина Альстен! – произнесла незнакомка на русском языке.

– Добрый день, – кивнула озадаченная девушка.

– Тебя потрясло, что я знаю твой язык? – спросила женщина.

– Да, я восхищена, – польстила сыщица, – я боялась, что нам будет несколько труднее… понять друг друга.

По правде говоря, в быстром освоении чужого языка при помощи магии не было ничего особенного. Настя видела такое не раз, да и сама носила эльфийский браслет-переводчик, пусть давно бесполезный.

– Я счастлива, что ты хочешь понимания, – сказала красавица, – и я покажу тебе многое, открою великие тайны. Но для начала открою свое имя. Я – Аллитьеновельниалла, Верховная жрица Священной империи Уиннапран.

Настя подумала, будет ли это слишком недипломатично – записать имя дамочки на бумажке и подучить при случае? Но, к счастью, та разрешила называть ее просто Верховная жрица.

– Довольна ли ты своим жилищем?

– Оно великолепно!

– А твой командир доволен? Ему понравилась прогулка?

– Он совершенно счастлив! – искренне ответила Настя, уклонившись от ответа на странный вопрос о прогулке. Арман никуда не ходил, он занимался поисками слабых мест в здешней магии, и, кажется, был действительно счастлив, обнаружив их.

– Расскажи, как вы попали сюда?

– Мы… – сыщица запнулась, – мы просто гуляли. Поехали на экскурсию, ну, знаете, как это бывает? "Солярка наша – впечатления ваши", и все такое прочее. И вдруг все засверкало, загрохотало… И вот мы здесь.

– Откуда вы прибыли?

– Из Синей долины, – четко ответила Настя.

Это вовсе не ложь. Кто скажет, что они там не были, в того она первой кинет камень. Самый большой, какой сумеет поднять.

– Как интересно. Ну что ж, пойдем! Я покажу тебе мир Уиннапран!

Залы разного назначения сменялись один за другим, жрица, не умолкая, рассказывала о буднях и праздниках своей империи.

– Императорская семья, а также все мы, верховные правители и жрецы, родились в ином мире. Поэтому здесь нас почитают как пришельцев с неба и богов. Но мы заботимся о нашем новом народе, как о собственном. Взгляни за окно, разве могли мечтать о таком жители обыкновенного, ничтожного мира? Мы всегда трудились во имя добра, даже в нашем родном мире. Но для него было уже слишком поздно… Здесь мы наверстали упущенное, учли прежние ошибки. Посмотри, сколько счастья мы принесли на эту землю. Сколько покоя и наслаждения! Природа чиста, ни одна гнусная машина не отравляет ее. Каждое здание, каждый камень на наших улицах, каждый кусочек пищи – все чисто, совершенно, все в гармонии с природой. Но главное – мы очистили души людей. Нет страхов, нет стесняющих запретов, нет гнетущей неудовлетворенности, мы дали возможность исполнить любые мечты. Разве не прекрасно?

На экране колоссальных размеров, развернувшемся прямо в воздухе, проплывали действительно впечатляющие картины. Залитые светом города, над которыми не висела шапка темного смога, безбрежные океаны, сияющие бирюзой заливы и тропические острова, покрытые буйной растительностью. Поля, на которых урожай собирался одним мановением руки умелого мага.

Все жители, как один человек, обладали совершенной красотой и неувядающей молодостью. Дети и старики в кадр не попадали. Или их здесь нет? Может, детей воспитывают где-то отдельно от родителей, а стариков… Тоже прячут?

– Вижу по твоим глазам, ты подумала злое! – верховная жрица нежно коснулась Настиной руки, – не смущайся, скажи, что тебя встревожило?

– Возраст, – призналась девушка, – нигде нет старых лиц.

Жрица торжествующе засмеялась:

– Ты заметила! Что еще?

– И красота. Нет не только старых лиц, но и уродливых. Даже обычных нет, только прекрасные.

– Да! Разумеется! Мы долго стремились к этому, и я рада, что ты увидела наш мир в расцвете могущества. Знаешь, какому божеству поклоняется наш народ?

