Рудники минотавра - Хелемендик А. - Страница 27

— Нет, — сказал Гард, — но я думаю, что нужно продолжать так же, как мы начали: нужно убедиться, что Конни окружают друзья. Ты же берешь с собой в спальню Арганду, когда идешь спать, верно?

— Да, — сказала Конни.

Маленькая дракониха сворачивалась калачиком у нее в ногах каждую ночь, успокаивая Конни своим присутствием и пытаясь согреть ее мерзнущие ноги.

— Это хорошо: ее связь с тобой теперь должна быть особенно сильна, поскольку она твой особый подопечный. Будем надеяться, что твоя связь с ней достаточно сильна, чтобы противостоять вмешательству Каллерво.

Конни кивнула, хотя инстинктивно чувствовала, что никакая связь не устоит против той, что соединяла ее с оборотнем, даже Арганда, с которой она проводила теперь большую часть времени. Каллерво, как она случайно выяснила в прошлом году, был ее двойником в мифическом мире — и каким-то странным образом они нуждались друг в друге.

— Мы должны проследить за тем, чтобы ты никогда не спала в одиночестве, и поставить на страже мифических существ в те моменты, когда ты наиболее уязвима, — продолжал Гард. — Если бы ты спала вне дома, я мог бы, конечно, сам стеречь твой сон, но сомневаюсь, что ты захочешь променять свою постель на ночлег под зимним небом.

— Да, а ты ведь прав, но все равно спасибо за предложение, — сказала Конни. — Мне пока будет достаточно Арганды, до тех пор пока она не вырастет настолько, чтобы не пролезть в окно.

В роще заухала сова.

— Время уже позднее, — заметил доктор Брок, — пора нам развезти нашу молодежь по домам.

— Есть еще одна вещь, которой я не понимаю, — сказал Кол.

— Только одна? — насмешливо скривилась Конни.

— Может, и не одна, — признался Кол. — Но я хотел спросить тебя, Конни, почему, если в прошлом году ты освободила меня от Каллерво, ты не можешь сделать то же самое для себя?

— А откуда тебе известно, юноша, что у тебя глубоко в душе нет такой же метки? — проворчал Минотавр. — Ты когда-нибудь об этом задумывался?

Кол содрогнулся. Об этом он не думал.

— Не думаю, что она у него есть, — устало сказала Конни. — Каллерво захватил тогда Кола, но это был не настоящий контакт с посредником. Я не видела его следов, когда проникала в сознание Кола. Я только чувствовала присутствие Каллерво как своего рода атмосферу — как бурю, от которой в голове у Кола все переворачивалось с ног на голову. Думаю, я сумела проветрить ему мозги, применив к Колу прием «шлем» — одно из орудий Универсала. Он защитил его сознание от нападения Каллерво.

— Так разве, Конни, ты не можешь снова применить этот прием — на этот раз для себя? — спросил Кол.

— Не знаю. Это может сработать, но только когда я не сплю и знаю, что делаю.

— Даже самый стойкий воин должен откладывать свое оружие в сторону, чтобы поспать, — прорычал Арго.

— Да, — сказал доктор Брок, соглашаясь с мыслью своего товарища, — ты не должна бояться уснуть, Конни. Невозможно жить без сна.

— На самом деле меня тревожит то, что метка, которую вы видели, находится внутри моих защитных укреплений. Сомневаюсь, чтобы мой щит или шлем могли подействовать на нее. Я только запру ее внутри себя, а не закроюсь от нее сама.

— Это мы еще посмотрим. Все, что мы сейчас можем сделать, это проследить, чтобы благодаря нашей бдительности тебе снова не потребовалось это выяснять, — сказал Гард.

11

Письма

Рэт с нетерпением ждал от Конни и Кола рассказа о том, что случилось с Минотавром. Описание путешествия по лабиринту сознания произвело на него должное впечатление. Кол поведал ему подробности истории в школе, во время обеденного перерыва. Конни молча сидела рядом, для виду ковыряясь в тарелке и позволяя Колу вести свой рассказ.

— Невероятно! — сказал Рэт, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Конни. — Ты хочешь сказать, у нее в мозгах огромная черная дыра? А на вид даже не подумаешь.

— Спасибо, Рэт, — иронически сказала Конни. — Я польщена.

— И такая силища! Поверить не могу.

