Изменить судьбу (СИ) - Сарафанова Елена Львовна - Страница 57

   - Нет, - категорически ответил Хорс. - Этого я не представляю, но хочу увидеть. Завтра же ты меня познакомишь со своей внучкой, Гвидо, потому что я собираюсь с ней подружиться. Сам понимаешь, как это важно для Ордена, да и для меня самого любопытно увидеть свою будущую преемницу.

   - Не нужно буквально воспринимать то, о чем мы говорили на прошлой встрече, друг. Жизнь Анны, конечно, важна для всех нас, но свой путь внучка должна выбрать сама. И не забывай - она еще ребенок.

   - Очень могущественный, замечу. Девочка обязана ориентироваться в том, что происходит в Ковенте, Домах силы и в ордене Согласия. И ей нужно понимать, с кем надо дружить, а от кого держаться подальше. Умник, - вспылил Великий магистр, - ты магистр ордена или я что-то забыл?

   - Хорошо-хорошо, - успокоил товарища Гвидо, - я вас познакомлю, но давай сделаем это через несколько дней, потому что Гордон сейчас пытается обучить Анну медитации для контроля магических потоков. Пока что это ей удается через раз.

   - Я не понял...

   - Стоит ребенку расслабиться, как вокруг поднимается такая кутерьма - вещи, как и сама Анна, летают, бьются окна, всё переворачивается вверх дном, Первый маг мечется вокруг, пытаясь восстановить порядок и страшно ругается. В общем, пока внучка не научится на подсознательном уровне не выходить за пределы полей силы, с нижних уровней полигона её не выпустят.

   - И долго?

   - Не знаю, - вздохнул Гвидо. - Мне жаль малышку, но она действительно пока опасна для окружающих. Два раза в день Гордон давал ей успокоительное и пока Анна-Сорита отдыхала, собственноручно восстанавливал и укреплял полигон. И это всего сутки прошли после пробуждения ребенка, а что будет дальше?

   - Орден может как-нибудь помочь? - нахмурился де Морне. - Например, предоставить для занятий Анны-Сориты свой полигон, тогда у Гордона будет время переделать под землей всё, что ему нужно.

   - Я узнаю, вполне вероятно, что он на это согласится, иначе наше маленькое чудо обрушит свод под парковой зоной королевского дворца.

   - Да-а, - хмыкнул Верховный магистр ордена Согласия, - получается, что представление Анны ко двору откладывается?

   - А что делать? - пожал плечами Умник. - Пусть внучка сначала научиться контролировать свои силы, а то во дворце и так хватает разрушений, ведь тогда ударной волной от молнии по всему фасаду выбило стекла. Кстати, ты не интересовался, были ли ещё в тот день похожие разряды в городе?

   - Специально спрашивал, - подтвердил де Морне. - Во время грозы на речном причале Маоры сгорел дотла склад с древесиной, а ещё - не поверишь - в храмовом комплексе разбило вдребезги центральную статую Пресветлой.

   Умник опешил, а потом вдруг захохотал.

   - Что? - не понял товарищ.

   - Давно пора было, - сквозь смех объяснил Гвидо.

   - О чем ты?

   - Женщины очень требовательно относятся к своим изображениям, а ту статую я всегда считал грубоватой. Думаю, Пресветлая нашла хороший повод от неё избавиться.

   - Хватит смеяться, Гвидо, лучше скажи, что любит твоя внучка. Мне же нужно подготовиться, чтобы не придти к ребенку с пустыми руками.

   - Никаких подарков, лучше принеси что-нибудь к ужину на десерт, но не раньше, когда это разрешит Гордон.

   Карету приятно покачивало, отчего Гвидо, уставший за этот долгий день, протяжно зевнул ...и громко захлопнул рот - перед ним сидела Пресветлая. Маг встрепенулся, а потом почтительно поклонился богине.

   - Большое спасибо за возвращение моей силы! - от всего сердца поблагодарил де Шарон. - Прошу прощения, что не встаю, здесь и так тесно.

   - Сиди-сиди ...и не за что, - отмахнулась богиня. - Гвидо, я решила поговорить с тобой, чтобы ты и де Леи были в курсе - пока Анна-Сорита учится и взрослеет, я появляться тут больше не буду. Во-первых, у малышки и так достаточно покровителей, да и охранять её будут плотно. Во-вторых, у меня на Троне дел по горло, чтобы постоянно сидеть в Аруне и следить за Анной, вы уж без меня справляйтесь. Поэтому главный совет - не нужно так плотно опекать девочку, пусть сама набивает шишки и учится ладить с людьми, иначе в последствии она не сможет реально оценить своё окружение, понимаешь?

