Клинок для героя. Трилогия - Бадей Сергей - Страница 130

Единственной, кого мне не удалось призвать в ряды окружения, была Катрина. На мое требование выйти и присоединиться она ответила коротко и ясно, что в переводе примерно звучит так: «Отстань! Я устала и спать хочу».

Переждав всю гамму чувств, пробежавшую по лицу кавалера, я сурово спросил:

– Так! И что же это за художества? Вон там, у меня над головой.

– А как же? – радостно отозвался Кетван, нимало не смущенный суровостью моего тона. – Так уж положено! Если есть основатель, то его надобно изобразить надлежащим образом.

– Что?! – возопил я, услышав сдавленный смешок за спиной. – Это и есть «надлежащий образ»? Ты что, с замковой стены свалился? Где я, а где образ?

Кетван озабоченно сравнил оригинал с портретом и покачал головой.

– А ведь говорил я ему, что не похож. Что же теперь делать? Проткнуть его мечом, что ли, или заставить перерисовывать?

– У меня гномьего эля больше нет! – решительно заявил хозяин таверны. – Мне его вздохновения без надобности!

– Да вообще этот портрет не нужен! – решительно заявил я.

– Да какой же клюб без портрета? – удивленно поднял брови Кетван. – Ты же сам говорил, что в клюбе вешается портрет основателя!

– Это когда я такое говорил? – изумился я.

– А в аккурат после того, как мы последнюю бочку эля тут выпили и собирались идти в соседнюю таверну, – напомнил мне Кетван.

– Что–то такое было, – попытался вспомнить Валерка. – Точно сказать не могу, но что–то ты такое говорил.

– А я не помню, – отмахнулся Онтеро в ответ на мой вопросительный взгляд.

– Понятно, – вздохнул я. – Так вот, благородный Кетван. Не клюб, кстати, а клуб может обходиться и без портрета основателя. Особенно без такого вот портрета! Главное – не портрет, а дух клуба! Ведь клуб – это, в сущности, тот же орден, только неофициальный. Да и какой же я основатель, скажи на милость? Кто тут проводил соответствующие изменения и принимал решения?

– Ну я, – вынужден был признаться Кетван.

– Вот, значит, ты и есть основатель, – подвел итог я.

– Но ты же указал нам путь! – запротестовал Кетван. – Сейчас половина нашего ордена отправилась в поход, дабы стать достойными членами этого клю… клуба, – поправился он.

– Вы сами избрали этот путь, – высокопарно изрек я. – А я только подтвердил, что этот путь правилен.

– Это надо отметить! – решительно произнес Кетван, обрадованно потирая руки. – Но разреши все–таки оставить тебя среди основателей. Это очень важно. На молодых кавалеров произвело большое впечатление, когда ты одним ударом перерубил вон ту балку. Теперь каждый так и норовит проделать то же…Да не дергайся ты, Пуссен! Я специально распорядился, чтобы ее на этот раз сделали из железного дерева. Пусть рубят себе на здоровье. Ведь клинки править потом будут не за твой же счет.

– А если все же перерубят? – опасливо спросил хозяин.

Кстати, только сейчас узнал, что его Пуссеном зовут. Все как–то не было времени и желания об этом спрашивать – всё хозяин да хозяин.

– Его может перерубить только вот этот благородный кавалер, – указал Кетван на меня. – А он, пока трезвый, такого делать не будет. Да и выпимши тоже не будет. Одного раза достаточно.

Кавалер, радостно потирая руки, прошел к столику.

– Сегодня же проведем сбор всех наших, кто есть в городе. Я надеюсь, ты же не собираешься нас сегодня покинуть?

– Нет, конечно! Только вон то непотребство надо снять! – Кивком головы я указал на полотнище в конце зала.

– Снимем! – заверил меня Кетван, наливая себе в кружку эль, услужливо поданный Пуссеном.

– И еще одно, – вкрадчиво сказал я, наблюдая, как Кетван с удовольствием поглощает эль. – Прикажи орлам вести себя прилично. С нами будет дама.

Кетван поперхнулся. Валерка молодецким ударом по спине прервал кашель кавалера.

– Я не ослышался, благородный Влад? Ты сказал – дама? – нерешительно спросил Кетван, когда прокашлялся.

– Не ослышался, – подтвердил я, без всякого сочувствия наблюдая за реакцией кавалера.

– Но в нашем ордене не может быть дам! – отчаянно воскликнул Кетван. – Это невозможно! Нас же засмеют!

– А кто говорил о том, что она будет кавалером нашего ордена? – удивленно спросил я.

– Ну, раз уж она будет принимать участие в заседании, то это само собой разумеется! Только члены ордена могут принимать участие в заседаниях.

– Это записано в Уставе? – прищурился я.

– Нет, – смутился Кетван. – Но это как бы повсеместно принято.

– Тогда давай ее проведем как даму моего сердца. А в Уставе запишем, что дамам сердца не возбраняется присутствовать в исключительных случаях на заседаниях, – невозмутимо предложил я.

Остекленевший взгляд кавалера был достойным ответом на мое предложение.

– Ну что тебе не нравится? – сердито спросил я.

– У тебя есть дама сердца? – потрясенно проговорил Кетван.

– Да вот, обзавелся по случаю, – покаялся я, удрученно кивая. – Как–то так спонтанно получилось.

– Как получилось? – не понял Кетван.

– Случайно, – перевел Семен, осуждающе взглянув на меня. – Но я что–то в этом сомневаюсь. Ты же ее специально искал?

– Искал–то специально, а вот нашел – случайно, – парировал я. – Или скажешь, что и ту драчку с драконами я подстроил?

– Так ты дрался с драконами?! – даже задохнулся от восторженного изумления кавалер. – А еще говоришь, что не можешь быть основателем! Расскажешь, как это было?

– Да что там рассказывать! – отмахнулся я, лихорадочно соображая, как вывернуться из создавшейся ситуации.

Вот ведь! Ляпнул, не подумав. Вот как теперь все это расхлебать?

– Просто эти крылатые огнеметы напали на девушку, а мы ее защитили. Вот, собственно, и все, – сообщил я. – А она и оказалась как раз той, которую я и искал.

– Огнеметы? – улыбнулся Кетван. – Очень забавно! Они действительно мечут пламя?

– Еще и как! – подтвердил Онтеро. – Только мы можем от него уклоняться. А это немало!

– Вот тут благородный кавалер Кетван рассказал о том, что мы, мол, сражались с драконами… – Я остановился и вперил строгий взгляд в вышеупомянутого кавалера. – Да! Было такое дело…

Зал, заполненный членами новоявленного клуба, восторженно вздохнул.

– Но что касается меня, то я ничего особо героического в этом не вижу…

– Так это что касается тебя, благородный Влад, – вставил Кетван. – А вот мы видим и хотим знать, как было дело.

Зал загудел в смысле: «Таки да, хотим знать».

– Да ничего особенного, – начал вдохновенно сочинять я, заметив, что Семен поморщился оттого, что почувствовал ложь. – Мы просто ехали, когда увидали над лесом парочку драконов и услышали крики девушки о помощи.

Катрина хмыкнула, но опровергать не стала. Все кавалеры повернули головы к ней и романтично вздохнули. Конечно, каждый вздохнул тихонько, но общий шум был приличный.

– Учтите, это дама моего сердца, – предупреждающе сообщил я.

Снова последовал вздох, но на этот раз сожалеющий. Глупцов, думающих, что смогут у меня отбить даму, не нашлось.

– Как выяснилось, – продолжил между тем я, – драконы не могут перемещать пламя, коль уже начали его выдыхать. Для того чтобы снова его выдохнуть, им приходится прерывать процесс, снова набирать высоту, нацелиться и, перейдя на планирование, повторить попытку. Именно на этом мы и сыграли. Уклоняясь от огненных струй, мы прорвались к девушке и заслонили ее от нападения этих зверюг. Они не решились нападать на троих вооруженных мужчин и эльфа. Вернее, я бы сказал, эльфа и троих вооруженных мужчин.

– Ну конечно, – донеслось из рядов кавалеров, – какой дурак рискнет нападать на эльфа? А драконы – они не дураки!

– Разрешите мне сказать? – неожиданно подала голос Катрина. – Благородный Влад не совсем точно описал события. Несомненно, сделал он это из присущей ему скромности. Ведь всем известно, что скромность – неотъемлемая черта благородного человека.

Зал загудел. Абсолютно все были согласны с приведенным тезисом.