Глинглокский лев. (Трилогия) - Степной Аркадий - Страница 31

– Душно в казарме, господин сержант! – ответил Гарт, глядя неподвижным взглядом поверх его головы.

– Это верно, в казарме душно, – подтвердил сержант, задумчиво оглядев взбодрившиеся лица своих подчиненных. Он не мог не отметить благую перемену в их настроении и понимал, чем эта перемена вызвана. В другое время овцам досталось бы по самое «не хочу», но это в другое время – в мирное. Сержант еще раз посмотрел на Гарта, по достоинству оценил его солдатскую выправку и принял решение: – То, что ты про реку сказал, солдат, – это верно. И про то, что вам послезавтра выступать, – это тоже верно. И даже про капитана вашего – не поспоришь. Вот только такой опытный солдат, как ты, должен знать, что вести такие речи в военное время – это подрыв дисциплины и саботаж. И даже отдает изменой.

– Виноват, господин сержант! – рявкнул Гарт, а Рустам нешуточно приуныл.

– Еще бы! – жестко отрезал сержант, встал прямо перед Гартом и уже спокойно продолжил: – Чтобы такое больше не повторялось, ясно?

– Ясно, господин сержант!

– То-то же, отдыхайте бойцы.

Сержант развернулся было и пошел в сторону ворот, когда оттуда бегом прибежал предупрежденный стражниками капрал. Он, задыхаясь, выпрямился и, запинаясь, доложил:

– Г-господин сержант, на п-посту все в порядке.

Сержант дал ему немного отдышаться и затем строго спросил:

– На посту, может, все и в порядке, а почему у тебя здесь посторонние? Службу не знаешь?

– Господин сержант, я могу все объяснить… – густо покраснел капрал.

– Ладно, уже разобрались, – прервал его сержант, – пускай остаются. А вот что у тебя на постах происходит, мы сейчас с тобой и проверим.

Только когда сержант с капралом растворились в темноте, стражники позволили себе расслабиться и снова расселись вокруг костра. Рустам с облегчением перевел дыхание, а Гарт негромко заметил:

– Толковый у вас сержант, ребята.

– У нас все такие, – ответил ему стражник со шрамом на виске.

– И граф у вас толковый, – добавил Гарт, а стражник со шрамом усмехнулся:

– Потому и сержанты у нас – такие.

Гарт многозначительно кивнул в ответ, а стражники помоложе задумались над этими словами. Гарт тем временем сладко потянулся и широко зевнул.

– Гарт, ты не докончил, что там еще к полку полагается? – напомнил ему Рустам.

– Ах да… – Гарт рассеянно провел ладонью по лицу. – Кроме стрелков командиру полка полагается заместитель в лице первого унтера, полковые сержанты, вестовые капралы, штаб… Мм… Рустам, если ты не против, давай закончим в другой раз. Спать хочется зверски. Все равно офицерская должность тебе в ближайшие дни не светит. Так на хрена тебе эта лабуда?

– В принципе действительно не нужна, вот только помнишь, с чего мы начали разговор? – напомнил Рустам. – Скоро в бой, а что там надо делать, я до сих пор не представляю.

– Мм… – Гарт задумчиво взъерошил свою буйную шевелюру. – Ну в бой нам в принципе идти придется не завтра и даже не послезавтра, послезавтра мы только выступим из города. Значит, время у нас еще есть. К тому же бой бою рознь. На месте будет лучше видно, что нужно делать. В общем, давай поступим так. – Гарт заглянул другу в глаза. – Ты мне веришь?

– Верю, – твердо ответил ему Рустам.

– Тогда ни о чем не волнуйся, на первое время моего опыта хватит на троих, а дальше разберемся. Лады? – Гарт смотрел ему прямо в глаза, и Рустаму было этого достаточно.

– Лады.

– Вот и здорово, – улыбнулся Гарт, – а теперь спать, спать и еще раз спать.

