Наследство - Майкл Джудит - Страница 106

— Куда исчезло твое волнение, которое ты испытывала, когда мы купили отель в Чикаго?

— Утонуло в море повседневной жизни, — улыбнувшись, ответила она. — На этот раз я представляю, что ожидает нас впереди, сколько предстоит работы.

И сколько потребуется денег.

— Я размышлял над этим, — сказал Карриер. — У меня сейчас очень напряженный график, и мне будет трудно приезжать сюда часто и заниматься всем так, как раньше. Я, конечно, постараюсь как можно чаще бывать здесь, но чем больше мы сможем сделать за этот месяц, тем лучше. Архитекторы, с которыми мы беседовали, например…

Я должна три миллиона долларов трем инвесторам, которые приехали на этой неделе.

— Симоне мне понравился больше, но я считаю, что мы должны его еще раз увидеть, и Бруера тоже. Посмотрим, как они прореагируют на твою идею сделать в отеле только одни номера, без апартаментов.

И Уэсу я должна пять миллионов долларов.

— Раньше в центре Манхэттена это не практиковалось, но очень подходит для этого города, тем более что в моду снова входят старые дома.

А для того чтобы получить на этой неделе необходимые три миллиона, я должна была пожертвовать контролем над «Оул корпорейшн»; и теперь те три инвестора могут перевесить в голосах на совете директоров меня и Уэса. И я использовала свою долю в «Оул корпорейшн» как дополнительную гарантию выплаты долга. Если дела в отеле пойдут плохо, если просрочу выплату своих долгов, я потеряю все.

— Если мы сможем выбрать архитектора в ближайшие две недели, то существует вероятность, что мы сможем открыться к Рождеству, как это было в Чикаго. Может быть, у нас сложится традиция — как часть твоей удачи

Уэс предупреждал меня, он говорил мне не торопиться с другими отелями, не отдавать контроль над ними. Он ни за что бы не согласился, если бы я не настояла. Но сейчас уже поздно останавливаться. Я поставила на карту все, что имею, чему быть, того не миновать. Отступать нельзя, ничто не остановит меня от завершения того, что уже начато.

— Однако тебе и так везет, что твой сосед по столику взял на себя всю беседу, произносит монолог за монологом, пока ты думаешь о чем-то своем и совершенно не слышишь, что он говорит.

Лора попыталась сосредоточиться и взглянула на него, улыбнувшись.

— Я все слышу. Ты хочешь поговорить с Симонсом и Бруером еще раз, а старые здания снова возвращаются в моду. И ты хочешь открыть новый отель к Рождеству.

— Ничего не скажешь. А как насчет идеи открыть ресторан на верхнем этаже «Нью-Йорк Бикон-Хилла»? Она недоуменно нахмурила брови:

— Я что-то не… ты говорил об этом? Извини, Уэс, я действительно не слышала этого. Он улыбнулся и покачал головой:

— Я не говорил. Однако, к моему удивлению, ты слышала все, что я говорил. — Он взял ее за подбородок. — О чем ты тревожишься?

— О деньгах.

— Отлично. Умные бизнесмены всегда волнуются, когда вложено много, а шансов на успех значительно меньше. Но это их не останавливает, а заставляет трезво смотреть на вещи. Так что с тобой все нормально.

Он поднял бокал с вином и ждал, когда она сделает то же самое.

— За прошлое и будущее, — сказал он.

Удивленная, она замотала головой:

— Я никогда не пью за прошлое. Думала, что ты знаешь об этом.

— Не за далекое прошлое, — объяснил он, — а за недавнее. За «Чикаго Бикон-Хилл», за наше партнерство, за нашу дружбу… — Он повел бровью. — Неужели за это не стоит выпить?

— Конечно, давай выпьем, — ответила она и отпила немного вина. Но мысли все равно продолжали одолевать ее. Когда подошел официант и протянул им меню, она рассеянно заглянула в него, едва слыша, о чем Уэс говорил с официантом и какие блюда они обсуждали. Сейчас она думала о Бене.

Бен был далеким прошлым, но и недавним тоже, потому что написал ей несколько месяцев назад письмо, уже после того, как приехал в Бостон и женился.

