Становление (СИ) - Соколова Стэлла - Страница 73

   Вот и решил Лазар отложить важный разговор до вечера - глядишь меньше дергать из-за каждого пустяка будут. К тому же, Дэмиен еще должен был отпустить гильдийцев на свободу, дать Немиру время объяснить им что да к чему. А тут, наверное, стоит отметить то, что Плут, спустя примерно пару часов после заключения договора, обнаружил, ну очень, любопытную деталь. А именно - магия Светлых, которая должна была исчезнуть с последними следами магии Лазара и Дэмиена, осталась при нем, при Немире.

   Поначалу Плут решил, что из-за браслета, который он носил достаточно долго, в голове у него что-то перепуталось, вот и неверно он происходящее воспринимает. Спровадив товарищей по гильдии восвояси, Плут заперся в отведенной ему комнатушке и погрузился в транс, дабы изучить все, так сказать, вблизи. Будучи магом-самоучкой, Немир давно взял за правило вот такие вот самопроверки - времени занимает пусть и много, зато не зря. Если что-где не так, Плут об этом первым узнает. Именно во время одной из таких проверок Плут наткнулся на нечто, заставившее его пересмотреть (пусть и временно) политику Сиэлы относительно невмешательства гильдийцев в дела Ааш'э'Сэй. Да что там Ааш'э'Сэй... Если Плут, убереги Светлые, прав в своих подозрениях, то помогут им только эти самые Светлые и никто иной.

   В общем исследовав себя и на этот раз, Плут смог составить более-менее четкую картину произошедшего с ним. Судя по тому, что будучи носителем черного браслета Немир не смог применить магию, камень из которого браслет выточили, магию эту самую, вытягивал. Не так, чтобы всю за раз, но так и не надо никому.

   Магия она же не бесконечна, для мага энергия то же самое что для обычного человека кровь. Есть определенный запас, который со временем восстанавливается, а если запасу этому не дать время для восстановления, то смертельный исход гарантирован. К слову, для магов, с пеленок привыкших полагаться на свои умения по части чародейства, магическое истощение есть один из видов смерти. И мало кто понимает, что физическая смерть в таком случае действительно гуманна в сравнении с вероятностью влачить жалкое существование до тех пор, пока физическое тело не обратится в прах. Правда, поговаривали, что маги, даже лишившись изрядного количества энергии, имели шанс на то, что резерв когда-нибудь восстановится. Но... Никто не мог сказать этого с уверенностью, по той простой причине, что в момент, когда кожа мага начинала покрываться черными пятнами (кои и свидетельствуют о магическом истощении), сам маг отправлялся к Светлым нюхать незабудки и пить нектар до пьяна.

   Таким образом, Плут решил, что браслет просто вытянул весь доступный резерв - то количество магической энергии, потеря которого не приведет к смерти и в то же время, Немир не сможет применить даже самое слабенькое заклинание. Хотя, кто знает - возможно будь он на грани жизни и смерти, дополнительный резерв открылся бы сам собой?

   Придя к выводу, что браслет поглотил его магическую энергию, Немир сделал и другое умозаключение - магия, направленная из вне оказывает на него действие. Еще бы ему не придти к такому выводу - охранные заклинания, вплетенные в стены кабинета Дэмиена срабатывали как положено. То есть, камень браслета поглощает только магию своего носителя. И все из предположенного нашло свое подтверждение. Тем больше удивился Плут, когда обнаружил себя одним из тех, кто давал зарок Светлым. Именно тот факт, что магия Светлых прочно вплелась в магию самого Немира, заставила Плута крепко задуматься над тем, что произошло. И... Вероятно он сумел найти ответ на этот вопрос. Правда, до поры до времени он будет молчать, а то мало ли что... Захочет этот умник рогатый договор еще раз скрепить клятвой (что не возбраняется), а там уж точно Плут станет еще одним "псом".

   И вот теперь, сидя в кабинете де Мора, Немир позволил себе немного расслабиться и привести мысли в порядок. Что ни говори, а прощальная улыбка Лазара, перед тем, как покинуть кабинет, заставила Плута несколько понервничать. А ответ оказался на самой поверхности. Только вот... Хитрить и лгать Немир научился раньше, чем Их Рогатое Величество глаза открыл, так что... Хочет он или нет, а с поражением (пусть и ожидаемым) придется смириться.

