Идеальный убийца (СИ) - Зимина Светлана Сергеевна - Страница 5

  Колдун не видел, как в этот момент юноша обернулся и взгляд в этот момент, брошенный на колдуна, отнюдь не был взглядом мальчишки, полным дружелюбия ко всем и всему.

  - Что-то случилось? - один из паладинов Доэра, поравнялся с конем гостя.

  - Пока нет, - спокойно отозвался тот.

  - Пока? - в гулком голосе слышался явный вопрос.

  - Паладин, - Мария-Александр внимательно взглянул на него, словно мог что-то разглядеть за забралом. Казалось паладины, даже спали в своих шлемах. Во всяком случае, никто из их спутников так и не смог увидеть их лиц. - Когда я присоединился к ваше группе, в самом начале я услышал довольно любопытный диалог.

  - Вот как, - тон паладина был нейтрален.

  - Ваш Кодекс и Слово Доэра Справедливого... Вы действительно не можете ничего сделать с этой странной ситуацией. Вы САМИ.. но в вашем Кодексе есть пункты, которые дают лазейку.

  Паладин вздохнул:

  - Ваша цена, Мария-Александр Росомаха?

  Юноша слабо улыбнулся, правда эта улыбка не коснулась глаз, которые внезапно стали очень жесткими и цепкими:

  - Мне сразу показалось, что мы могли встречаться раньше. - и сделав небольшую паузу, произнес. - Орки.

  - А Бард?

  Зеленые глаза мигнули и стали почти по детски хитрыми:

  - Разве у ВАС есть к нему какие-то претензии и обвинения? Иридий их так и не сообщил, и я вправе подозревать его в клевете, учитывая его странные, весьма неприятные интересы.

  - Орки - налетчики.

  Росомаха не ответил, только по-кошачьи немигающее взглянул на собеседника. Он уже назвал свою цену.

  Паладин помолчал, а потом тихо произнес:

  - Именем Доэра, Бога Солнца и Справедливости, я беру кровь и последствия этой сделки на себя.

  - Да будет так, - завершил формулу ритуала убийца. На его совести оставался лишь грех самого убийства.

  Ран Аларик Кали напряженно вглядывался в темноту.

  - Тоже чувствуешь это, малыш? - тихий голос Урика от клеток. - Там бродит смерть, которая пришла суда несколько дней назад, а теперь собирает свою жатву.

  Бард медленно кивнул. Он тоже чувствовал это. Смертные, с их коротким сроком жизни уже не замечали, когда рядом с ними бродят посланники Голодноглазой, но такие как он, в чьих жилах кровь долгоживущих, если не бессмертных, очень ясно ощущали её присутствие. Полукровка в свои тридцать с небольшим был очень молод, фактически младенцем по меркам свох сородичей и с той и с другой стороны и одновременно, он жил мерками смертных. И каждый его прожитый год можно было считать за десять лет. К тому же он был бардом. Очень редкий тип певцов на эмире. Таких как он по пальцем можно было пересчитать.

  - Не волнуйся, орк, - бархатный шепот обволакивал, словно говорящий находился в каком-то трансе. - Сегодня она пришла не за нами. Но на изменит и твой и мой путь. Ты шагнул во Тьму, едва родившись. Твои первые слова были 'Она -красива'. Тебе назвали цену и ты согласился заплатить её, но сможешь ли ты пойти до конца? Согласишся ли стать лишь тенью на тропе легенды?

  Мелодия, а не слова.. Он плел паутину Песни, и его товарищи по плену едва улавливали смысл звуков, что срывались с губ барда.

  А потом пришла тишина. Ночная и насыщенная запахом человеческой крови. Скрипнули сочленья доспехов. Это, наконец, пошевелилс один из стражей - паладинов, который вызвался сегодня ночью охранять клетки. До этого момента он был абсолютно неподвижен, словно сама жизнь покинула тело. Превратив его в статую.

  - Ты воистину бард, Ран Аларик Кали, по прозвищу Разбойник, - глухо прозвучало из-за забрала.

  - По-твоему я врал все это время? - оскалился тот.

  Но паладин не успел ответить. Вмешался один из орков:

   - Что происходит, человек?

  И опять ответа они не успели услышать. Из ночной мглы выскользнули его товарищи, похожие на бесшумных призраков, не смотря на тяжелые доспехи. А следом за ними шагнула тень...

  - Рас, - выдыхает бард, вцепляясь в прутья решеток.