— Поверь, — коротко сказал Кол, — ты не поможешь Конни, если будешь обращаться с ней как с чокнутой.

Как обычно, эта отповедь не подействовала на Рэта.

— Можно мне в следующий раз пойти с вами?

— Куда пойти? — переспросила ошеломленная Конни.

— Посмотреть твои наскальные рисунки или что там у тебя.

— Нет, нельзя, — твердо сказала она. — Я не хочу, чтобы у меня в голове прыгал Айсфен.

— Может, ты и права. Я бы не поручился, что он не нашлет на тебя постоянную амнезию или что-то в этом роде, если дохнёт на тебя не так, как надо.

Кол толкнул Рэта в бок, чтобы тот прикусил язык: к ним пробирались Джейн и Аннина с подносами.

— Привет, ребята, — сказала Аннина, втискиваясь между Колом и Конни.

Джейн примостилась на краешке скамейки.

— Слышали уже? Начали строить ветряную электростанцию.

— Да-да, мы знаем, — с раздражением ответил Кол.

— Знаете — и ничего мне не сказали! — воскликнула Аннина, возмущенная тем, что ее вовремя не посвятили в последнюю местную сплетню.

— Извини, у нас голова другим была занята, — сказала Конни.

Рэт расхохотался, но Кол по-прежнему сидел с мрачным лицом. Он ковырял свой обед, вспоминая бесплодные протесты пегасов. Некоторые из крылатых созданий даже угрожали, что покинут ряды Общества, если этот план осуществится. Доктор Брок и другие сказали, что согласятся с точкой зрения большинства, а большинство существ были за строительство — благодаря энергичной кампании Рэта и Айсфена среди членов Общества, кульминацией которой стало решение Универсала поддержать проект. Голос Конни убедил многих созданий, не знавших, какое решение следует принять.

— А что ты так злишься, Кол? — спросила Джейн, угощая всех сухариками. — Разве это не здорово, что строится ветряная электростанция?

— Для кого здорово? — возразил он. — Для нас, людей? Да, согласен. Но почему мы все время думаем в первую очередь о себе?

Джейн казалась озадаченной.

— Не понимаю: кого еще это может волновать, кроме людей?

Кол понял, что сболтнул лишнее.

— Не знаю. Просто мы, похоже, захватываем все больше и больше для себя. Вот теперь уже начали присваивать себе небеса.

— Мы начали это делать давным-давно, — сказал Рэт.

— И все-таки я думаю, что получится совсем неплохо, когда строительство закончится, — заметила Аннина, описывая вилкой круг в воздухе. — Может быть, даже будет выглядеть по-своему красиво. Я бы не отказалась пойти и взглянуть на эту штуку.

— Ну да, так почему бы не отправиться туда после школы? — предложил Рэт. — Только не говорите моей мамаше, что вам нравятся ветряные электростанции. Она считает, что эта вышки — порождение дьявола, и проводит большую часть дня, ругаясь на строителей. Мистер Мастерсон, кажется, держится подальше от нашего коттеджа, и считаю, правильно делает, а то она набросится и на него.

Аннина расхохоталась:

— Хорошо, что ты меня заранее предупредил. А ты хочешь пойти, Конни?

— Мне лучше не ходить. — У Конни не было желания снова столкнуться с мистером Мастерсоном.

— Почему? — удивилась Аннина. — Я думала, ты любишь навещать своего дедушку.

— Мы с Конни очень заняты, — пришел ей на выручку Кол. — Обещали кое-что сделать для моей бабули.

— А я бы пошла, — сказала Джейн. — Возьму с собой фотоаппарат.

— Отлично. Если вы пойдете, покажу вам обеим окрестности. — Глаза Рэта сверкнули как-то особенно. Казалось, будто он что-то замышляет.

— Ты же не собираешься познакомить их с кем-нибудь из твоих друзей, а, Рэт? — с беспокойством спросила Конни. — Ты же знаешь, что Аннина побаивается Волка, верно?

— Волк ей не нравится! — воскликнул он. — Ну, тогда я должен показать ей, что он просто безобидный щенок по сравнению с…

Кол вскочил:

— Пора идти. Нужно пораньше прийти на математику, чтобы занять удобные места. — И он утащил за собой Рэта, успевшего съесть только половину обеда.

Джейн покачала головой: