Легенды Арканота. "Безумие Тёмного бога".(СИ) - Белова Алина Тимуровна - Страница 36

Вечный был как живой. Его пасть с обнажёнными клыками словно была готова вот-вот извергнуть неистовое пламя, а глаза будто вот-вот могли шевельнуться, устремив на своего ученика укоризненный взор. Но дракон был неподвижен, отчего сердце Сандора охватывала грусть. Прислонившись лбом к холодной поверхности ледяной гробницы, Сан закрыл глаза и тихо зашептал молитву, прося у Вечного прощения.

- Я клянусь, учитель, - выдавил из себя Сандор, сглатывая подступивший к горлу комок, - Я отомщу за тебя. Я стану сильнее и найду Демона на краю земли. Он ответит за всё зло, что совершил... Я исполню то, о чём ты меня просил.

"Мы исполним, - поправил его Наралеск, положив свою косматую морду на его здоровое плечо. - Ведь ты и я - навсегда вместе, не так ли?"

Сандор весело рассмеялся и прижал к себе сарка, гладя его по взъерошенной жёсткой шерсти.

"Да, ты и я. Вместе, навсегда, - прошептал с улыбкой Сандор, прислонившись лбом к носу Наралеска, не выпуская из пальцев его густую гриву. - Мы отомстим Проклятому войску".

Небеса, на мгновение затянувшиеся тучами, словно застонали от боли. Налетевший ветер с остервенением набросился на голые верхушки деревьев, едва не пригнув их к земле. Вихрем пронесясь между зелёной неувядающей травы, он вновь взмыл к тяжёлым серым облакам, погнав их гурьбой к темнеющему небосклону. Затянувшие солнце тучи заплакали тёплым ласковым дождём, запев песнь о павшем воине и храброй маленькой нимфе, не побоявшейся отдать свою жизнь. Голодный ветер ещё долго выл среди голых верхушек деревьев, остервенело на них бросаясь, но к вечеру утих, разогнав тяжёлые облака и обнажив ночное небо, усыпанное мириадами звёзд.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ.

"Он даже не зол. Если бы Ньёрфален был в ярости, я бы понял. Но он улыбается, как ни в чём ни бывало, говорит, будто рад, что я вернулся живым. Мне страшно смотреть в его глаза, не видя в них зла. Если бы он накричал на меня, приказал бросить в темницу или вовсе повесить - я бы так не боялся. Но его добрая улыбка бросает меня в дрожь. Ньёрфален что-то задумал, я чувствую это. И ожидание сводит меня с ума. Король явно приготовил какую-то новую игру. И логичнее всего, я буду в неё втянут. Что ты задумал, Ньёрфален? Неужто твоя мания превращения мира в руины действительно настолько огромна? Чем ты готов пожертвовать, лишь бы уничтожить этого глупого чародея? Я никогда не замечал за Ньёрфаленом такого желания избавиться от кого-то. Похоже, в этой истории скрывается куда большая тайна, чем я мог предположить. Ты никогда раньше не давал мне второй шанс, а тут вдруг простил аж два промаха. Хотел бы я знать, что движет тобой, Ньёрфален. Но все твои действия остаются для меня загадкой...

Хорошо, мой император. Если бы так желаете смерти этого чародея, я принесу вам его голову. Но насытитесь ли вы этим? Или вам нужно будет ещё и ещё? Сколько ещё жизней я должен забрать ради вас? Десять? Сто? Тысячу? Или вы всё равно будете недовольны мной, даже если я собственноручно уничтожу этот мир?

Эта улыбка на вашем лице, вызванная моим гневом... Вы позволяете мне обращаться к вам как к равному, смеётесь над моими возражениями и прощаете пререкания... Неужели весть о том, что Вечный, ваш давший враг, пал, вас так обрадовала? Тогда, я не смею больше вам перечить. Вы ещё более чудовищны, чем я думал. Из этого замка уже исчезли крысы, и мы все тоже скоро пойдём ко дну, в объятия смерти. И я искренне надеюсь, что вы умрёте первым, мой император. Но узнаете ли вы когда-нибудь об этих мыслях? Быть может, вам уже о них известно. Мне наплевать. Мне некуда больше идти, потому я всё ещё в вашем распоряжении.

Служу Н"рату, Ньёрфалену, и Проклятому войску! Во имя тёмного бога!"

Демон.

Глава семнадцатая. Мечом и магией.