Глава 6

БИТВА НА МАЛЬВЕ

Утреннее солнце еще не успело взойти над городом, а Лондейл уже кипел жизнью. По приказу его величества воины покидали город, чтобы присоединиться к армии короля и дать отпор завоевателям. Два коронных полка – арбалетчики и копейщики, – полк безнадежных, а также рыцарская конница графа Лондейла и его вассалов составляли целое войско. Проводить солдат, казалось, захотел весь город. Несмотря на ранний час, улицы были заполнены людьми, и городским стражникам пришлось немало потрудиться, расчищая дорогу для солдат. И тем не менее добрые горожане заполнили каждый свободный участок земли на пути следования воинской колонны. Женщины выглядывали из окон домов и махали белыми платками, мальчишки залезли на крыши и восторженно кричали, подбрасывая в воздух шапки. Толпа с восторгом приветствовала благородных рыцарей, закованных в доспехи, с их пажами и оруженосцами, коронных арбалетчиков с большими щитами на спине и коронных копейщиков, жала копий которых были начищены до блеска и искрились в лучах утреннего солнца. Горожане явно гордились этими отрядами, по праву считая их своими, львиная доля солдат состояла из местных уроженцев. Толпа милостиво одарила своими приветствиями и полк безнадежных, хотя они и шли без оружия под охраной конных стражников.

Рустам шел рядом с Гартом и Дайлином, овцы безуспешно пытались держать строй, подражая коронным полкам, что, впрочем, у них с трудом получалось. Их капитан ехал во главе своих людей на вороной смирной кобыле, он воинственно надувал щеки, топорща черные усы, и то и дело опускал руку на рукоять своего меча. Глядя на его ужимки, Гарт невольно усмехнулся, Дайлин улыбнулся, а Рустам не на шутку встревожился. Он не представлял, как они будут сражаться, если за месяц, проведенный им в составе безнадежных, не было проведено ни одного занятия по боевой подготовке. И воинственные гримасы их командира не добавляли ему оптимизма, напротив, вселяя серьезную тревогу за свою судьбу. Все, что ему оставалось, так это положиться на Гарта, на его обещания и опыт. Тоже немало, если подумать, и все же Рустаму было бы легче, если бы в полку за это время провели хотя бы одно учение. Тем временем колонна наконец покинула городские стены, прошла через пригород, приветствовавший их не менее бурно, и вышла на северную дорогу. Какое-то время за нею еще бежали восторженные мальчишки, но вскоре и они отстали.

За девять дней похода овцы, обутые в деревянные башмаки, напрочь сбили ноги, только хозотряд, проехавший весь путь в обозе на повозках, не пострадал. Сэр Хорнблай – старший сын графа, возглавивший лондейлские отряды, – разумно разместил безнадежных между коронными полками. Суровые копейщики задавали темп и подгоняли отстающих овец тупыми концами своих двухметровых копий.

Рустама с Дайлином Гарт еще в казарме обучил, как лучше обмотать ноги и подогнать под них свои грубые башмаки. Благодаря этому они избежали кровавых мозолей и сравнительно неплохо перенесли этот переход. Ночь солдаты провели прямо в поле, коронные полки развернули походные палатки. У безнадежных палатки были настолько дырявы и грязны, что большинство заночевало прямо под открытым небом, благо погода стояла ясная. Рыцари направились на ночевку в расположенный неподалеку замок, пригласив с собой офицеров коронных полков. Капитана безнадежных они с собою не позвали, и он вместе со своими людьми и сержантами отправился в близлежащую деревеньку в надежде найти там постоялый двор. С овцами остались только капралы, которые, отчаянно ругаясь, забрали у хозотряда единственную пригодную палатку.

Утро началось с происшествия: при перекличке недосчитались трех солдат из второго пула первой сотни. Капитан безнадежных раздобыл в деревне вина и сейчас вместе со своими сержантами и стражниками еле держался в седле. Разъяренный Хорнблай после первых же его слов двумя сильными ударами сбил капитана с лошади. Выбрав из стражников десяток посвежее, он отправил их вместе с полковым целителем на поиски беглецов под командой сержанта коронных арбалетчиков. Целитель, выпивший этой ночью не меньше своего капитана, тем не менее живо протрезвел при виде скорой расправы, проведенной над его собутыльником, и, немного пошептав и покрутившись посреди поля, уверенно указал направление, по которому и направилась погоня. Тем временем Хорнблай, не желая тратить больше времени, приказал командирам построить отряды в походные колоны и незамедлительно продолжить путь.