  Зеленые глаза скользят по нему и упираются в рыцарей. Старший протягивает юноше связку ключей.

  - твоя плата, Росомаха.

  Легкий кивок, принимающий и подтверждающий, и в ответ... окровавленный кинжал ложиться на раскрытую обнаженную ладонь, так как нельзя принимать Грех на защищенную тканью или металлом кожу. Только её настоящее тепло. Только её беззащитность.

  - Часть вашего греха, паладин.

  - Да будет Доэр нам судьей, - паладин сжимает ладонь на рукояти и поворачивается в сторону клеток с пленниками.

  - Отныне ваши жизни принадлежат ему.

  - Что это за спектакль, человек? - сплюнул в траву Урик.

  Никто не потрудился ему ответить. Паладины просто развернулись и скрылись в темноте ночи, а через некоторое время раздалось ржание лошадей. Паладины Доэра отбывали подальше от этого места.

  Орки и бард в недоумении уставились на одинокую фигуру Марии-Александра Росомахи.

  Тот с минуту стоял, прислушиваясь. А потом просто поднял лицо. Подставляя его лунным лучам. И в этот момент не было в чертах его лица ничего нечеловеческого. Спустя какое-то время. Когда в лесу раздался неуверенный стрекот какого-то насекомого, он повернул лицо к оставшимся и мягко улыбнулся:

  - Ну что? Хотите выбраться из клеток и размяться на траве?

  - Если ты объяснишь. Что происходит, а то начинает казаться, что нам лучше остаться здесь. Вроде как безопаснее, - подал голос бард. - Пахнет кровью.

  Юноша пожал плечами:

  - Паладины Доэра наняли меня устранить Иридия и его людей. А орки - цена.

  - Устранить Иридия? - удивленный орк - это необычное зрелище.

  - Я - убийца, - с легкой, какой-то извиняющей улыбкой пояснил Мария-Александр. И с гордостью добавил. - Лучший. Идеальный.

  - Наемный убийца?! - неверяще прошептал огенноволосый бард. - Но ты...

  - Совсем не похож? - и снова эта легкая полуулыбка. - Но в этом то и суть, не находишь, Ран?

  - Вот тебе и мальчик, - хрипло рассмеялся один из орков. Второй же вцепился в прутья клетки так, что казалось ему все же удастся их сломать:

  - Ты хочешь сказать, что мы обязаны жизнь убийце?!

  В зеленых глазах сверкнула золотистая линия - обводка радужки:

  - Я ничего у тебя не прошу, орк. А если ты хочешь суда за налет на мирное население над собой больше, чем быть опозоренным подарком жизни от убийцы, то ты еще можешь нагнать паладинов. Потому что Иридий и его люди уже никуда вас не повезут.

  Он подошел к клетке орков и молча открыл замок. Так же молча он снял замки с цепей и спрыгнул обратно на траву. Не оглядываясь на орков, направился к клетке барда

  Ран широко раскрытыми глазами наблюдал, как юноша голыми руками распутывает магические нити, которые окутывали барда, вместе с простыми цепями. Пальцы убийцы порхали как бабочки.

  - Ты еще и маг? - потрясенно выдохнул он.

  И на лице Раса появляется лукавая улыбка:

  - Нет, конечно. Просто я - идеальный убийца.

  И странно, в его голосе не слышно ни горечи, ни волнения. Только лукавство. И даже какая-то нотка гордости. Когда он помог выбраться, шатающемся от слабости барду, орки уже стояли на темной траве, внимательно всматриваясь в убийцу. Вид у них был предельно сосредоточенный.

  - Мы обязаны тебе жизнью, - его звали Марон, и он редко разговаривал, однако в этот раз похоже, выступал от лица всех.

  - Верно, - кивнул Росомаха. - Я мог бы затребовать золото, или что-то, что могут только паладины Доэра. А я всего лишь затребовал вас.

  - Зачем? - тихо поинтересовался Марон.

  Убийца посмотрел на него непроницаемым взглядом:

  - Скажем так... это сентиментальность сыграла свою роль. Маленькая прихоть.

  - Мы обязаны тебе жизнью, - орк смотрел пристально. - И должны вернуть этот долг.

  - Это тоже верно, - отзывается юноша, усаживая барда на траву так, что бы тот мог откинуться на повозку, на которой стояла его клетка. - Есть вариант, разойтись прямо сейчас, но однажды, я приду к каждому из вас, за возвратом долга.