– Какому? – спросила Настя, одолеваемая дурным предчувствием.

– Вечности! Это здание – главный храм Империи, храм Вечности. Хочешь взглянуть?

Часть стены отъехала в сторону, открывая проход в следующий зал. Здесь не то стража, не то почетный караул в белой форме выстроился в два ряда вдоль каждой стены. В противоположной стороне зала виднелось возвышение, похожее на хрустальный алтарь в покоях жрицы, только размером втрое выше человеческого роста. Венчали сверкающую конструкцию огромные песочные часы. Над ними мерцал многослойный купол магической защиты. В часах была странность – верхний сосуд заполнен золотым песком, но песок не сыпался вниз, как положено. Тонкая золотая струйка, вопреки закону всемирного тяготения, застыла в воздухе, так и не коснувшись дна нижнего сосуда.

– Мы достигли того, к чему стремились, мы остановили время. Все цивилизации дряхлеют и умирают, но наша не умрет. У нас нет стариков – люди забыли, что такое старость. У нас редко рождаются дети. Зачем нужны новые тела, когда те, что есть, совершенны и живут бесконечно долго? Мы не прячем детей от родителей и не убиваем стариков, как подумала ты, гостья из диких и жестоких миров. Здесь ты встретишь только доброту и гармонию. Начинай привыкать!

* * *

Флур и Лусьен резались в карты, старательно изображая азарт. Карты были старинные, с позолотой, их нашли в куче антиквариата, заполонившего комнату Насти. С виду казалось, что Арман тоже время от времени проявляет интерес к игре, но на самом деле он был погружен в свои мысли. Делал вид, что отдыхает или медитирует, а сам осторожно прощупывал магические характеристики пространства. Шарик лежал у порога и прислушивался к чему-то, хотя снаружи не доносилось ни звука. Наконец эльф шепнул:

– Идите и приготовьте вещи. Только самое необходимое из принесенного с собой. У кого остались самозаряжающиеся амулеты – не забудьте их.

Это был неожиданный совет. После того, как магические источники вышли из-под контроля, опустошенные амулеты стали бесполезны, в том числе те, что со временем сами восполняли растраченный запас силы.

Разойтись по комнатам и сложить в сумки все, что уцелело от походного скарба, было делом нескольких минут, но закончить снова помешали надзиратели. Вместо прежних брюнеток Лусьен увидел рыжеволосую женщину, одетую в длинный балахон из такой прозрачной ткани, что назвать его одеждой было трудно даже символически. Волосы у этой дамочки не закрывали лицо, а были уложены в блестящий от множества заколок пучок на затылке. Покачивая идеальными бедрами, женщина вошла в комнату.

– Здравствуй, чужеземец! – певуче сказала она.

– Эээ… привет! – немного растерялся от знакомой речи торговец.

– Верховная жрица Аллитьеновельниалла, которая следит за вашим благополучием, интересуется, есть ли у вас все, что вы желаете.

– Всего хватает, спасибо! Даже переводчик не нужен, ты отлично говоришь по-нашему!

Женщина самодовольно улыбнулась.

– Нам бы еще вернуть подругу, которую вы позвали к себе – сказал Лусьен, – Что-то она у вас засиделась.

– Лорина Альстен беседует с Верховной жрицей, постигая мудрость Уиннапран. Но одна подруга для стольких мужчин – это слишком мало. Здесь у вас будет достаточно подруг. Любых, каких пожелаете. Гораздо лучше вашей…

Рыжая сделала шаг и прижалась к Лусьену. Тонкие руки обвили его за шею, губы коснулись губ.

– Постой! – молодой человек оторвал от себя не в меру настойчивое создание, – Ты забыла спросить моего согласия! Я против, понятно? Извини, если нарушил ваш этикет. Считай меня невоспитанным дикарем, мне плевать!

– Да, у нас не принято отказывать тому, кто воспылал страстью, но это простительно грубому пришельцу из нецивилизованного мира, – женщина снова принялась шарить по его груди, нащупывая пуговицы рубашки, – Но разве в вашем мире не знают милосердия, сочувствия? Ты хоть знаешь, что такое неудержимая страсть к мужчине?