Мне хотелось, чтобы и ты была здесь, писал он в своем письме. Я хотел бы пригласить тебя, но из того, что рассказала мне Эллисон, я понял, что ты вряд ли захочешь участвовать в небольшой церемонии семейства Сэлинджеров, и я боялся, что и они не очень тебе обрадуются. Им еще предстоит изменить свое мнение о тебе — я обязательно постараюсь, чтобы так случилось — но требуется время, а я должен быть очень осторожен, потому что они не подозревают, что у меня есть сестра, тем более, кто она. Я не могу позволить, чтобы они о чем-то догадались. Надеюсь, что ты понимаешь это: я не могу рисковать и давать повод для подозрений. Мне хотелось бы что-то сделать для тебя, Лора, но сейчас я бессилен. Пока они и ко мне относятся довольно прохладно, но ведут себя в рамках приличий, не считая Ленни, которая проявляет симпатию и дружелюбие. А с Феликсом, с этим холодным, с рыбьими глазами негодяем мне ни на секунду нельзя расслабиться. Он ведет себя так, что совершенно понятно, что и он не доверяет мне. Между нами напряженные отношения. Я являюсь вице-президентом службы безопасности отелей Сэлинджера. Неплохое начало, как ты считаешь? У меня отличный кабинет рядом с кабинетом Феликса. Работа хорошая, и мне она нравится. Компания такая большая, что всегда где-то что-то происходит, и без дела я не сижу. Единственная проблема — деньги, но я надеюсь, что придумаю, как с этим вопросом справиться. Нет, есть еще одно, что меня беспокоит, — это ты. Я хочу увидеть тебя, Лора. Я очень скучаю по тебе. Многое изменилось в нашей жизни, я думаю, что и мы сами изменились, но не знаю, намного ли. Когда я приехал сюда к Рождеству, мы пошли посмотреть на дом в Бикон-Хилле — ты, возможно, заметила на конверте, что теперь это мой адрес. Мы там живем. Феликс с Ленни сделали нам свадебный подарок. Когда я увидел комнаты, в которых жила ты, я не поверил своим глазам, насколько красивыми ты их сделала. Помнишь, ты говорила, что хотела иметь свой дом вдали от меня и Клэя? В ту пору он у тебя был, и я понял, почему ты не хотела приехать ко мне и поселиться со мной вместе. Мне захотелось плакать, потому что они больше не твои. Вот тогда-то я и подумал, что должен вернуть тебя сюда. Не для того, чтобы жить здесь, у тебя уже другая жизнь, ты живешь самостоятельно, так, как я жил несколько лет назад, и у тебя, вероятно, есть другой прекрасный дом. Но ты заслуживаешь права приходить в этот дом, когда захочешь, и не бояться того, что больше никогда сюда не придешь снова, памятуя о том, что случилось. Так вот, глядя на твои комнаты, я понял, как сильно ты изменилась. Как изменилась вся твоя жизнь, но я совершенно не представляю, какие чувства ты испытываешь ко мне сейчас. Может быть, ты изменилась настолько, что изменила и свое решение никогда больше меня не видеть? Я тоже изменился. Я бы хотел поговорить с тобой об этом. Может быть, и ты этого хочешь. Мне бы хотелось многое тебе объяснить. Знаешь, очень странно находиться здесь, и мне нужен кто-то со стороны, особенно если это близкий мне человек. Лора! Мы любили друг друга когда-то, такие чувства не исчезают в никуда. Не могли бы мы встретиться и разобраться в наших отношениях? Я не прошу тебя приехать в Бостон. Я бы смог приехать в Чикаго. (Я прочитал о тебе в журнале. Кажется, у тебя хорошая работа, и мне очень интересно услышать от тебя подробности.) Пожалуйста, ответь мне. Я действительно хочу повидаться с тобой. И с Клэем тоже, конечно, если он захочет.

Дом в Бикон-Хилле. Лора вернулась к первой странице письма. В верхней части был напечатан адрес, который раньше был адресом Оуэна и ее тоже. Глядя на него, она начала дрожать.

Все, что она любила, о чем мечтала и потеряла, теперь было у Бена. Он жил в доме в Бикон-Хилле. Он работал в отелях Сэлинджеров.

Он сначала разрушил ее надежды на все это, а потом все присвоил себе.

Встретиться с тобой? Чтобы ты пригласил меня в свой дом? Это мой дом! Оуэн оставил его мне! Если ты думаешь, что я переступлю порог этого дома и позволю, чтобы ты встречал меня, чувствуя себя хозяином.

Она скомкала письмо и затолкала его в свой портфель, чтобы иметь его на случай, что однажды захочется на него ответить. Но каждый раз, думая о письме, она вспоминала слова: «Мне нужен кто-то со стороны…» Кем он себя воображает, что смеет напоминать мне, что я — человек со стороны?