Клинок для героя. Трилогия - Бадей Сергей - Страница 108

– Про бой. С того момента, как меня ранили.

– Ну я точно не знаю, когда тебя ранили. Я в это время занимался снайпером–дроу. Когда я с ним закончил и вышел к основному месту боя, ты уже отдыхал со стрелой в плече.

– Так.

– Онтеро сказал, что стрелу выдергивать нельзя. Мол, от этого ты откинешь сандалии. Но не сразу, и это «не сразу» доставит тебе очень мучительные ощущения. Ты вдруг открыл глаза и сообщил, что эта дроулевская стрела вытягивает из тебя силы. Потом тебя облепило что–то типа вьюнка, и ты стал выздоравливать. Стрела сама выползла из раны и отвалилась в сторону.

– Все?

– Все!

– Врешь! – с удовольствием сообщил Семен. – Причем беспардонно! Причем мне, эльфу!

Облачко приподнялось над ладонью Семы, сделало круг и снова улеглось.

– Попробуй еще раз! – процедил Сема, многозначительно поглядывая на эту гадость. – Но учти! Если и сейчас обманешь, то получишь все в полном объеме.

– Уф! – тяжело вздохнул я. – Хорошо. Но тут такой бред начинается, что я сам не могу разобраться.

– Значит, будем разбираться вместе! – твердо сказал Семен. – Рассказывай!

– Когда Онтеро сказал, что шансов у тебя нет, я впал в какое–то состояние… Что–то вроде транса. И неожиданно почувствовал лес.

– Какой лес? – напрягся Семен.

– Ну этот лес. В котором мы находились. Какой же еще? Не отдельные деревья, а весь лес сразу. Казалось, что он смотрит на меня и чего–то ждет. Ты сказал, что тебя может спасти только магия леса…

– Ну? – поторопил меня Сема.

– …Ну я и попросил его, чтобы он тебя спас. Он вроде не возражал.

– И что?

– И то! – огрызнулся я. – На свою голову, оказывается, попросил! Причем буквально!

– Он что, откликнулся на твою просьбу? – пораженно выдохнул Семен.

– Ну да! Во всяком случае, мне так показалось. Потому что, когда я его поблагодарил, он мне сказал нечто вроде: «Не за что!»

С Семена можно было писать аллегорическую картину. Вот полное впечатление, что кто–то невидимый подкрался с пыльным мешком и со всего маху впечатал этим мешком Сему по макушке.

– Ты разговаривал с лесом? – наконец выдавил из себя Сема. – И он тебе ответил? Но этого не может быть!

– Почему? – пожал плечами я.

– Потому что ты – айранит! Ты не эльф! Ты – айранит! Улавливаешь разницу?

– Ты хочешь сказать, что я вру? – мягко поинтересовался я, прикидывая траекторию полета и готовясь отпрыгнуть, если этот тип вздумает запустить в меня облачком боли.

Семен замер, всматриваясь в меня.

– Да нет, – упавшим голосом сказал он. – В том–то и дело, что не врешь. Ничего не понимаю!

Семен в явном замешательстве почесал затылок.

– Ты эту боль убери! – озабоченно попросил я.

– Какую? …Ах, да!

Облачко над ладонью Семена растаяло без следа.

– Неужели и вправду бы метнул? – укоризненно спросил я.

– Иллюзия, Влад, иллюзия, – сообщил мне Семен. – С ее помощью многое можно сделать.

– Ах ты!.. Шантажист ушастый! Ты сейчас сам из окна выпрыгнешь или предпочитаешь вылететь вместе с креслом?

– Но должен же я был узнать, что произошло на самом деле?!

– Но не такими методами!

– А что делать, если на тебя другие методы не действуют?

– А ты пробовал?

– Да! Еще вчера. Ты вообще какую–то чушь понес!

– И никакую не чушь! Как было, так и сказал.

Семен вскочил и заметался по комнате, что–то бормоча себе под нос и делая умное лицо. Ну это он так разговаривает с умным человеком, а с некоторых пор – умным эльфом. Я с интересом наблюдал за замысловатыми траекториями его перемещений.

– Сема! Ну чего тебя носит? Что тут такого?

– Ты не понимаешь, Влад! Неслыханное дело! С лесом может общаться не эльф!

– Ну так это уже давно известно! Разве Орантоэль этого не говорил?

– Говорил, – вынужден был признать Семен. – Но мы с Мармиэлем не приняли его слова всерьез. Мармиэль даже высмеял Орантоэля. Больше Орантоэль об этом не заговаривал.

