Становление (СИ) - Соколова Стэлла - Страница 90

   Где-то между небом и землей.

   В центре огромной площадки, вырезанной словно из мраморного монолита, преклонив колени стояли четверо. Эти четверо были избраны Богами как Хранители печатей. Причиной, по которой ни один из предыдущих Хранителей не попадал до этого момента на аудиенцию к Светлым заключалась в том, что в мире должно быть не менее четырех Хранителей печатей-ключей. Каждый из которых получит знания о собственной печати - где она находится и как действует.

   Лест, создатель заклинаний для пентаграмм-ключей, сделал каждое отличным от другого. Ключи, оставшиеся в Среднем мире подпитывались силой одной из стихий - земля, воздух, вода и огонь. Ключ, который Лест унес с собой, олицетворял собой окончание жизненного пути. Молодой Бог был, тем, кто создал две пентаграммы - куб земли и куб, в котором заключил силу умерших, принесенных в жертву Ашару. Клай, второй из участников тех давних событий, так же создал два ключа - куб воздуха и куб, в который запечатал силу жизни. Два куба - смерти и жизни, оказались прочно связанны между собой, нить, их соединяющая, прошла из Среднего Мира в Мир Темных Богов, пронзив измерение-пласт, в котором заперли Кровавого. Все эти знания, огромной волной обрушились на сознания тех, кто стоял, склонив головы в ожидании ответов на свои вопросы.

   Голос, грохочущий где-то над головами, проникал сквозь каждую клеточку тела, заставляя нервы звенеть, словно натянутые струны:

   - Хранитель Земли, поднимись.

   Невидимая сила заставила Леона де Риз, самого молодого из Хранителей подняться.

   - Хранитель пламени, поднимись.

   Легко, словно не было за плечами долгих лет, оставивших сеточку морщин на лице и серебро в волосах, поднялся Трей Килл.

   - Хранитель Ветра, поднимись.

   Лука Редж, с присущей ему мягкой улыбкой, встал с колен.

   - Хранитель Воды, поднимись.

   Дэмиен де Мор, самый последний из Хранителей, не стал дожидаться, пока невидимая сила подтолкнет его, словно тряпичную куклу. Гордо расправив плечи и устремив вздор на белое небо, де Мор выпрямился. Голос, подобно раскату весеннего грома, сотряс окружающий мир:

   - В вашей власти воспрепятствовать тому, чтобы Ашар Кровавый остался там, где его заключили многие века назад. Возвращайтесь.

   Мир, окружающий Хранителей, пошел кругами, как если бы кто-то бросил огромный камень в водную гладь.

   Империя Ардейл. Сейн. Черный Замок.

   Дэмиен де Мор открыл глаза и обнаружил, что находится в своем кабинете, солнце за окном уже было высоко, его яркий свет заливал золотом, обычно полутемное, помещение. Слегка нахмурив брови, Дэмиен с удивлением отметил, что тяжелые гардины, всегда плотно задернутые, сейчас открыты, благодаря чем в кабинете стало светло настолько, что в первый момент Дэмиен был вынужден прикрыть глаза - яркий солнечный свет больно бил по глазам.

   На стуле, напротив стола, сидел Лазар и пытался бодренько улыбнуться наставнику. Правда, темные круги под глазами и запавшие щеки не делали его улыбку жизнерадостной. Скорее уж наоборот, Император напоминал мертвяка, Светлые знают каким образом, пробравшегося в кабинет Дэмиена.

   Выпрямившись, де Мор размял затекшую шею и, исключительно ради интереса, поинтересовался:

   - И давно ты тут сидишь?

   Лазар скорчил задумчивое лицо и, возведя очи к потолку, шутливо ответил:

   - Пару часов, не больше.

   Дэмиен недовольно нахмурился, но по плутоватой улыбке на лице ученика понял, что тот, мягко говоря, приврал. Проведя по лицу рукой, де Мор вздохнул и, поднявшись, потянулся со словами:

   - Я знаю, кого ты отправишь с маленький де Сэем в Долину.

   Слегка приподняв левую бровь (чем выказал свою заинтересованность) Лазар поинтересовался:

   - С кем?

   - Я поеду с ним.

