Становление (СИ) - Соколова Стэлла - Страница 30

   Бросив мрачный взгляд назад и проверив, идет ли следом Тифар, Император направился в детскую, рядом с которой располагалась комната для купания. Толкнув дверь, Лазар вошел в светлое помещение и, подождав, пока Тифар последует за ним, закрыл дверь за его спиной.

   Положив Айя на столик, стоявший возле стены, Лазар закатал рукава и мрачно произнес:

   - Приступим...

   Попытка искупать младенца привела к неожиданным последствиям - спустя примерено полчаса, комната, ранее бывшая в образцовом порядке, выглядела так, словно там только что побывал разъяренный Лир - пол покрывали лужи, маленькая ванночка треснула и развалилась на две части, стол разлетелся в щепки. Где-то под потолком сверкали молнии, по помещению гулял маленький смерч, в самом эпицентре которого сидел заплаканный Ай. Лазар, упершись руками в колени, устало утер лоб и задумчиво произнес:

   - Похоже, он огорчился.

   Тифар оставив жалкие попытки привести в порядок всклокоченные волосы, хмыкнул и ответил:

   - Храни Светлые того, кто огорчит его в следующий раз...

   Империя Ардейл. Южная Застава.

   Эйрин приоткрыл глаза и посмотрел на потолок. Солнце, пробивающееся сквозь легкие занавеси, освещало комнату. Перевернувшись на бок, молодой де Сэй закрыл глаза и готов был вновь провалиться в сон, когда, по неизвестной ему причине, он оказался на полу. Широко открыв глаза, Эйрин помотал головой.

   - Новый день наступил...

   Тим стоял возле постели, убрав руки в карманы и, со своей неизменной улыбкой, смотрел на Эйрина. Де Сэй тяжело вздохнул.

   - А сегодня что?

   - Собирайся, идем в город.

   Смерив нахала холодным взглядом, Эйрин встал с пола и мрачно посмотрел на лейтенанта. Судя по довольной улыбке, похоже, что он его пинком из кровати выкинул... Кивнув самому себе, Эйрин решил, что еще вспомнит об этом, когда придет время.

   - А в городе мы что забыли?

   Тим хмыкнул и, все так же держа руки в карманах, уселся на подоконник.

   - У нас тут, в последнее время, несколько неспокойно стало. Почти каждый вечер облавы да преследования... - Бросив на одевающегося Эйрина хитрый взгляд, Тим продолжил - не знаешь, в чем дело?

   Де Сэй пожал плечами, а Тим отвернулся. С некоторых пор на Юге стало очень неспокойно. Говорят, все это началось еще в те времена, когда нынешний Император только-только взошел на престол, началось тогда и медленно зрело до сих пор...

   Все же, странно, как эти Ааш'э'Сэй так долго живут и не устают от жизни? Так как Эйрин все еще приводил себя в порядок, Тим спросил:

   - Ответь мне на один вопрос...

   - Какой?

   - Как вы так долго живете?

   Эйрин прекратил расчесывать волосы и, удивленно посмотрев на лейтенанта, переспросил:

   - В смысле?

   - В прямом. Тебе сколько лет?

   - По чьему календарю?

   - По обоим.

   Отвернувшись к зеркалу, Эйрин ответил:

   - По человеческому - чуть больше тысячи, по календарю Ааш'э'Сэй - около двадцати.

   Тим присвистнул и спросил:

   - И как оно - так долго жить?

   Молодой де Сэй поморщился, потому что вроде бы договорились об одном вопросе, и ответил:

   - Это для тебя долго, по мне - так жизнь только началась.

   - Почему Император не изменит календарь?

   Присев на постель, для того, чтобы натянуть сапоги, Эйрин ответил:

   - Он пытался, только не смог придумать, как это сделать.

   - В смысле?

   - В прямом. Ты же знаешь, что Ааш'э'Сэй пришли из другого мира? - Дождавшись утвердительного кивка, он продолжил - Там время течет по-иному, во всяком случае, так говорят. Попав сюда, Ааш'э'Сэй осознали, что такое - бессмертие, пусть даже и мнимое. Никто не может сказать почему, но мы живем по законам нашего мира, вы же - по законам вашего. Если бы Лазар утвердил календарь Ааш'э'Сэй как общий, жизнь человека исчислялась бы кратким мигом... А если бы утвердил ваш календарь - мы бы представлялись, даже самим себе, древними старцами. Вот он и решил оставить все как есть.