   Пока Немир размышлял обо всем этом, место напротив него занял Дэмиен и, к его удовольствию, Лазар так же не заставил себя ждать. Усевшись в кресло рядом с Немиром, Владыка Ардейл сложил руки перед собой и сказал, обращаясь к Плуту:

   - Мы готовы выслушать тебя... - Сделав небольшую паузу, Император, как бы между прочим, напомнил - Говори без утайки и не лги.

   Слегка нахмурив брови, Плут проворчал:

   - Как будто вассальная клятва мне позволит.

   Дэмиен, хищно улыбнувшись, вставил:

   - Так или иначе, напомнить стоило. Итак, мы готовы.

   Две пары холодных, настороженных глаз уставились на Немира и тот, достав из кармана насколько монет, начал крутить их в руках, ловко перекидывая одну за другой. Казалось будто золотая змейка послушно вьется между длинных пальцев мага, но стоит кому-то постороннему протянуть к ней руку - ударит, вонзит отравленные клыки, вопьется в самое горло, вытянет кровь до последней капли.

   Подняв взгляд на Лазара, Плут едва заметно вздохнул и начал рассказ:

   - Для начала, мне следует отметить то, что не все я могу рассказать, даже не смотря на вассальную клятву.

   Лазар сдержанно кивнул и благодушно ответил:

   - Если это касается Сиэлы, можешь оставить при себе. Продолжай.

   Вздохнув еще раз, Немир сказал:

   - Не так давно я отправился на Юг по... Одному очень важному делу. Куда я шел и куда пришел - не так уж и важно. Там, где я побывал, меня ждали те, кого я искал. Зачем искал и кто меня за ними послал - моя тайна.

   Лазар, сжав тонкими пальцами переносицу, впился цепким взглядом в спокойное лицо Плута, спрашивая себя:"А не издевается ли он сейчас?" Дэмиен, которому такой разговор тоже не особо нравился, хмуро сообщил:

   - На Юг тебя могли отправить только по одной причине, нам она известна, можешь не скрывать.

   Плут сдержанно кивнул:

   - К сожалению те, за кем меня послали, оказались мертвы.

   Сказав это, Немир скорчил самое невинное на свете лицо, а Дэмиен, тихо покашляв, выдал:

   - И ты, конечно, не имеешь к этому никакого отношения?

   - Абсолютно никакого.

   - Допустим, я поверил. Что было дальше?

   Немир, в кои-то веки почти искренне улыбнувшись, сказал без обиняков:

   - А дальше я снял слепки с памяти и то, что я увидел, заставило меня задуматься.

   В полутемном подвале нового здания гильдии едва теплилась маленькая, похожая на храмовую, свеча. Ее трепещущий свет порождал затейливые тени, которые ложились на мрачное лицо единственного, находящегося в помещении. То есть, тот, кто в этот поздний час находился в подвале, был единственным живым, трое других уже давно путешествовали по Реке Забвения. Утерев ладонью пот со лба, мужчина отвернулся на краткий миг от широкого стола, на котором лежали тела. В тот же момент по комнате словно пробежала волна и маг, обернувшись к ее источнику, с удивлением узрел три горсти пепла на деревянной поверхности стола. Мертвая плоть в единый миг обратилась прахом, не оставив после себя ничего, корме сухой пыли.

   Немир Плут, а именно он в эот момент находился в полутемной комнате, устало откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Переправив тела этих троих прямо в здание гильдии, Плут не прогадал - промедли он еще немного и слепки просто не чего было бы снимать. Три тела, буквально мгновение назад лежавшие на огромном деревянном столе, сейчас рассыпались в прах, не оставив после себя даже следа. Кучка белого, похожего на хлопья первого снега, пепла в расчет принимать просто глупо. Даже самый одаренный из существовавших когда-либо магов, не смог бы сделать с этим ничего, абсолютно ничего.

   И слава Светлым, что на этот раз Плут решил сделать слепки с памяти умерших. Ведь мог же оставить все как есть, мог. Хисер отомщен, гильдии довольны, ни к чему "копать глубже". Но словно что-то внутри настоятельно требовало узнать, как оно было на самом деле. К тому же, пусть Сиэла считает, что за смерть Хисера они взыскали по полной, Немир с этим не согласится никогда. Никогда, потому что Хисер мертв окончательно и бесповоротно.