Сандор тяжело дышал, держась за пылающее от боли плечо. Он никогда раньше так себя не перетруждал, однако юноша не мог себе позволить оставаться худшим среди остальных новичков. Их выбрали из сотни претендентов - жалкую кучку из двадцати едва ли обученных воинов. Им повезло не быть пушечным мясом в грядущей битве, однако Сан всё равно ощущал, что многие из них погибнут в первом же бою. Ещё больше Сандор не мог смириться с тем, что после битвы с Демоном его плечо всё никак не приходило в норму, вспыхивая от малейшего движения. Так как юноша был правшой, это было для него весьма опасно. Может, с раненой рукой он и мог бы продолжал творить заклинания, но обороняться, в случае если на него кто-нибудь нападёт, было бы уже трудно.

- Если быть честным, я удивлён, что ты так настырно остаёшься после основных тренировок, - сидевший перед ним эльф расплылся в улыбке.

Сандор за последний месяц успел привязаться к Каэну так же, как к Вечному, но у него всё ещё не получалось называть эльфа "учителем". Это слово стало для Сана почти что священным, и юноша был не в силах использовать его к кому-либо ещё. Однако Каэн его прекрасно понимал и не настаивал, даже позволял Сандору обращаться к нему на "ты".

- Нас вот-вот отправят в самую гущу битвы, - фыркнул Сан, недовольно потирая пылающее плечо, - а я с трудом держу в руках меч. Я, конечно, понимаю, что фехтование - не моё призвание. Но я не всегда буду под защитой Наралеска. Когда-нибудь и мне придётся вступить в ближний бой.

Каэн улыбнулся и осторожно коснулся мягкого меха спавшего на спине сарка. Наралеск недовольно дёрнул ухом, но не проснулся, продолжив мирно дремать. Эльф храбро провёл рукой по боку зверя, и сарк добродушно замурлыкал, как маленький котёнок.

- Ты волшебник, Сандор. А если быть точнее - чародей. Хочешь ты, или нет, но всегда найдётся кто-нибудь, кто будет тебя защищать, - покачал головой эльф.

Каэн был на голову выше юноши, и по росту с ним мало кто мог потягаться. Его бледная кожа, через которую местами были видны вены, резко выделялась и мерцала даже при тусклом свете. Неестественно-зелёные глаза были ничуть не менее заметны. Длинные светлые волосы были стянуты сзади в тугой хвост, из-за которого обнажались аккуратно заострённые уши, зачастую почти незаметные. Несмотря на плавные черты лица, Каэн обладал весьма развитым телом. Каждая его мышца, казалось, была наполнена силой, и рядом с эльфом Сандор чувствовал себя беспомощным, едва оперившимся птенцом. Особенно крепкими были руки Каэна, в которых он редко держал какое-либо иное оружие, кроме длинной изящной секиры, носившей гордое название Погибель. Эльф всегда был одет предельно просто, без излишеств, но зато удобно и практично. Его доспехи не искрились от дорогих красок, а плащ не был вышит драгоценными нитями, как у многих эльфов, о которых он рассказывал Сандору, а были обычными, как у всех рядовых солдат. Каэн предпочитал красоте удобство и манёвренность, что не раз спасало ему жизнь.

- Я не хочу, чтобы меня кто-то защищал! - пробормотал Сандор, насупившись. В его голову лезли печальные воспоминания, и он пытался хоть как-то от них отвлечься, - Меня уже один раз защитили. Спасибо, больше не надо.

Каэн с сочувствием на него посмотрел. Молва о том, что Сан был учеником Вечного, разлетелась по Санкре в первый же день, потому чародея редко оставляли в покое. Он и подумать раньше не мог, что его учитель был настолько великим магом. Вечный рассказывал ему, что помог объединиться эльфам, людям и гномам в Серебряный Союз, но Сан и не думал, что это был так важно. Однако, несмотря на то, что Сандор был чародеем и учеником столь великого мага, юноше, как и говорила Аркана, пришлось начинать с самого начала. Никого не волновало то, что он уже знал основы ведения боя оружием и магией, ему снова нужно было это всё проходить. Но Сан считал это полезным.

- Может, тебе всё же не стоит учиться фехтованию? Волшебники редко используют мечи в бою, - нахмурился Каэн, с сомнением смотря на его правое плечо, - Как ты себе представляешь мага, сражающегося в ближнем бою с противником?