– Вот и ты не заговаривай! – посоветовал я. – А то и тебя высмеет твой гуру. Он только меня не высмеивает.

– Да! – согласился Сема. – Как–то трудно высмеять, когда от удара справа летишь в кусты, которые находятся слева. Ведь именно это произошло, когда он предпринял такую попытку?

– Нет, – вынужден был признать я. – Вернее, сама последовательность действий описана тобой правильно. Просто причина была несколько иной. Когда он зубоскалит непосредственно надо мной, я еще могу терпеть. – При этих словах Сема иронично приподнял брови. – Да! Могу! Но тогда он зацепил человечество. А вот этого я и не стерпел.

– Но ты же, оказывается, тоже не человек, – напомнил Семен. – Какое тебе дело до человечества?

– С одной стороны – я этого тогда не знал… – задумчиво сказал я.

– А с другой? – заинтересованно поторопил меня Сема.

– Знаешь, чем больше я наблюдаю за этим миром, тем больше задаюсь вопросом: а чем же отличаются все эти народы от людей там, на Земле?

– Ты что?! – вскинулся Семен. – Тебе надо объяснять, в чем различия? Нашел что сравнивать!

– Да я не физиологию имею в виду! – оборвал я Семена. – Характеры! Черты, присущие людям, – те же и у эльфов, и у айранитов!

– Ты еще скажи – и у орков, – иронично добавил Семен.

– Сема, а помнишь ту толпу скинов, которая пыталась пробраться в общагу, где живут темнокожие студенты? Чем тебе не орки?

– Вот вы орки и есть! – убежденно раздалось от двери.

Обернувшись, я увидел, как в проем медленно втискивается похмельное тело Валерки.

– Разве можно так орать, когда мне так плохо? – кривясь от боли, поинтересовалось оно, то есть тело.

– У–у–у! Еще и этого лечить! – застонал Семен.

– Про Онтеро тоже забывать не стоит, – озаботил Сему я. – Вот видишь! Кем бы ни был индивидуум по национальности, «головняк» поутру у всех одинаковый! Разница только в количестве выпитого.

– Не по национальности, а по расе! – педантично поправил меня Семен.

– Слушайте! Расисты драные! У меня голова трещит, а они о чем–то своем, о девичьем, – застонал Валерка.

– Ничего! Помучайся, – безжалостно отозвался Сема. – Думаешь, я не слышал твоих провокационных речей?

– Каких?

– «Эльфу наливайте побольше! Чтобы он сразу вырубился и не мешал нам веселиться!» – передразнил Валерку Семен. – Вот теперь самая «веселуха» и началась. Не смею мешать!

– Да ладно! Прости мальца, – примиряюще сказал я, с сочувствием наблюдая за мучениями Валеры. – Ляпнул, не подумав. С кем не бывает?

– Здесь так нельзя! – поучающе сказал Сема, делая пасы в сторону Валерки. – Здесь любой «ляп» может стоить здоровья, а то и жизни!

– Спасибо, Сема! – просветлел лицом и воспрял духом Валера. – Спаситель! Слово даю, что больше ни капли!

– Кто? ТЫ?! – изумленно поднялись брови Семена.

– Нет! ТЕБЕ! – в тон откликнулся Валерка.

Мы успели выскочить из комнаты и спуститься по лестнице, пока к Семену не вернулся дар членораздельной речи.

Во дворе мы застали занимательную картину. Посреди двора стояла добротная бочка, наполненная водой. У бочки стояла личность, засунув в воду голову и пуская пузыри. По комплекции я узнал Онтеро. Вокруг него выстроилась немногочисленная челядь барона и с интересом наблюдала бесплатный спектакль. В это время запас воздуха у Онтеро закончился, и он выдернул голову из воды. Отфыркиваясь, он прислушался к себе, застонал и снова нырнул в воду.

– Вот видишь, к чему бы могли тебя привести необдуманные слова, – заметил я. – Надо будет направить его к Семе.

– Только не сейчас, – мудро изрек Валерка. – Семе надо еще после моего излечения успокоиться. Неизвестно, что Онтеро ему может сказать.

– Да нет, – отозвался я, приглядываясь к в очередной раз фыркающему айраниту. – Как раз Онтеро отличается редкостным благоразумием. Он вчера молчал. Да и сейчас вряд ли скажет что–нибудь членораздельное.

– О! Вы уже проснулись? – На крыльце появился барон.

У него что, есть свой целитель? Ведь вчера пил наравне с нами, если не больше. А тут поди ж ты! Весел и бодр!