   Сказанное заставило Лазара стать серьезным:

   - Ты не можешь покинуть Сейн на долгое время. Кто-то должен заменить тебя, а Лука отправится на Юг.

   Дэмиен кивнул со словами:

   - Мальчик де Риз займется моим делами.

   Как раз в этот момент с порога раздался возмущенный возглас, принадлежавший Леону:

   - Мне бы этого не хотелось.

   Оглянувшись на дверь, Дэмиен узрел у своего порога Леона, Луку и, к огорчению Лазара, самого Хранителя Архивов. Сделав приглашающий жест рукой, де Мор вежливо сказал:

   - Проходите, самое время обсудить произошедшее.

   С некоторым удивлением Владыка Ардейл уставился на своего начальника тайной службы. Что и не говори, но четверка, собравшаяся этим утром в кабинете, была, мягко говоря, странной. Настолько разные, как по возрасту, так и по занятиям, их все же что-то объединяло. Следующие полчаса Лазар молча слушал историю о том, что же объединяет этих четверых. Последнее слово принадлежало Леону. Он, слегка испуганно оглядев присутствующих, промямлил:

   - Я вообще об этом в первый раз слышу. Возможно ли, что произошла ошибка?

   Взгляды, которыми Леона наградили старшие Хранители, были не то, чтобы осуждающими... Просто де Риз сразу понял, какую глупость он сказал. Лука же, для которого факт того, что Леон так же является Хранителем (а значит, на него можно будет свалить обязанности Дэмиена) оказался приятным сюрпризом, миролюбиво ответил:

   - Это всегда можно проверить.

   Нахмурив светлые брови, Леон с безнадежностью в голосе, спросил:

   - Как?

   Редж, мягко поднявшись, подошел к нему и, взяв за подбородок, повернул голову Леона сначала влево, а затем вправо, ища печать. Не найдя таковой, он несколько огорченно посмотрел на де Мора, ища поддержки. Так как печать хранителя у самого Луки находилась на шее, он предположил, что и Леона она будет там. Потому что в ходе предшествующей сему действу беседы они выяснили, что шанс стать Хранителем Леону выпал лишь один раз - когда он помогал Реджу в той заварушке с пауком-переростком.

   Дэмиен, слегка прищурив глаза, спросил ученика:

   - Ну вспоминай, как ты печать свою получил.

   На некоторое время повисла тишина, настолько оглушающая, что казалось стоит лишь немного сосредоточиться и можно услышать как в голове Луки ворочаются мысли и воспоминания. Неосознанным движением Редж прикоснулся к печати под левым ухом и, с легким сомнением в голосе, ответил:

   - Перед тем, как все закончилось, паук ужалил меня сюда. - С этими словами он указал на то место, где находился рисунок. Немного помолчав, он закончил - Но я все время получал от него неожиданные удары, если следовать этой логике, то у меня все тело должно представлять собой одну сплошную печать.

   Леон покачал головой со словами:

   - Насколько я понял, ранение в шею было последним, полученным тобой в дар от твоего... Ммм... Тотема.

   Редж нахмурился, вспоминая, после чего тоже покачал головой:

   - Нет, туда меня маленький паук ужалил.

   Вообще, для всех находящихся, кроме Леона и Луки, разговор этот не имел вообще никакого смысла. Ну разве что они уяснили, что Редж пострадал не от одного паука, а от нескольких. Когда Редж и де Риз в конце концов не придя к согласию решили восстановить произошедшее, использовав как поле битвы стол Дэмиена, а большого паука-злодея заменили любимой кружкой начальника тайной службы, терпение этого самого начальника иссякло. Отобрав тяжелую кружку, Дэмиен сухо сказал, обращаясь к Леону:

   - Раздевайся.

   Выражение на лице де Мора при этом было самое что ни на есть серьезное. Серьезное до такой степени, что бедный Леон даже слегка испугался. Оглядев сидящих и как бы ища у них поддержки (в которой ему было молчаливо отказано) молодой де Риз с тяжелым вздохом стянул рубаху. Так как не смотря на прошедшее со времени его ученичества, Леон все еще был чрезвычайно худ, смущение его легко нашло объяснение. К тому же, хризантема за эти годы стала еще больше - теперь ее лепестки почти полностью покрывали торс юноши, и казалось что сама его кожа светится мягким серебряным светом.