Рудники минотавра - Хелемендик А. - Страница 38

— Смотри! — кричала она. — Они никакого внимания не обратили на мои письма! Они даже не удосужились прийти и еще раз обследовать скалу — и это после всех усилий, которые приложили Гард и Конни, уговаривая каменных духов нам помочь!

Мак отодвинул чашку с кофе и стал читать письмо. Читая, он вскочил, сжав кулак, и смачно выругался.

— Они не станут, — сказал он, дойдя до конца. — Они не смогут!

— О, разумеется, и станут и смогут! — сказала Эвелина, в досаде пиная заднюю дверь.

Конни, наблюдавшая за происходящим, толком не понимая, в чем дело, протянула руку за письмом.

— Можно мне прочитать? — спросила она.

Эвелина и Мак переглянулись.

— Лучше не надо, — сказала Эвелина, выхватывая письмо у Мака и пряча его обратно в конверт.

— Почему?

— Ну, потому что у тебя впереди трудный день: ты ведешь Советников посмотреть на метку. Хватит с тебя беспокойства.

— Но так ведь будет еще хуже! — сказала Конни. — Я буду придумывать себе всякие ужасы, если вы не расскажете мне, что случилось.

— Она права, — сказал Гард. — Лучше расскажите нам, что в этом письме.

— Хорошо, — со вздохом сказала Эвелина, садясь к столу. — Совет хочет, чтобы мы переехали.

— Переехали? — Конни даже рот открыла.

Эвелина кивнула.

— Но они не могут… Только не сейчас, когда духи камней помогли нам! — сказала Конни.

— Прости, но совет не верит, что теперь тут безопасно. Нам нужно как-то заставить их еще раз прийти и взглянуть на него снова. Но я не знаю, как их убедить. Нам нужно чудо — что-то по-настоящему впечатляющее, — чтобы заставить их передумать.

Была свежая, ясная ночь, когда Конни, Кол, Мак и Эвелина готовились к встрече с Советом у рудника.

Выйдя из дома в темноту, Эвелина взяла Конни за руки. Она чувствовала, как племянница дрожит от холода и волнения.

— Я уверена, что все пройдет прекрасно, — тихо сказала она, пока Мак закрывал заднюю дверь. — Просто сделай, что они попросят, и все будет в порядке.

— Надеюсь, — с несчастным видом сказала Конни. — Но это нелегко, ты знаешь.

— Могу себе представить: это очень странно — пустить людей в свой внутренний мир, чтобы они совали нос в каждый уголок.

— Да, но самое трудное — это не вмешиваться. Я обнаружила, что мое сознание — очень загадочное место.

— Ну я уверена, что Советники не станут делать ничего, что спровоцировало бы тебя. Все, чего они хотят, — это увидеть метку.

Советники и Страж ждали их у входа в рудники. Морджик и Кингу разжигали костер, озаряя лощину ярким оранжевым светом. Когда Конни приблизилась к ним, она заметила, что тени птицы, дракона, единорога и Минотавра падают на скалу позади них, образуя их удлиненные силуэты — как изображения мифических существ на ее мысленной стене.

— Конни, рады тебя видеть, — сказала Кингу, провожая ее на место рядом со Стражем. Эвелина, Кол и Мак заняли места на каменной плите позади круга Советников. — Мы еще ждем Айвора Коддрингтона. Он призывает Огого.

Конни поперхнулась:

— Я не знала, что они тоже придут.

«Мне следовало сообразить это раньше, — думала она, злясь на саму себя. — Я даже не оставила себе времени подготовиться».

— Само собой, — сказала Кингу. — Все Советники должны присутствовать.

— Но я никогда раньше не встречалась с погодным великаном. Я не знаю, что может случиться. Поддерживать столько контактов одновременно и так трудно… — Последнее, чего бы ей хотелось, так это чтобы мистер Коддрингтон бродил по ее сознанию.

Кингу нахмурилась:

— Мы понимаем, но нам всем необходимо увидеть доказательство — и им тоже.

На тропинке, там, куда не доставал свет от костра, хрустнула веточка.

— Разумеется, — сказал мистер Коддрингтон, появляясь из темноты. Конни почувствовала за его спиной чье-то присутствие; темная туча заслонила звезды там, где стоял великан. — Мы настаиваем на том, чтобы идти впереди, как и было условлено. Я не успокоюсь, пока собственными глазами не увижу эту воображаемую метку.