   Тим кивнул и ответил:

   - Другими словами, тебе сейчас двадцать?

   - Как-то так...

   - Тебе не печально друзей своих хоронить?

   Переведя взгляд на лейтенанта, Эйрин вопросительно поднял брови:

   - Это кого?

   - Ну, если ты живешь уже тысячу лет, сколько людей отправилось в мир Богов?

   - Не знаю. Мы, так же как и вы, предпочитаем не общаться с представителями другого племени.

   - То есть...

   С трудом сдерживая накатившее раздражение, Эйрин ответил:

   - Не было у меня друзей среди людей, ясно? Маленьких Ааш'э'Сэй держат обособленно, потому что ваши дети нас боятся. И не только дети...

   Тим хмыкнул.

   - Ясно. Слушай, ты не обижайся, но если всегда будешь такой мрачный, девушку себе и за миллион лет не найдешь.

   Эйрин фыркнул и едва слышно проворчал:

   - Переживу, как-нибудь.

   Дорэй слез наконец-то с подоконника и направился к двери:

   - Пойдем, покажу тебе город. Ты, кстати, кошель свой взял?

   Эйрин, убрав руки в карманы, кивнул.

   - Песком набей, а то опять умыкнут.

   - Сам разберусь.

   Тим повернулся к нему и, грозно нахмурившись, сказал:

   - Мне двадцать один... Тебя не учили, что старших надо уважать?

   - Ладно-ладно, только оставь меня в покое, пожалуйста.

   - Ну что ж, раз мы пришли к соглашению, сообщу тебе планы на сегодня - посидим в одной таверне, послушаем что говорят. Вечером будет облава, а у нас, похоже, завелась "мышь"...

   С тоской возведя очи к потолку, Эйрин покивал.

   Все же - когда этот Тим от него отцепится?

   Ленар стоял у окна своего кабинета и с легкой улыбкой наблюдал за тем, как двое из воинов его Заставы направились к воротам. Оба держали руки в карманах, изредка обмениваясь репликами. Покачав головой, Командир уселся за стол и принялся разбирать бумаги. Хорошо, что Император направил в Заставу молодого де Сэя. Судя по холодному взгляду, молодой Ааш'э'Сэй сейчас проходит через то, через что совсем недавно прошел Тим и, если бы Ленар не взял его "под свое крыло", сейчас Тим, скорее всего, был бы уже мертв, даже не смотря на весь свой талант мечника.

Глава пятая. Путь воина.

   Империя Ардейл. Сейн. Три года назад.

   Юноша, с темной повязкой на смуглом лбу, с невыразимой иронией смотрел на людей, окруживших его. В руках их были зажаты палки, цепи, а кто-то держал камни. Тим Дорэй - беспризорник, отвергнутый всеми, сжимал в руке палку. За его спиной, крепко вцепившись в грязную штанину, стоял мальчик - младший брат, увидеть которого здесь Тим не ожидал.

   Похлопав найденыша по макушке, Тим сказал:

   - Видишь бочку? Полезай туда, я тебе скажу, когда можно будет вылазить.

   Арин кивнул и, прижимая к груди краюху украденного хлеба, полез в провонявшую тухлой рыбой бочку. Как только брат отпустил его штаны, Тим, убрав одну руку в карман, а другой продолжая сжимать палку, поинтересовался:

   - И не стыдно за ребенком такой толпой бегать?

   Пекарь, с лотка которого, по всей видимости, и исчез хлеб, потрясая метлой, сказал:

   - А ты кто такой, чтобы мне указывать?

   Юноша вежливо поклонился, только вот ответил за него кто-то другой. Этот кто-то только подошел к толпе, собравшийся в подворотне, потому и молчал все это время. А как пекарь спросил, так он и ответил:

   - Это Дорэй...

   По толпе пробежал шепоток, многие из тех, кто пришел "вершить правосудие", опустили свои палки и попятились. Тим продолжал улыбаться, с невыразимым презрением глядя на толпу, из которой раздавалось:

   - Ненормальный...

   - Говорят, он недавно шайку Лиса порешил, один...