Квест империя - Мах Макс - Страница 104

Итак, все было сказано. Госпожа, зверь, меч, сердце, глаза. Он действительно был тот, за кого они с Викой его и приняли. Свой! Невероятно, но факт.

«Значит, они все же кого-то нашли, – удивленно подумала Лика. – Ну ничего, еще пара секунд, и все разъяснится».

– Вы правы, господин Ярш, – меланхолично ответила она, блуждая взглядом по живописному пейзажу. – Женщина или мужчина, аханк или гегх, любой, кто вскормлен молоком Зверя[95], увидев город, лежащий на ладони Айн-Ши-Ча, понимает, какая светлая луна взошла над его колыбелью.[96]

– Этот балкон не прослушивается, графиня, – сказал Ярш, не меняя интонации. – У меня был Ё.

Лика напряглась, но даже не обернулась к Яршу, все так же непринужденно рассматривая город за рекой.

– Ё был у меня шесть дней назад. Он просил связаться с вами, помочь вам, если будет нужда, и передать следующее: он уезжает с первым Ё в их родовое гнездо – Ёан. Это в Туманных горах. Связи не будет. Когда вернется – неизвестно. Если… ну, если случится худшее и они не договорятся, вы должны держаться меня. Он вас любит и просит помнить, что «все будет хорошо». Это все. – Ярш замолк на секунду, давая ей осмыслить сказанное.

А Лика почувствовала, как сжимается сердце и слезы поднимаются со дна души к глазам.

– Второе, – между тем снова заговорил Ярш. – Так получилось, что полковник Вараба был арестован на моих глазах прямо в зале моего ресторана. Возможно, он пришел ко мне, но мы не успели встретиться. Его арестовали флотские десантники. Это все, что я знаю.

Лика по-прежнему смотрела на Тхолан, но города уже не видела. Перед глазами стояли Макс и Федор, но не такие, какими они были здесь, в Тхолане, – не жемчужный Ё и аназдар Вараба – а Федя и Макс времен Домика в Нигде. Хотелось плакать.

«Но я не буду плакать, – сказала она себе. – Слезами горю не поможешь. Я… Мы перевернем всю эту драную империю, но их найдем!»

Из состояния прострации ее вывел голос Ярша.

– Меш, – сказал он.

«О господи! Я забыла о Меше! Какая же я…»

– Что вам известно о Меше? – спросила она, по-прежнему не оборачиваясь к Яршу.

– Ко мне пришла его… Ну, наверно, правильно будет сказать, девушка, – ответил Ярш. Он хотел продолжить, но Лика, взявшая себя в руки, перебила его.

– Почему к вам? – спросила она, не меняя тона.

– Это длинная история, графиня, – ответил Ярш. Чувствовалось, – во всяком случае, Лика это чувствовала превосходно, – что Ярш не хочет рассказывать Лике ни эту историю, ни много чего другого. Он вообще, судя по всему, не был в восторге от необходимости говорить с ней настолько открыто, но говорить был обязан, и кое-что, относящееся к этой истории, тоже должен был рассказать. Вот и мучался.

«Ну, это твое дело. А что мое, то мое. Отдай и не греши!» – жестко сформулировала для себя Лика.

– Меня ваши тайны не интересуют, – сказала она. – Не хотите, не говорите. Перейдем к делу.

– Перейдем, – согласился Ярш. – Она – я имею в виду девушку – не может оставаться у меня долго.

Он секунду помолчал.

– Девушка сказала, что Меш ваш человек.

– Он мой друг, – ответила Лика. – Сиан может перебраться на «Чуу». У нее есть там каюта. Я прикажу, чтобы ее пропустили. Черт!

Она вдруг вспомнила, что Сиан рабыня и, следовательно, ей не добраться одной до порта.

– Я пошлю с ней кого-нибудь из гвардейцев, – поправилась она.

– Это лишнее, – возразил Ярш. – Сиан доберется сама. У нее на руках вольная, а денег я ей дам.

«Вольная? – удивилась Лика. – Вот как? Интересно. А что же с Мешем?»

– Что с Мешем? – спросила она, доставая и закуривая пахитоску.

– Меш зачем-то пошел в Железную Башню, – ответил Ярш. – И не вышел оттуда. Сиан ждала его у входа двадцать часов. Потом пришла ко мне.

«Двадцать часов? Она крепкая девочка», – с уважением подумала Лика.

– Это вы послали его в Башню? – спросил после короткой паузы Ярш.

– Да. – Лика уже понимала, что где-то допустила ошибку. Знать бы где? И знать бы до того, как бедный Меш залез в мышеловку. Но дело было сделано. Уже.

– Могу я узнать зачем? – Ярш был настойчив.

«Эта девочка значит для него гораздо больше, чем он хочет сказать». – В этом Лика уже не сомневалась.

– У меня на руках оказались документы, – объяснила она Яршу. – Очень серьезные документы о торговле запрещенными препаратами и о коррупции на Сше.

– И с этим вы послали Меша в Башню? – удивился Ярш. – Почему не в полицию?

– Видите ли, господин Ярш, – Лика уже закипала. «Он что, за дуру меня держит?» – Там фигурировали такие имена, что полиции было бы затруднительно заниматься этим делом.

– Например? – уточнил Ярш.

– Например, граф By Дайр Ге, – ответила Лика.

– Что?! – Ярш был явно потрясен услышанным, и хотя внешне это на нем никак не отразилось, голос выдал его чувства.

– Меш вольноотпущенник… – начала было объяснять Лика.

– Графиня, – Ярш уже взял себя в руки, и голос его звучал ровно, – вы знаете, с кем связались?

– Знаю, – ответила Лика. – Граф адмирал и командует Седьмым флотом.

– Значит, вы ничего не знаете. – В голосе Ярша снова возник отзвук какого-то настроения, но какого именно, Лика уловить не смогла. – Граф Ге старый друг принца Вашума. Они вместе учились в Академии и даже недолго служили вместе. Потом By Дайр Ге был офицером для особых поручений при ставке принца, но затем вернулся на флот. А теперь принц стал императором и сразу же сделал его командующим Седьмым флотом и послал убивать Курорт. Вам это название что-то говорит?

– Говорит, – устало сказала Лика.

Вот теперь она действительно все поняла. И то, в какую змеиную яму угодила сама, и куда послала Меша.

«Ну что ж, – решила она. – Теперь у меня действительно нет другого выхода. Я его убью, и пусть император оплакивает своего дружка. А тогда и Меш им будет не нужен.

Только надо поспешить, а то убьют еще заколдованного принца, в жизни себе не прощу!»

– Спасибо, – сказала она Яршу. – Я все поняла. Пусть Сиан едет на «Чуу». Это для нее самое лучшее. А я попытаюсь помочь остальным.

– Надеюсь, вы знаете, что делаете, – ответил Ярш, и они вернулись на «остров».

– Здесь Сиан, – сказала она даме Йя, когда вернулась на свое место за столом.

– Вот как. А где же наш верный Меш? – спросила та, лениво попивая вино из серебряной гегхской кружки.

– Он вошел в Башню, но оттуда не вышел, – раздраженно ответила графиня Нор, доставая из кожаного портсигара очередную лиловую пахитосу. – Сегодня некогда, а завтра надо будет послать кого-нибудь, чтобы выяснили, что за бред там творится.

– Пожалуй, – согласилась младшая Йя. – Пожалуй, я поговорю с этой дикаркой. У нас ведь есть еще время, не правда ли?

– О да, – улыбнулась Нор. – Я не собираюсь приезжать к князю первой. Но, – добавила она, обращаясь к уже вставшей из кресла Йя, – и последней я быть тоже не хочу. Так что не задерживайся, пожалуйста.

Они посмотрели друг другу в глаза, и Лике показалось, что Виктория поняла ее предупреждение. Сейчас не время давать волю нервам.

«А сама? – спросила она себя. – Сама ты как?»

«Я держусь, – ответила она себе почти искренне и добавила, уже совсем искренне: – Из последних сил».

Виктория ушла. Лика провожала ее взглядом до тех пор, пока Вика не скрылась в здании ресторана. Виктория шла легкой скользящей походкой охотящегося хищника. Она была изумительно легка, красива и… безмятежна.

«Как она держится?» – восхищение Викой оставалось все таким же сильным, как будто с их первой встречи в далеком и уже нереальном Мюнхене не прошло так много времени и не произошло так много событий.

Переговорить с Викой наедине удалось только перед самым раутом. Они присели вдвоем в кресла в небольшой гостиной, примыкающей к туалетной комнате. Гвардейцы взяли под охрану двери и окна, а Лика включила глушитель. У них было всего десять – пятнадцать минут, и говорили они быстро, не тратя время на комментарии и эмоции. Пожалуй, так было даже лучше, потому что рассказ про арест Федора заставил напрячься даже железную леди Хаттингтон.

95

«Быть вскормленным молоком Зверя» – быть истинным гражданином империи, постигшим основы аханского высокого образования.

96

«Светлая луна взошла над его/ее колыбелью» – иносказательное определение счастливой судьбы.