Конни вскипела. Воображаемую метку? Послушать его, так можно подумать, что она все это выдумала. Конни еще раз попыталась найти понимание у Кингу.

— Видите ли, мне просто трудно владеть собой, когда я расстроена.

Минотавр понимающе замычал.

— Если вы хотите состоять в Обществе, вам придется научиться делать то, что вам велят, — язвительно сказал мистер Коддрингтон.

Громовая Птица сердито заклокотала и клюнула землю у самых ног мистера Коддрингтона, заставив его испуганно отскочить.

— Извините, она просто заметила червяка, — сказал Орленок, как-то странно посмотрев на посредника погодного великана.

— Постарайся, Конни, — сказала Кингу, бросив предостерегающий взгляд на индейца и его подопечную. — О большем мы тебя просить не можем.

Конни нехотя кивнула.

— Ты готова? — спросила Кингу.

— Да, — ответила Конни, пытаясь сосредоточиться и успокоить свои эмоции.

Страж ласково взял ее за плечи и оглядел Советников.

— Коридоры сознания никогда не бывают такими же, как в первый раз, — предостерег он. — Это все равно что начинать все заново. Следуйте за мной. Не делайте ничего, что может рассердить нашу хозяйку. Ничего не трогайте.

С этими словами он закрыл глаза, и Конни немедленно почувствовала, как его силуэт появился на пороге ее сознания. К нему тут же присоединились Громовая Птица, Морджик и Ветер-Жеребенок, а вскоре после них — их посредники.

— А где Айвор и Огого? — спросила Кингу.

Ее призрачная сущность шагала туда-сюда, всматриваясь в темноту. Конни нехотя потянулась к Огого, устремившись к источнику гудения в ее голове, которое она всегда ощущала в присутствии погодных великанов. Холодный кулак протянулся к ней навстречу. Распрямляясь, призрачный Айвор шагнул к остальным Советникам. Сам великан клубился вокруг них, не принимая четкой формы, но кружась, как гонимые бурей тучи.

— Начнем, — сказал Страж, проходя через врата.

В прошлый раз, когда Страж посещал сознание Универсала, это было запутанное, но не враждебное место. На этот раз, как только он вошел, в лицо ему ударил сильный поток воздуха, пытаясь оттеснить его назад, туда, откуда он пришел. Он ничего не сказал, только нагнул голову, борясь с ветром. Конни наблюдала его смятение, не зная, чем ему можно помочь. Казалось, что частичка ее души взбунтовалась против ее сознательной сущности. Призрачный Морджик расправил крылья, чтобы заслонить от ветра своего посредника;

Кайра прильнула к шее Ветра-Жеребенка. Орленок и Громовая Птица следовали сразу за ними, пользуясь прикрытием, которое создавал дракон. Мистер Коддрингтон, пригнувшись, замыкал шествие, окутанный клочьями тумана своего товарища. Наблюдая за ними, Конни осознала, что ее разум пытается рассеять погодного великана и изгнать его посредника. Ей необходимо было принять меры, или контакт завершится, толком не начавшись. Сосредоточившись как следует, она послала встречный поток воздуха, дующий из-за спины Советников. С огромным трудом ей удалось заставить ветер отступить назад по коридору и мысленно захлопнуть за ним дверь. Советники теперь могли передвигаться быстрее.

— Сюда! — сказал Страж, указывая им на широкий лестничный пролет.

Уверенными скачками он перепрыгивал через две ступеньки, а за ним по пятам следовал Орленок. Морджик полушагал, полусъезжал по ступенькам. Кайра спешилась, чтобы помочь спуститься Ветру-Жеребенку, и единорог осторожно переступал со ступеньки на ступеньку. Но когда мистер Коддрингтон поставил ногу на первую ступень, лестница под ним внезапно исчезла и сделалась гладкой, как ледяная горка. Нога у него поехала, он упал и проскользил весь спуск до самого конца с развевающимся за спиной пиджаком. Когда он встал, оказалось, что его брюки лопнули на пятой точке, и в прорехе стали видны красно-белые кальсоны, неожиданно яркие на фоне его призрачного тела. Приглушенный шум прокатился по коридорам, будто смех далеких зрителей. Он натянул пиджак на прореху и злобно буркнул Стражу: