Становление (СИ) - Соколова Стэлла - Страница 103

   Видя эти страдания, он почувствовал прилив ненависти к тем двоим, что так жестоко обошлись с ашерами. В голове его билась лишь одна мысль:" Убить. Он должен их убить. Всех и каждого, кто посмел отвернуться от Ашара Великого, кто посмел пойти против него". Теперь он знает, кто он такой и зачем вообще появился на этот свет - вернуть своему Истинному Богу его привилегии. Да, теперь он знает...

   За один миг до того, как открыть глаза, он понял, почему лицо жрицы показалось ему таким знакомым - это было лицо его матери, которую он видел всего один раз в жизни.

   Империя Ардейл. Сейн. Черный Замок.

   Дэмиен стоял посреди двора, терпеливо ожидая, пока Эйрин и Тим оседлают своих Лиров. К слову сказать, появление в Черном Замке Нирана стало для де Мора приятным сюрпризом, который, к сожалению, был единственным за этот день. Когда Нира рассказал, что выкинул Лазар с доской для "Встречи", Дэмиен был готов свернуть ему шею. Не потому, что доски эти не так-то просто найти, а потому, что не хватит мальчику сил справиться. Вот и все.

   Правда, Ниран, за прошедшие годы, стал куда-как более терпеливым, он просто пожал плечами и сказал:

   - Таков выбор Владыки, мы - его верные подданные, можем только верить и уповать.

   Дэмиен, не выказав удивления, молча кивнул и отправился собираться в дорогу. Все, кого Лазар отправлял за пределы Сейна, должны были выехать в одно и то же время - этого требуют правила "Встречи". Фигуры должны занять свои места на досках прежде, чем игрок сможет сделать свой ход. У противника все камни стояли на своих местах, так что дело за Лазаром. Тут-то и возникла проблема - правила игры не запрещают противнику выдвигать свои камни до того, как противник будет готов. И, что-то де Мору подсказывало, что соперник Императора уже сделал свой первый ход.

   Догадку его подтвердил Ниран - пригласив Дэмиена в свои покои, он сказал, что отправится на Юг, вместе с Тифаром и Реджем. На вопрос, зачем, друг и повелитель предпочел промолчать, но Дэмиен прекрасно осознавал, что даже сам факт появления Нирана в Сейне говорит о многом.

   Ниран, со счастливой улыбкой держал на руках малыша Айя, который в своей обычной, меланхоличной манере, рассматривал деда. Рашна, большую часть времени проводившая с сыном, обеспокоенно смотрела на собравшихся во дворе. Насколько понял Дэмиен, Лазар предпочитает не посвящать супругу в дела и проблемы Империи, почему - его тайна. В конце концов, женщины, ставшие матерями, перестают нормально и рационально воспринимать происходящее - везде им чудится угроза своему чаду, от которой защитить дитя может лишь мать. а учитывая, что сейчас над Империей нависла угроза реальная, вероятнее всего Лазар опасается, как бы супруга не вспомнила свое прошлое и не отправилась наводить порядок в Империи. Одна.

   С непередаваемой нежностью Ниран поцеловал внука в пухлую щечку и передал матери, потом посмотрел на сына и в глазах его промелькнуло нечто, чего ранее не было. Склонив голову перед сыном - нынешним Владыкой Империи, Ниран сказал:

   - Мы отбываем. Будь осторожен, сын.

   Лазар улыбнулся и кивнул - от отца сложно ожидать более открытого проявления эмоций, уже то, что он назвал его сыном, а не оболтусом, говорит о многом. Окинув взглядом свои "фигуры", Лазар благодарно им кивнул и сказал:

   - Можете отправляться.

   Лука Радж помахал на прощание рукой и открыл портал дальнего перехода, то же самое сделал и Дэмиен. Когда двор, всего миг назад заполненный Лирами и воинами,опустел, Лазар приобнял Рашну за плечи и тихо сказал:

   - Все будет хорошо.

   Рашна, обеспокоенно вглядываясь в глаза мужа, кивнула и с грустной улыбкой посмотрела в ясное личико сына. Ай, сжав кулачки, рассматривал бирюзовое небо, видимо над чем-то раздумывая. Поцеловав жену в висок, Лазар мягко сказал:

   - Возвращайся в свои покои, хорошо?

   Рашна кивнула, хотя единственным ее желанием было огреть муженька по рогатой голове, чтобы впредь неповадно было. Удумал тоже, сам все решать... Это ему еще повезло, что Ай слишком маленький и огорчается часто, когда матери нет, вот и приходится все время с ним проводить. Так бы Рашна уже давно вмешалась бы в происходящее. В конце концов, она никодга не отличалась особой кротостью и послушанием.

   Империя Ардейл. На дороге к Южной Заставе.

   Когда их буквально выдернуло из портала, не удивился только Ниран - он уже сталкивался с чем-то подобным и, в свое время, совершил ошибку, которая повлекла за собой многочисленные жертвы. Больше он не допустит чего-то подобного. Как только портал бесшумно захлопнулся, бывший Император, грозно нахмурившись, осмотрелся. Вся их компания оказалась в лесу, а учитывая то, что портал был направлен в Южную Заставу, вероятнее всего, их выкинуло где-то на полпути. Густые кроны заслоняли свет солнца, отбрасывая на землю черные тени, где-то в глубине чащи звонко журчал ручей, а землю под ногами плотным ковром усыпали опавшие листья и хвойные иглы. Тифар, которому повезло больше всех, умудрился приземлиться на ноги, ну... Другого Ниран от него и не ожидал. Де Льен всегда нравился ему - прямой как стрела, порой нетерпимый до крайности, но всегда благородный. Даже зная о том, что в свое время Тифар хотел быстро и беспощадно избавиться от собственного императора, Ниран все равно не мог не восхищаться им. А уж когда мальчик вступил в равное противоборство с Дэмиеном, так вообще... Именно поэтому Ниран так долго медлил с приказом о заключении де Льена под стражу. Ведь этот мальчик вырос у него перед глазами, всегда был верным спутником Лазара и прикрывал юного шкодника от отцовского гнева. По сути, Ниран относился к мальчику де Льен как к собственному сыну и любил его так же истово, как и Лазара. Возможно именно поэтому приговор, вынесенный им, был так жесток.

   Ниран, с легкой тревогой посмотрела в прозрачно-синее, нависшее над головой словно огромный купол, небо. Тифар в это время изучал местность, не забыв отметить про себя место приземления Плута. В конце концов, именно он является тем, за кем надо приглядывать. Было бы очень обидно потерять его где-нибудь, да и Лазар вряд ли обрадуется. Лука Редж, выбравшись из придорожных кустов улыбнулся с легким смущением, в черных волосах его запутались веточки и сухие травинки. Хотя, если бы приземление было более мягким, Редж наверняка получил бы от этого удовольствие. Он и сам не мог сказать почему его так сильно тянет к земле, деревьям и животным. Просто... Он был как бы частью всего этого великолепия и, оказавшись в лесу чувствовал себя как дома.

   Немир, каким-то непонятным образом приземлившийся на ветвь ближайшего дерева, легко спрыгнул вниз и подмигнул де Льену - все же, их двоих можно назвать братьями по несчастью. Что это за чудное украшение на шее опального аристократа, Плут определил почти сразу же, как тот появился в Черном Замке. И, в будущем, он рассчитывал извлечь из этого пользу.

   Где-то высоко в небе раздался пронзительный крик и вниз, словно живой камень, устремился белый сокол. Ниран, слегка прищурив глаза и нахмурившись, от чего между бровями пролегла глубокая складка, поднял руку и тихо свистнул. В каждом городе Империи, вот уже на протяжении многих лет есть свой собственный маг, в обязанности которого входит связь с Черным Замком и целительство. А вот раньше, еще до того, как Ниран отправил всех магов по городам, связь со столицей поддерживалась благодаря птицам. Их было великое множество в каждой крепости и каждая из птиц доставляла только определенные сообщения. К примеру, белый голубь - обычную почту, ежемесячный отчет о делах в городе. Черный ворон - печальные вести о смерти, допустим, городского главы. А вот соколы... Хищных птиц вообще, по большей части, используют для охоты, а не доставки сообщений. Но если сообщение исключительной важности и дойти до столицы должно в любом случае, выбирают именно таких посланников. Насколько Ниран помнил, соколов бурой расцветки использовали в Торине - своего рода сердце Южной части Империи. А вот крылатых хищников с белым оперением использовали лишь в одном случае - оповестить об ужасной утрате и не просто утрате... Когда Ниран в последний раз видел белого посланника, по Империи гордо шествовала Черная королева. В те времена белы птицы неслись со всех концов Ардейл.