Что Стражу хорошо... (СИ) - Серая Мария - Страница 80

  - Риэль, - Макс осуждающе посмотрел на меня. - Они наши предки...

  - И они вконец охренели! - я распахнула дверь своей комнаты и схватила свое одеяло, плотно в него закуталась и встала рядом с камином. Холод невообразимый. - Я им говорю, что у меня дети пропали, а они мне: "мы вас выслушали"... Уууу....

  - Успокойся, - Макс сходил за своим одеялом и устроился в кресле рядом со мной. - Они нас сразу не выгнали, это уже чего-то да стоит.

  - Сказала бы я, чего это стоит. Я бы на них посмотрела, когда им шкурки их детей бы притащили.

  Макс отвернулся. Я поняла, что сделала глупость. Детские чешуйки стали для нас ударом, а я только что проехалась по этой ране на танке.

  - Прости меня дуру. Просто я сама не своя. Мне все время хочется бежать, а обстоятельства заставляют ползти.

  - Я понимаю. Прости Риль, но вот такие у нас с тобой предки. Отца узнала?

  - Не-а. Который из них? Который сказал, что вернуть нам детей они не могут?

  - Нет. Тот который... - замялся брат.

  - Понятно. Который меня ошибкой назвал. Ласковый у нас папочка. Как будто это не по его воле я вообще на свет появилась, - я вспомнила сидящего передо мной мужчину. Прямые, длинные, темные волосы собраны в хвост. Глаза серые, глубоко посажены. Нос у него с небольшой горбинкой, возможно последствия перелома. Мысленно я позлорадствовала, надеясь, что это моя мама ему по физиономии съездила. Хотя это и маловероятно. Она просто не могла поднять на него руку. Вот мама Макса могла.

  - ... я предлагаю спать вместе, - краем уха услышала я.

  - ЧЕГО? - кажется у меня глаза стали размером с блюдце.

  - С какого момента ты меня слушать перестала? - ухмыльнулся братец.

  - С момента обсуждения отца.

  - Я сказал, что в условиях этого зверского холода я предлагаю спать вместе. Теплее будет. Надеюсь. Мне, признаться честно, надоело по утрам зубами клацать от холода.

  - Так вот что меня будит, - хихикнула я. - Хорошо. Если так станет хоть чуточку теплей, я согласна.

  - Ты сегодня письма писала? Нет? Вот садись и пиши. И напиши, про ваш отпуск, как было здорово отдыхать.

  - Отпуск? Какой отпуск? - нахмурилась я.

  - Да хоть какой, напиши про тот у моря, когда мы с вами еще ездили. Или про озеро, где вы Сирилла учили плавать, - глаза Макса были прикрыты, и он не заметил промелькнувшего у меня в глазах страха.

  Я практически была в панике. Потому что этот отпуск я, конечно, помнила, но все было настолько размыто и нечетко, что казалось, будто прошло лет сто с того момента.

  - Макс, - я постаралась, чтобы страх не отразился на голосе. - А зачем я пишу все это?

  - Так надо, - Макс отвернулся к огню.

  - Немедленно объясни, - потребовала я.

  - Уже началось? - Макс обернулся ко мне, и я уловила на его лице тень сочувствия.

  - Что началось? - прищурилась я.

  - Память. Я надеялся, что ты продержишься дольше.

  - МАКС! Что происходит? Мне уже страшно!

  - Ладно, этого разговора все равно не избежать. Садись обратно.

  Я послушно опустилась в кресло напротив брата.

  - Мы переходим в этот мир. Чем дольше мы здесь находимся, тем меньше вероятность, что мы сможем вернуться. Начинается все как раз с памяти. С того балласта, который удерживает нас в том мире. Для нас это супруги, дети, долг перед страной, в конце концов. Далее начнется процесс отделения нашей сущности физически. Сейчас мы с тобой физически находимся в моем дворце, на теплом камушке. Здесь же нам невыносимо холодно. Когда связь между ментальным телом и физическим будет разорвана, холода ощущать здесь мы не будем. Но это так же будет означать, что мы окончательно перешли Грань.

  - Что сделает Лин через неделю? - вспомнила я, наставления брата подруге.

  - Это будет зависеть от обстоятельств, - уклонился от ответа брат.

  - Что?

  - Либо выведет нас из этого состояния, либо...

  - Убьет окончательно, - закончила я. - Как это произойдет?