   - Конечно, Пресветлая мать, - серьезно ответил де Шарон, - я тоже думал об этом. Нельзя, чтобы уникальность дара превратила хорошую девочку в самоуверенную заносчивую гордячку.

   - Умница, Умник! - похвалила богиня.

   - Но у меня все-таки будет просьба, при крайней нужде мы сможем с вами как-нибудь связаться? Мало ли что...

   - Конечно, совсем терять из виду Анну-Сориту я не собираюсь, но ты прав, ситуации бывают разные. Вот, держи, - и богиня бросила в руки Гвидо небольшую коробочку, - надень и носи не снимая. Если будет нужда, просто позови меня. - И Пресветлая начала медленно исчезать, шепнув на прощание, - А та статуя мне действительно никогда не нравилась.

   - Спасибо еще раз, - улыбнулся Гвидо, кивнув уже в пустоту, и открыл коробочку. На белоснежном атласе в углублении лежала изящная золотая цепочка с небольшой подвеской в форме многолучевой звезды. "Красиво", - хмыкнул Умник и сразу же надел украшение, спрятав его под одежду, подвеска-звезда легла прямо на сердце. "Вот как меня услышит Пресветлая, - понял маг, - это ей подскажет моё сердце".

   Над Аруной царили Двуликие - голубая и розовая луна. Они раскрасили засыпающий город мазками светлой синевы с розовой каёмкой, скрыв весеннюю грязь и лужи на мостовой, но уставший Гвидо этого уже не видел - он спал.

   Глава 42.

   Король Грей Арахет был в гневе, хотя скорее, он был удручен и расстроен. Конечно, за свои четырнадцать лет Патор многое успел узнать об отце и видел, когда тот был недоволен, злился или кричал на нерадивых подчиненных. Но сегодня гнев отца впервые был направлен на любимого сына и Патору было страшно. А вдруг папа больше не будет любить его так, как раньше? Вдруг станет обращаться с сыном, как с посторонним или, что ещё хуже, как с врагом? Сердце мальчишки обливалось кровью, он кусал губы, чтобы не зареветь в голос и терпеливо сносил справедливые упреки.

   - Как ты мог ударить сестру? - кричал отец. - Да еще в присутствии её фрейлин? Как у тебя рука не отсохла ...чтобы кулаком... в лицо девушки? Отвечай, когда я спрашиваю!

   - Она меня оскорбила, - промямлил Патор, крепко зажмуриваясь, чтобы удержать непрошенные слёзы.

   - Ах, она тебя оскорбила? Это когда сказала, что ты дурак, потому что полез на савойский дуб покрасоваться перед её фрейлинами своей ловкостью? Тебе сто раз говорили, что у этого дерева нежная кожа, что ему больно от грубых подошв человеческих ботинок, что дуб Савойи - не обычное дерево и всегда сбрасывает тех, кто ему вредит. Говорили?

   - Д-да.

   - Но ты все равно полез! И правда, дурак, - король вздохнул, отвернулся и грузно осел в кресло. - Патор, - тихо продолжил он, - тебе очень повезло, что Лула смогла перехватить тебя в падении, ломая себе все ногти и набивая синяки... Ты хоть это заметил?

   Мальчик шмыгнул носом и отрицательно мотнул головой. Для него падение с дерева прошло мгновенно - вот он хватается за ветку и вдруг уже валяется на земле в обнимку с сестрой, которая кричит на него и обзывает дураком. Ему тогда было так стыдно и всё казалось, что фрейлины, сгрудившиеся вокруг, ехидно хихикают, а еще вслед за сестрой ругают от души за глупую выходку, что он не сдержался и грубо оттолкнул Лулу, попав кулаком ей прямо под глаз, а потом трусливо сбежал.

   - Лула тебе жизнь спасла, щенок, - убито прошептал Грей, - а ты этого даже не понял...

   Король не успел договорить, потому что дверь в его кабинет со туком распахнулась и в комнату решительно зашла принцесса, на лице которой отчетливо просматривался наливающийся синевой синяк. Патор побледнел и качнулся, сделав шаг назад. "Мне конец", - испуганно подумал мальчик и сник.

   - Отец, хватит, - Лула решительно оттеснила брата за спину. - Он всё понял и больше так не будет.