Пересекающиеся параллели (СИ) - Шульгина Анна - Страница 52

- Что происходит? Это насчет Игоря? – воспользовавшись передышкой, Ульяна потерла наливающийся краснотой след на лице и подошла вплотную.

- Отцу пришел е-мейл, за Игоря требуют выкуп.

Золотая рыбка причмокивала пухлыми губами, едва шевеля плавниками в потоке пузырьков от фильтра. Иногда она углублялась в пышную ажурную вязь водорослей, но неизменно возвращалась, подплывая совсем близко к стеклу, чтобы рассмотреть людей, собравшихся в комнате.

Наверное, хорошо в такой ситуации быть золотой рыбкой. Все твои тревоги умещены в вопрос о своевременной кормежке и смене воды…

- Я сейчас уеду, - тихий голос Андрея, который раздался совсем близко, отвлек Улю от рассеянного любования аквариумом. – Можно кое о чем тебя попросить?

- Да, конечно.

Привставать не хотелось, но пришлось. Не очень удобно разговаривать с человеком, который нависает над тобой.

- Меня не будет пару часов, вряд ли дольше. Побудь здесь, хорошо?

Если у Ульяны и появилась мысль спросить, для чего ей оставаться в доме их родителей, то его осторожный взгляд в сторону высокой худой фигуры, замершей возле окна, заставил прикусить язык и молча кивнуть.

- Спасибо, - мимолетно погладив её по виску, Андрей быстро вышел из комнаты. Судя по тому, что ни у кого его отбытие вопросов не вызвало, именно об этом они и говорили.

Даже как-то неудобно – сидит тут с отрешенным видом и смотрит на красно-золотые искры, появляющиеся при малейшем движении вуалеподобного хвоста… И что она тут не нужна, тоже понимала и ощущала, но отказать в просьбе не смогла.

Дорога… Дорога была трудной. Не потому что на трассе оказалось много машин или ещё по какой-то причине. Просто говорить ничего не хотелось, а молчание только сильнее давило, заставляя доводить саму себя почти до паники. И Андрей, который гнал машину все быстрее, заставляя девушку молча сжимать пальцы в замок, а потом, словно опомнившись, переставал жать на педаль газа, замедляясь до допустимой скорости.

Теперь ни заборы, ни кафешки, ни бабки Улю уже совсем не волновали. Даже глядя на них, в голове прокручивала всевозможные сценарии.

Ведь до последнего оставалась все более призрачная надежда, что все это какое-то недоразумение, и Игорь обязательно найдется сам. Придет с повинной и рассказом, что потерял счет времени, телефон, память… Да хоть зеленые человечки похитили! Но хотелось верить, что все это не так серьезно и страшно…

Это хорошо, что выдвинули требования. Очень хорошо, значит, Игорь жив. Или был жив ещё сегодня днем – на тех нескольких секундах видеосъемки, которую приложили к электронному письму, ясно просматривался телевизор за спиной говорящего парня. Там как раз шли сегодняшние двенадцатичасовые новости. Хотя сумма, которую затребовали, у девушки в голове не укладывалась, но судя по реакции его семьи, деньги были вполне подъемные. Три дня на подготовку, подробности - кто, куда и когда сбросят позже. Вполне тривиальное в таких случаях предложение не усугублять положение обращением в полицию. Андрей тут же отреагировал на это короткой и емкой, но тихой фразой по поводу вышеупомянутой организации. Потому что в расторопности и стремлении помочь уже убедился. А тихо, поскольку не привык ругаться при матери.

Хотя как раз Ольге Николаевне, похоже, было все равно – она смотрела на экран, почти выкручивая свои пальцы, и молчала. Уж лучше бы плакала, потому что такая тишина была гораздо страшнее…

В голову лезли мысли о статистике жертв похищений, которых так и не отпустили после получения выкупа. Даже понимая, что только пугает себя ещё больше, Уля не могла заставить себя не думать об этом.

На той записи Игорь был вполне здоровым, только каким-то заторможенным.

- Со мной все в порядке, меня не бьют и не унижают.

Одиннадцать слов, которые он произнес, серьезно глядя в объектив камеры. Ни лишних движений, ни извечной улыбки, от которой он сразу становился похожим на проказливого мальчишку. Только темная прядь челки, свесившаяся на лоб, подчеркнула белизну его кожи…

Уля с не меньшим, чем у остальных, вниманием смотрела на фон, пытаясь углядеть любые мелочи, которые могли бы подсказать, где он находится. Выгоревшие бежевые обои в более темных подпалинах абстрактного рисунка, угол какой-то мебели, скорее всего, письменного стола под левым локтем. Тумбочка с телевизором за спиной. Настолько невыразительно и обычно, что никаких зацепок не дает.

Ольга Николаевна, бросив задумчивый взгляд на Ульяну и получив ответный едва заметный кивок, пошла вслед за Андреем. Наверное, матери есть, что сказать старшему сыну. А вот Уля не могла придумать, как нарушить эту тишину. И ведь нужно, сколько можно сидеть в темноте, разбавленной только светом торшера, чей абажур напоминал роскошный наряд кокетки восемнадцатого века? Даже странно было встретить здесь этот предмет – шелк, оборочки, бантики… После уютной строгости кабинета девушка никак не могла привыкнуть к мягкой женственной гостиной. Наверное, если рабочее место обставлял сам Иван Петрович, то здесь декоратором поработала его супруга…

- Если тебе нужно идти, я могу вызвать такси.

Длинная фигура на фоне подсвеченного висящим на улице фонарем окна так и не шевельнулась. И это тоже пугало. Человек постоянно двигается, совершая какие-то незаметные и бестолковые жесты, а он стоял совершенно прямо, словно к спине привязали палку.

Предложение могло бы обидеть, если бы Уля не понимала, что это дань вежливости, не более того. И оставлять его сейчас одного точно не станет. Да, Иван Петрович ей никоим образом не родственник, да и просто хорошим знакомым его тоже не назовешь, но он ей нравился.

- Выгоняете? – кресло едва слышно скрипнуло, когда девушка повернулась, заставив своим движением золотую рыбку быстро удалиться под сень какой-то лопушистой водоросли.

- Господь с тобой… Просто не хочу, чтобы ты тут сидела только потому, что Андрей попросил, - он, наконец, повернулся, разрушив впечатление говорящей статуи.

- Я здесь не только поэтому.

- Знаю. И спасибо за это, - Иван Петрович медленно прошел к соседнему креслу, отделенному от Ульяниного изящным столиком с витыми ножками. К такому и притронуться страшно, а уж о том, чтобы на него что-то положить, и речи не шло… - Ты веришь, что все закончится хорошо?

Девушка не стала спешить отвечать, прислушавшись к себе. Да, страшно, причем, до такой степени, что хочется просто опустить руки и расплакаться, но ощущения, что непоправимое уже случилось, не было.

- Да.

- Поэтому мне и нравиться с тобой говорить. Ты не умеешь врать, и сама про это знаешь, вот и приходится обходиться правдой, - он едва заметно улыбнулся, усаживаясь на покрытое какой-то приятной на ощупь полосатой тканью сиденье. Свет теперь падал справа, оставляя левую сторону лица в тени. Странно, но именно сейчас в чертах мужчины было больше сходства с младшим сыном, чем со старшим. – И ты меня не теребишь, постоянно спрашивая о здоровье.

- Вы взрослый умный человек, и знаете, когда нужно обратиться за помощью. Тем более, что медик в доме, - Уля дернула плечом, заставив съехать с плеча кофту. Вообще-то тут было достаточно тепло, но все происходящее заставило забыть обо всех внешних неудобствах. И что спина уже покрылась испариной, заметила только сейчас. – Можно я немного разденусь?

- Конечно. Может, хочешь есть?

Уля хотела ответить отказом, потому что голод не ощущала совершенно, но потом передумала. Сообщение пришло несколько часов назад, и вряд ли у кого-то в этом доме после него прорезался аппетит…

- Только, если вы составите мне компанию.

- Это Андрей попросил, чтобы ты меня уговорила?

- Нет, это моя инициатива, - отпираться она не стала, а то и так непонятно, зачем ставила это условие…

- Тогда пойдем, - Иван Петрович встал, на секунду с силой опершись ладонями о край стола, но бросаться его поддерживать Ульяна не спешила – не тот характер, чтобы смиренно принять помощь от женщины. А то и собственный папа не такой же. Мужики, они вообще народ загадочный. – А Андрею не давай садиться себе на шею, а то он сразу начинает свою волю диктовать.