  - Через неделю после их с Лисой возвращения, договаривались мы именно о таком сроке, она даст нам зелье. Я отдал его ей. Если все будет в порядке, мы очнемся.

  - В каком случае это будет "не в порядке"?

  - В случае если нас не отпустят. Мы не сможем отсюда уйти без позволения Великих. Здесь все по воле Их.

  - Макс...

  - Риск. Огромный. Но разве ради Лили и Эрреда ты бы на это не пошла?

  - Пошла бы. Пойду писать. Пока еще не все забыла.

  Уже в дверях я остановилась.

  - Я все забуду? Все-все? И как я Дела люблю, и Силю? И Лили?

  - Холод рождается в сердце, - глухо отозвался Макс.

  В тот день мне стало по-настоящему страшно. Я сидела за своим письмом до поздней ночи. Не могла остановиться. Мне хотелось записать все. Мне было страшно терять воспоминания. Воспоминания о моем счастье, о моем муже, о моих детях. Кто я без них? Я старалась припомнить каждую мелочь, каждую деталь. Звук смеха детей, улыбку мужа, тепло подруг. Эхом отзывались слова сына: "Ты нас забудешь". Откуда? Откуда он мог это знать? Как? Разве это важно?

  - Не волнуйся. Как только мы вернемся, ты все будешь помнить, - Макс положил руки мне на плечи.

  - Хочешь сказать: "Если мы вернемся", - я повернулась к брату. - Я не хочу их забывать Макс.

  - Я не дам тебе их забыть. Сейчас ты пишешь им. Потом ты будешь перечитывать все это, и твои воспоминания останутся с тобой. Пойдем спать. Завтра будет новый день.

  Я встала из-за стола и задула свечу.

  - Хочешь сказать новая ночь. Здесь не светит солнце. А твоя память...

  - Она тоже будет стираться. Просто намного медленнее.

  - Это все из-за того, что я полукровка? Поэтому у меня этот процесс идет быстрее?

  - Возможно. Прости Риэль, - Макс улегся в кровать и откинул для меня одеяло. - Я не знаю, почему так.

  - Я еще в пижаму не переоделась, - покаялась я. - Сейчас переоденусь и приду.

  Натянув свою фланелевую пижамку я устроилась подле Макса и постаралась думать о муже. Как я засыпала рядом с ним, как мне было тепло и уютно. Как мне было с ним рядом спокойно. Чувство защищенности. Да. Как я раньше не понимала этого? Вот ведь. Правду говорят. Ценить начинаем, когда теряем.

  Спать и вправду стало чуть теплее. Хотя по утру, мы все равно мерзли.

  - Хоть в огонь прыгай, - призналась я. - А еще это бездействие! Оно меня убивает!

  - Как раз этому я рад. Боюсь, хуже нам придется, если они обратят на нас свой взор. Сейчас есть шанс, что они посовещаются и, отдав нам талисман, отпустят с миром. А вот если они что-то задумают...

  - Что они могут? - фыркнула я. - Дохлые предки.

  - Они не могут нам приказать, но они хитрее нас. Им тысячи лет.

  Лучше бы я молчала.

  Утром следующего дня я разлепила глаза и уставилась на лежавшее на моей кровати...платье. Толкнув Макса, я указала на внезапно появившийся объект.

  - Началось, - прошипел он сквозь зубы.

  - Здесь записка, - я потянулась к лежащему на платье клочку бумаги. - "Миледи Риэль, просим почтить своим присутствием полночный бал сегодня".

  - Точно началось. Скорее всего, у меня на кровати лежит такой же выходной - парадный костюм и копия твоей записки.

  - Накаркала, - я спряталась под одеяло.

  - Вылези и слушай внимательно.

  - Слушаю и повинуюсь, - я закуталась так, что только глаза было видно.

  - На этом балу, старайся от меня не отходить. Они будут приглашать тебя на танцы, три для приличия ты с ними станцуй, но дальше не стоит.

  - Почему?

  - Они как... пиявки. Они будут питаться твоим теплом. Чем дольше мы будем среди них, тем быстрее холод станет для нас привычным.

  - Запомнила.

  - Второе. Ничего из их рук не бери. Вообще. Ни еды, ни воды, ни подарков.

  - Да дались мне их цацки, - обиженно отозвалась я.

  - Здесь наше драконье ...

  - Хомячество, - хихикнула я.